Домашний фронт
Шрифт:
— По поводу чего?
— Из Ландштуля от доктора Сэндса пришла твоя медицинская карта. Там написано, что ты годна к службе.
Годна к службе?!
Джолин тихо вздохнула. После того что случилось за эти недели, она забыла о карьере. О полетах.
Как такое могло случиться?
— И?…
— Ты пилот, — сказал Бен. В его глазах она прочла сочувствие. Возможно, другие солдаты могут нести службу с одной ногой, но только не пилот.
Бен намекал, что она больше никогда не будет летать. Джолин на
— Я не удовлетворяю критериям, требуемым для продолжения службы. Точно не удовлетворяю. У меня только одна нога.
— Ты можешь подать рапорт об отсрочке. Возможно, после реабилитации…
Джолин пристально посмотрела на него.
— Но ведь мне не позволят летать, да?
Ответ она прочла в глазах Бена.
— Нет. До полетов тебя не допустят. Но ты можешь остаться в Национальной гвардии. А если уволишься, то получишь полную пенсию.
— Пенсию… — тихо повторила Джолин, пытаясь представить жизнь без армии, без друзей, без неба… Но ведь она пилот. Пилот. Разве она может остаться на службе и не летать?
Что ей теперь осталось?
— Мне очень жаль, Джо.
Джолин кивнула и отвела взгляд, чтобы он не заметил слез в ее глазах.
— Спасибо, сэр, — сказала она внезапно охрипшим голосом.
Паром уже причаливал к острову Бейнбридж, когда зазвонил сотовый Майкла.
— Алло!
— Мистер Заркадес? Это директор Уорнер, средняя школа. Боюсь, у нас тут случился инцидент с Бетси.
Паром ударился о причал и замер. Майкл завел двигатель.
— Что? Инцидент, говорите? Что это значит?
— Бетси участвовала в драке.
— Вы имеете в виду настоящую драку?
— Да.
— Уже еду. — Майкл отключился, съехал по пандусу на причал и вырулил на дорогу. Оказавшись на шоссе, он вдавил педаль газа в пол.
Через двадцать минут Майкл остановился у здания средней школы. Внутри на ослепительно-белых стенах висели десятки лент победителей ярмарок научных проектов учащихся. В приемной перед кабинетом директора он увидел Бетси — руки скрещены на груди, губы плотно сжаты. При его появлении дочь подняла голову, и ее глаза широко раскрылись.
— Папа, я…
Майкл жестом прервал ее, не останавливаясь, прошел к столу секретаря и представился. Его провели в кабинет.
Директор Уорнер, маленькая симпатичная женщина с добрыми глазами, заметила синяк под глазом Майкла и нахмурилась.
— Я упал с велосипеда, — кратко прокомментировал Майкл.
Она молча кивнула.
— Мне жаль, что пришлось вам звонить. Все мы знаем, что у вашей семьи трудные времена. Присаживайтесь.
Майкл сел.
— Она подралась? С кем?
— С Сиеррой Филлипс и Зоуи Уимеранн. Насколько я знаю, они смеялись над ее матерью. По всей видимости, отец Сиерры что-то
Майкл вздохнул. Неудивительно, что Сет называл их волчицами.
— С этими девочками у нее уже не первый конфликт. Кроме того, после возвращения матери у нее возникли проблемы. Все идет не так гладко, как мы предполагали.
— Ее преподаватели рассказали мне, что последние несколько дней Бетси вела себя очень импульсивно. Кричала на подруг, не сдавала домашние задания. Если вы хотите ее кому-нибудь показать, у нас в школе есть превосходный психолог.
— Спасибо, директор Уорнер. Я вам сообщу, если в этом будет необходимость. А теперь я хотел бы поговорить с дочерью, если вы не возражаете.
Она встала.
— Конечно. А как Джолин?
Майкл не знал, что ответить на этот вопрос. Он уже устал притворяться и делать вид, что все хорошо.
— Не очень. В том-то и проблема.
— Может, должно пройти время?…
— Да, — сказал он. — Мне все так говорят.
Директор Уорнер вместе с ним вышла из кабинета и направилась к Бетси. У девочки был упрямый вид — рассерженный и одновременно испуганный.
— Бетси, — сказала директор, — на этот раз я поручаю уладить дело твоему папе, но если такое повторится, я буду вынуждена отстранить тебя от занятий. Ты поняла?
Бетси угрюмо кивнула и молча пошла за Майклом к машине.
— Друзья-враги? — спросил он, открывая дверцу. — Я полагал, что Сиерра твоя лучшая подруга.
— Не пытайся выглядеть крутым, папа. Тебе не идет.
— Эти девочки не стоят твоей дружбы, Бетси.
— Знаю. — Она вздохнула. — Я с ними больше не дружу.
Майкл сел в машину.
— Что произошло, Бетси?
Она забралась на пассажирское сиденье и посмотрела на отца. Лицо ее вспыхнуло.
— Я просто сорвалась, папа. Даже не понимаю, как это случилось. Но я не виновата. Это все Зоуи. Она первая меня ударила.
— А почему Зоуи тебя ударила?
— Я назвала ее сукой. Она такая на самом деле, папа. Правда. Ты всегда говорил, что лучший аргумент — это правда.
— Хорошо сказано. Послушай, Бетс, я знаю, что ты переживаешь из-за мамы, но…
— Знаешь, дело не только в ней.
— В ней. Ты ударила девочку, которая сказала про нее гадость. Но ведь и ты сама, Бетси, тоже обижаешь маму. Наверное, теперь ты переживаешь.
— А ты обидел ее перед отъездом.
— Да. Обидел. И переживаю. Но я не луплю всех подряд.
— Она почти на меня не смотрит. Я имею в виду маму. Мне даже кажется, что она больше меня не любит.
Майкл вздохнул. Вот она — настоящая проблема.
— Знаю, малыш. Мама изменилась. Нам всем больно это видеть, и поэтому ты расстраиваешься. Но нельзя же набрасываться на людей.