Дом

Литтл Бентли

Лори стиснула брата в крепких объятиях.

– Думаю, я бы его тоже невзлюбила. – Она улыбнулась. – Я рада, что мама и папа меня удочерили.

– И я тоже.

Лори отпустила Джоша.

– Что еще?

– Честное слово, это все. Кажется, мы купили у этих людей несколько одеял, хотя я не думаю, что на самом деле мы приехали ради этого.

– Тогда ради чего?

Джош пожал плечами.

– Мы уехали. Продолжили наш отпуск, путешествие или что там еще. В конце концов мы остановились в Триппс-Кроссинг, и через пару месяцев появилась ты.

– Просто

появилась?

– Ну, не совсем. Мама и папа уехали. Я остался с миссис Кайли. А когда они вернулись, с ними была ты.

– Родители не объяснили тебе, в чем дело? Не сказали, почему у тебя вдруг появилась сестра?

– Нет.

Лори вздохнула:

– Ничего этого я не помню. Мне очень хотелось бы вспомнить, но у меня в памяти один большой пробел.

Джош вернул ей фотографию.

– До сих пор я не мог соединить все вместе. Мне и в голову не приходило, что эти люди были твои настоящие родители. Я их помнил, помнил поездку, но тебя там не помнил, поэтому не связывал одно с другим. Но когда я увидел эту фотографию… у меня в голове что-то щелкнуло.

– И у меня тоже. – Лори достала из коробки новую стопку фотографий. – Давай посмотрим, может быть, мы найдем и другие.

– Тут есть еще одно, – медленно произнес Джош.

Подняв на него взгляд, Лори поймала себя на том, что уже задержала дыхание.

– Я раньше никому это не рассказывал, и не знаю, то ли это произошло в действительности, то ли просто приснилось… – Он умолк.

– Что?

– Возможно, я все придумал.

– Что?

– Мне кажется, я видел, как твоя мать убила ягненка.

Лори недоуменно тряхнула головой.

– Не понимаю… ничего не понимаю. Ты видел, как она зарезала ягненка?

– Нет. Ягненок находился в моей комнате. Как он туда попал – не знаю. Это было не ночью, а днем, однако в доме всегда царил полумрак, так что особой разницы не было. Я только что зашел с улицы и собирался… не знаю, достать из сумки книжку комиксов или еще что. Я быстро взбежал вверх по лестнице, потому что хотел как можно скорее вернуться вниз к маме и папе, а на моей кровати был ягненок. Просто стоял на матрасе. Покрывало было отброшено, и ягненок… просто блеял. Он не мог никуда уйти, потому что матрас под его тяжестью проминался, поэтому он смотрел на меня и жалобно блеял.

Тут из чулана вышла твоя мать. Она извинилась и сказала, что ягненок не должен был заходить ко мне в комнату, после чего подняла его с кровати и… со всей силы швырнула на пол.

Лори показалось, она ослышалась.

– Что?

– Она подняла ягненка над головой, словно штангу, и со всей силы бросила его на пол… и убила. Он лежал неподвижно, не издавая ни звука, и твоя мать подняла его, улыбнулась мне, еще раз извинилась и вышла вместе с ним из комнаты. Изо рта ягненка вытекла кровь, однако на полу лежал темно-красный ковер, поэтому пятен видно не было. Как уже говорил, я не знаю, то ли это был кошмарный сон и мне все померещилось, то ли это произошло на самом деле, но я ничего не сказал маме и папе и вообще никому не говорил ни слова до сегодняшнего дня.

Снова взяв фотографию, Лори всмотрелась

в угрюмое лицо женщины, которая была ее родной матерью.

Она без труда представила себе, как эта женщина с силой бросает ягненка на пол и убивает его.

– Мне снились Доун и мясник. Ты видел, как моя мать убила ягненка. Это не может быть случайным совпадением.

– Согласен, – кивнул Джош.

– Я хочу увидеть этот дом, – решительно заявила Лори. – Мне нужно отправиться туда. Ты говорил, что узнаешь название поселка, если увидишь его?

– Мне просто нужно чем-нибудь растормошить свою память.

– Тогда будем искать карту.

– Отлично. – Джош поднял взгляд на сестру. – Займемся этим прямо сейчас.

Они тронулись в путь еще до рассвета и к полудню добрались до поселка Пайн-Крик.

Вокруг простиралась живописная местность. Лесистые холмы, сосновые рощи, на востоке вдалеке заснеженные вершины Сьерра-Невады. Двухполосная дорога петляла по долинам и ущельям, обрамленная по обеим сторонам сочно-зелеными папоротниками, низкие серые тучи потолком нависали над лесом, легкая дымка окутывала тенистые участки между деревьями.

Но Лори почти не замечала мелькающий за окном пейзаж. Она пыталась вспомнить, как именно были убиты ее родители. Они определенно были убиты – в этом Лори была уверена, – однако подробности оставались туманными, неясными, и сколько она ни старалась, ей не удавалось восстановить в памяти события, которые привели к ее удочерению. У нее было лишь смутное чувство, что Доун, та девочка, была каким-то образом замешана в это, и что угрюмая пара с фотографии – ее настоящие родители – умерла страшной, жуткой насильственной смертью.

Воспоминания вернулись, как только Лори увидела дом.

Покинув Пайн-Крик, они двинулись дальше по узкой извилистой дороге. По словам Джоша, здесь переменилось практически все с тех пор, как он тут бывал. Тогда в поселке не было ни «Макдоналдса», ни «Уолмарта», ни «Холидей-Инн», да и однотипные коттеджи, облепившие оба берега речки, также явно появились относительно недавно.

Но когда они выехали из поселка, Джош умолк. Он сказал, что узнал дорогу. Узнал эти места. И по его интонациям Лори почувствовала, что он, как и она сама, испытывает то же самое гнетущее напряжение.

Машина неслась под нависающими ветвями деревьев. Джош сворачивал на проселочные дороги, отходящие в разные стороны, возвращался назад, и где-то через час методом проб и ошибок они наконец нашли его.

Дом.

Он по-прежнему выглядел в точности так же, каким оба его помнили. Его не перестраивали, не перекрашивали. Он не пришел в запустение, не разрушился. Дом остался таким же, как и много лет назад.

И Лори сразу же все вспомнила.

Казалось, у нее в сознании открылась какая-то совершенно новая дверь. Внезапно нахлынули воспоминания: чувства, события, ощущения, факты. Все это было начисто забыто, и Лори даже не догадывалась, что когда-то обладала этими знаниями, они не оставили у нее в памяти ни малейшего следа.