Шрифт:
Annotation
Представьте себе сцену.
Вы получаете по почте DVD-диск. Вы не знаете, от кого он. Вы вставляете диск в проигрыватель и устраиваетесь поудобнее, чтобы посмотреть, что на нем записано. В кадре появляется ваша супруга. Она привязана к тому, что кажется стоматологическим креслом, посреди заброшенного склада.
Она выглядит испуганной. Затем она говорит вам, что любит вас, и экран темнеет.
Появляются слова о том, что вы можете заявить о пропаже вашей супруги, и тогда похитители немедленно
Избавить ее от страданий и продолжать жить с чувством скорби и осознанием того, что именно вы приняли решение, если помощь не сможет добраться до нее до того, как ее убьют, или ждать и смотреть, что придет по почте, надеясь, что им надоест и они отпустят ее обратно в ваши любящие объятия?
Мэтт Шоу & Майкл Брэй
Постановка сцены
День первый
Первая ночь
День второй
Соответствующее наказание
День третий
Желание
День четвертый
Чувство вины
Утешение
Конец
Эпилог
Мэтт Шоу & Майкл Брэй
"Домашнее видео"
Постановка сцены
1
Все, что она помнила... боль.
Она мельком увидела что-то белое перед своими глазами, после чего кто-то или что-то больно врезалось в нее, а затем услышала хриплые мужские голоса, когда ее затаскивали в фургон.
До сегодняшнего дня страх являлся для нее всего лишь словом, которое она ассоциировала с фильмами ужасов или потрясением при виде паука, неожиданно обнаруженного в ванной комнате. Если бы она только знала, что значит страх на самом деле, и как легко произносят слово страх, не вкладывая в него правильного смысла.
Однако страх не имел ничего общего с эмоциями, которые она испытывала, когда оказалась с пыльным мешком на голове в непосредственной близости с чем-то настолько непонятным и пугающим. Она тяжело дышала, ее руки были связаны за спиной, нос упирался в пол, а ноздри вдыхали воздух из пыльного мешка на голове.
Она заставила себя собраться с мыслями, сконцентрироваться на том, что она знала.
Попытаться вспомнить и понять, что произошло.
Машина, в которой она находилась, тряслась и поскрипывала на старой подвеске, отчего ее щека больно стукалась о пол.
Вокруг нее слышались голоса, смех. Шутки.
Она приказала себе не обращать на них внимания и попытаться вспомнить, что было раньше. Ведь день начался так же, как и все предыдущие.
Что
Что ты помнишь?
Кто ты?
Она прошептала про себя ответы, не решаясь произнести их вслух. Ее звали Эшли Томпсон, ей было двадцать четыре года. Сегодня утром она вышла из дома, чтобы встретиться со своей подругой Мелиссой и выпить кофе.
Ты видела кого-нибудь подозрительного?
Произошло что-нибудь необычное с тобой?
Она пыталась вспомнить события утра и не обращать внимание на охвативший ее сковывающий страх.
Она вспомнила, что ресторан был полностью заполнен.
Она вспомнила, что заказала салат с лососем, а Мелисса выбрала ролл. Она вспомнила, как они разговаривали о том, какой милый официант, как дела в их семьях. Обычная болтовня. Обсуждали всякую ерунду. Общались, как обычно общаются подруги.
Среди посетителей не было ни таинственных незнакомцев, ни странных лиц, скрывающихся в темноте.
Не было никакого угрюмого мужчины в черном, на которого они бы смотрели и показывали пальцем, в то время как по ее позвоночнику пробегали ледяные мурашки.
Почему-то от подобной мысли на душе стало еще хуже.
Она помнила только смех и звон бокалов, вкусную еду и два бокала вина.
Она помнила фразы, которыми обычно обмениваются подруги, понимая, что видятся они не так часто, как хотелось бы.
На работе сумасшествие, так много дел.
Как она взволнована подготовкой к свадьбе, что она уверена, что Мэтью - ее единственный. Что в следующий раз они обязательно постараются не откладывать встречу и непременно встретятся в ближайшее время.
Машину, в которой она находилась, подбросило на очередной неровности, и она больно ударилась лицом об пол.
Она застонала, и кто-то с шипящим требованием замолчать больно ударил ее кулаком или, может быть, ногой по голове, на которую был натянут мешок. В замешательстве она сморгнула слезы, полагаясь на внутренний голос в своей голове, который должен был помочь ей разобраться в происходящем. Но даже ее внутренний голос был в замешательстве.
Сейчас середина дня. Тебя схватили среди белого дня.
Она повторяла свою мысль снова и снова, отчаянно надеясь, что кто-нибудь видел, что полицию уже вызвали.
Ты же понимаешь, что нет. Они дождались, пока вокруг никого не будет. Они все спланировали.
Она не хотела думать о том, кто они, или что им нужно, но знала, что ее внутренний голос оказался прав. Она направлялась к своей машине, которая стояла на парковке. Обычно она всегда сохраняла осторожность, но сейчас ведь середина дня. У нее не имелось причин полагать, что что-то может случиться.