Дом страха
Шрифт:
Тристан повернулся в сторону «роскошного кондоминиума». Он выглядел не менее мрачно.
— А как насчет той истории в газетах, о человеке, который здесь умер? — спросил он.
Франтишек немного сдулся, но быстро взял себя в руки. — Он умер совершенно естественной смертью. Сердечный приступ. С этим местом не связано никакого криминального прошлого, если это беспокоит вашего клиента. Не о чем беспокоиться. Не о чем. Абсолютно.
Он явно верил, что повторение делает его слова более убедительными.
— Слева есть подземная парковка, — добавил он с надеждой. — Хороший доступ
Эти строки он, очевидно, знал наизусть.
Тристан подумал, что у Агентства, должно быть, возникли проблемы с продажей или сдачей в аренду этой конкретной недвижимости, что было неудивительно, учитывая обстоятельства. Молодой человек был слишком нетерпеливым и заискивающим. Учитывая несколько потрепанную одежду Тристана, совсем не шикарную, было странно, что с ним обращаются как с элитным клиентом. Конечно, он сказал, что был всего лишь представителем потенциального покупателя, и даже назвал его имя, но он не выглядел типичным доверенным лицом. Но если у агента и были какие-то сомнения относительно связей Тристана с известным галеристом, он никак этого не показал. Он изо всех сил старался заинтересовать Тристана. Похоже, он был в отчаянии.
Или, может быть, он привык к странным клиентам.
— Ладно, пойдемте в дом, — предложил Тристан.
Несмотря на весь свой прежний энтузиазм, агент вдруг заколебался. — Я могу подождать здесь. Я не хочу быть слишком навязчивым. Вы сами все увидите. Дом просто идеален. Все прекрасно.
Тристан задумчиво посмотрел на него. — Что-то не так?
— Нет, конечно, нет, — но ему не хватило актерского таланта. Он сказал это слишком поспешно, слишком горячо. Почему он не хочет войти?
— Я бы предпочел, чтобы вы пошли со мной, — сказал ему Тристан тоном, который не поощрял дальнейших споров. — Не могли бы вы открыть дверь?
Франтишек с самым жалким видом возился с ключами и неподатливыми замками, словно оттягивая момент, когда ему придется войти, но, в конце концов, сумел попасть в дом вместе с Тристаном и что-то набрал на охранной сигнализации. Внутри дом выглядел не просто заброшенным, но и неприветливым. Несмотря на то, что яркий зимний день еще не кончился и золотистый свет лился сквозь эркерные окна, большой зал был мрачен и уныл в своем клиническом минимализме. Он была пуст, но серо-стальная, функциональная офисная мебель довершила бы картину сходства с моргом.
— Где они нашли тело? — небрежно спросил Тристан, оглядываясь.
У агента, стоявшего за спиной, начался сильный приступ кашля. — Э-э… Хмм… Здесь, в холле, — наконец выдавил он. — У входной двери. Там не было никакого… э-э… загрязнения, если это вас беспокоит. Они нашли его довольно быстро.
— Значит, он просто вошел или хотел уйти, — задумчиво произнес Тристан. Внезапно уйти показалось ему хорошей идеей. Всего несколько шагов назад к двери. Здесь было слишком холодно, и в то же время душно. Воздух был тяжелый. Затхлый.
Агент выглядел немного бледным, когда Тристан повернулся к нему, чтобы спросить. — Я вижу, что система безопасности по-прежнему работает? Это от предыдущего арендатора?
— О нет. Она установлена для всех вилл в этом комплексе. Кроме того, у
— Но безопаснее, я полагаю? Этот район считается опасным?
— Вовсе нет, вовсе нет, — агент вытер вспотевший лоб тыльной стороной ладони. — Дело в том, что он был довольно странным человеком, насколько я знаю. Очень, очень нервным. Я уверен, что район не имел никакого отношения к его желанию защитить себя.
Тристан тоже почувствовал себя странно неловко. Все это время ему хотелось оглянуться через плечо, чтобы убедиться, что там никого нет.
— Я слышал, что он дополнительно еще и мага нанял, чтобы наложить охранное заклинание на помещение. Оно тоже больше не работает?
— Похоже, что нет. По крайней мере, не сработало, когда слуга вошел и обнаружил его. Дверь была приоткрыта, и обычная охрана была отключена.
Сердце Тристана забилось быстрее без всякой видимой причины. Когда они не разговаривали, тишина казалась угрожающей, будто сосредоточенно ожидающей какого-то странного, неприятного звука, который нарушит ее. Скрежет чего-то острого по стене. Скрип половицы наверху, где никого не должно быть. Звук так и не раздался, но острое осознание того, что он раздастся, в конце концов, не прекратилось.
— Я вижу, здесь нет никакой мебели. Его вещи уже убрали?
— Конечно, иначе компания не смогла бы снова сдавать дом. Он был едва обставлен, так что убирать особо нечего, но это был полный кошмар, увозить его вещи в хранилище — ну, вы знаете, на случай, если все-таки появятся наследники, хотя это считается маловероятным, — сказал ему Франтишек конфиденциальным тоном, который обычно сопровождал сплетни. — Жилищной компании пришлось нанять големов, что, должно быть, обошлось намного дороже, чем обычная команда по транспортировке.
— Неужели? Почему?
Франтишек коротко рассмеялся. — Големы не суеверны. У них нет живого воображения или вообще никакого воображения. Сразу после… неприятностей… по дому поползли слухи, как это иногда бывает после внезапной смерти — полная чушь, но вы же знаете, как это бывает с необразованными людьми — и рабочие не захотели заходить.
Действительно, неприятность. Судя по тому, что антиквар рассказал Тристану, Врабек не был легким клиентом. Удивительно, но после его смерти работать с ним не стало проще.
— Из дома ничего не пропало?
Лицо Франтишека потемнело, и он осторожно спросил. — Что вы имеете ввиду?
— Я имею в виду, его не ограбили или что-то в этом роде? Возможно, именно это и стало причиной сердечного приступа. Мне сказали, что у него могли быть здесь ценные антикварные книги.
— Ах, это. Нет, полиция не обнаружила ничего подозрительного, иначе дом все еще считался бы местом преступления. Они не были в особом восторге от того, что им пришлось осмотреть его, даже неохотно, но они это сделали. Я не слышал, чтобы при составлении списка вещей жильца было обнаружено что-то действительно ценное, но не сомневаюсь, что все было сделано в правильном порядке и в соответствии с законом.