Дом среди звезд
Шрифт:
– Доброго дня, господа и конечно дама — произнёс я, отчего брюнетка лет сорока за столом, где народ сидел и вероятно строил теории о том, что происходил, слегка потупила глаза — Думаю вы хотели бы знать зачем собрались здесь. Собственно всё просто, на Пятёрке в последнее время участились несчастные случаи, причём с летальным исходом. Так что мы летим выяснить, что там у них творится с охраной труда, а заодно устроить комплексную внезапную проверку. Собственно для того, чтобы никто своих грешков не замазал, вас и выдернули с отдыха так внезапно и без объяснений, за что я извиняюсь. Ну и естественно
– Да, князь — проговорил начавший седеть рыжий мужчина — Я Евгений Уваров, бухгалтер шахт Нового Бора. Там ожидаются хищения?
– Я знаю всех вас, впредь можно не представляться. Что до хищений, то я в этом не уверен, но как известно в ящике, где начинает гнить одно яблоко, очень быстро начинаются проблемы и со всеми остальными. Так что и такое возможно.
– Как быстро мы вернёмся домой? — задала вопрос брюнетка, бывшая геологом.
– Зависит от того, как пойдёт инспекция, но не долго. Я понимаю, что за пару дней вы не сможете провести сколько-нибудь серьёзные изыскания по своей линии, но имеете все шансы определиться в каком направлении двигаться вашим коллегам, а заодно вероятно сможете подсказать, кого именно из них стоит привлечь.
– На Пятёрке я так понимаю никто не в курсе, что проверка вообще будет? — поднял руку здоровый детина, вторую конечность которого заменял протез. Собственно тот факт, что он был покалечен на работе, а затем стал инспектором по охране труда и пожарной безопасности был определяющим в моём выборе данного кандидата в проверяющие. Уж если он ничего не найдёт крамольного, то значит действительно несчастные случаи не более чем стечение обстоятельств. Статистика статистикой, но всякое же в жизни бывает.
– Совершенно верно, Кирилл Андреич. Они о нас узнают, когда мы выйдём из шаттла — кивнул я — Заодно мы прикрепим к каждому из вас по парочке мордоворотов из моей охраны. В вопросах инспектирования они конечно не разбираются, но у них отлично получается иметь грозный вид и строить страшные рожи.
На этом обсуждение по большому счёту закончилось. Гражданские углубились в документы по Пятёрке, которые я им передал. Моя скромная персона отправилась в выделенную мне каюту. По хорошему бы тоже стоило заняться бумажками, но я наглым образом завалился на кровать и начал давить на массу. Последние дни выдались суматошными, мы разбирали результаты учений и действия бойцов, что затягивалось дольше, чем мне хотелось бы. Перед сном приходилось читать файлы, с которыми я обычно разбирался после обеда. Ну а этой ночь ещё и моя благоверная решила оторваться перед моим отлётом на несколько дней. Так что я решил отоспаться и ни о чём не жалею.
Путь до ещё одного спутника газового гиганта был не долгим, даром что мы не спешили и шли эконом ходом. В конце концов ресурс двигателей по возможности надо беречь, главное в этом вопросе не впадать в фанатизм. Прибытие случилось как раз под утро, как и было задумано. Я надеялся сесть за пол часа до начала рабочего дня и быстренько прибыть к кабинету главы администрации, проверив, с насколько заспанным лицом он меня встретит. В конце концов это один из вариантов, как выяснить, приходит ли он обычно на работу вовремя,
Шаттл оторвался от палубы, но на этот раз внутри десантного отсека сидел не только взвод охраны, но и трое гражданских. Франческо подключился к каналу связи с пилотом и я услышал:
– Серый, ты только уж будь добр сесть аккуратно, а не как всегда. Тут в конце концов ни в чём не повинные люди.
– Сделаю, что смогу, но ничего не обещаю — хохотнул пилот. Всем была известна привычка боевых летунов и в мирной обстановке сокращать время посадки, когда шаттлы наиболее уязвимы, буквально ударяясь опорами о землю из-за высокой скорости снижения. Десанту в такие моменты каждый раз кажется, что ещё бы чуть-чуть и хребет сломался.
– Если не сможешь, пересядешь на бтр — хмыкнул я на волне.
– Не слишком жестоко? — спросил итальянец.
– Ну я вообще надеюсь, что он справится — улыбнулся под шлемом я.
Следующие несколько минут полёта прошли в молчании, потом шаттл начало мотать в воздухе. Я поинтересовался:
– Что за х@рня?
– Не знаю, командир. Электроника сбоит и в атмосфере буря, держитесь крепче.
– Всем сохранять спокойствие — сказал я в основном для гражданских — Мы попали в буру, скоро болтанка закончится.
Лучше правда не становилось, скорее наоборот. А через пару минут какая-то дичь начала творится и у меня на экране шлема, индикаторы произвольно гасли и загорались, что наводило на неприятные мысли. Что в нашей птичке, что в доспехах вся электронная начинка была надёжна защищена от всего чего можно и нельзя, чтобы её к примеру не было возможности спалить электромагнитными импульсами, то что происходило было чем-то очень не здоровым. Однако же реальность, данная нам в ощущениях твердило об обратном. А для полного счастья я начал чуять что-то в своём псионическом восприятии. В наушнике раздался голос итальянца, сдобренный помехами:
– Командир, я какую-то дрянь чую. Не так как тогда на Земле, но есть что-то общее.
– Не ты один, к тому же что бы это ни было, оно влияет на технику — ответил я, а затем связался с Рюгеном — Капитан Миятзаки, меня слышно?
– Так точно, но мы уже несколько секунд не видим вас на радарах — ответил мне голос японца. И вновь с помехами — У вас всё в порядке?
– Пока да, но возможно это временно. Тут какая-то странная буря, сдобренная псионикой. Электроника от неё с ума сходит. Подготовьте десантный наряд к вылету и вызовите на всякий случай группу А. Только лучше бы им садится за пределами этой аномалии и дальше двигать по земле.
– Понял вас — ответил офицер.
– Серый, с Пятёркой связывался? — спросил я у пилота.
– Пробовал, молчат — коротко отозвался он, борясь с управлением. Так себе ситуация. Возможно конечно, что внизу приборы окончательно взбесились и просто уже не работают, но мой седалищный нерв явственно намекал, что дело ещё хуже. Вдруг раздался крик пилота
— Держитесь!
Спустя секунду мы встретились с землёй и проскрежетали опорами по посадочной площадке. Приземление вышло жёстким, можно сказать, что Фома накаркал.