Дом на окраине
Шрифт:
И что на это сказать? Только ответить на поцелуи. Я знала, что он плачет, чувствовала соленую влагу, попадавшую на язык. Я и сама плакала. Но от радости, что он не злится, что тоже хочет еще одного ребенка.
— Как ты узнал? — Спросила, когда мы немного отдышались и сейчас просто стояли в обнимку.
— Все твои звонки прослушиваются. — Признался он.
Не то, чтобы я была сильно удивлена. Раиса Георгиевна предупреждала меня, что я, скорее всего, под колпаком, как и все женщины Корсаровых.
Баба Нюра
— Вот и у тебя получилось Геннадию смысла в жизнь добавить. — Наконец, вынесла она свой вердикт.
Гена гонял по участку рабочих, которые за неделю должны были закончить капитальный теплый пристрой размером в две комнаты.
— Это скорее он мне смысла добавил. — Смущенно призналась.
Анна Николаевна только головой покачала.
— Мне-то сказки не рассказывай. У нас в роду сильные женщины всегда были. Ты бы справилась. А у него шансов мало было. Переломанная душа — это самое страшное, что с человеком случиться может. — Бабуля хитро прищурилась. — У меня три троюродных деда-близнеца было, так все себе жен маленьких, да крепких нашли. В те времена друг за дружку не подержишься, так и помереть недолго было. А все выжили, и с голоду никто не помер. — Закончила она.
Я громко орала на Гека. Никогда на него так не кричала.
— Я — не инвалидка. Почему ты не позволяешь мне заниматься любимым делом?
— Я позволяю. — Оправдывался он. — Лечи своих кошечек-собачек. — Он махнул в сторону Пульки, которая спокойно лежала рядом с коляской.
— Я ветеринар! Моя работа — это лечить и коров, и лошадей. — Напомнила ему.
— Но не медведей же!!! — Вскипел он.
— Ген, это маленький медвежонок, которого нашли в лесу. Я его всего лишь осмотрела, а ты ведешь себя так, как будто я в берлогу залезла. — Не осталась в долгу.
— Ты беременна, а он мог болеть всякой гадостью. — Не унимался муж.
— Именно поэтому я всегда одеваю маску и перчатки. — Проорала. — Я не ребенок, который не понимает, что он делает. Я специалист, который знает все основы безопасности. Прекрати вести себя так!
Кажется, эта была такая первая наша с ним ссора. Я стерпела даже то, что он мне по дому не давал ничего делать, но я хотела работать и любила свою профессию.
Кажется, это дошло и до него. Корсаров вздохнул и сгреб меня в объятия.
— Извини. Я не должен был орать на лесника и уж тем более бить его по морде, когда обнаружил тебя там, рядом с диким зверем. Я просто перепугался. — Признался он. — Я так боюсь, что с вами что-то случится, что у меня мозг отключается.
— Ген, мне нужна хоть какая-то свобода. — Сообщила ему.
— Понимаю. Это сложно. Но я постараюсь не давить на тебя. — Пообещал он.
— Что это? — Я подозрительно смотрела на странный округлый аппарат с лапками.
— Это устройство для физиотерапии. Специально искал компактное и легкое в использовании. — Гордо сообщил муж. — У Дарины как
— И как его использовать? — Я нахмурилась.
— Две недели к нам будет ходить медсестра, затем перерыв, потом снова можно будет повторить. — Гена светился радостью.
— Ген, зачем такие траты? Я бы походила в больницу.
— За тем, что мы можем себе это позволить. Тебе нельзя переутомляться. — Он наклонился и поцеловал мой еще совсем плоский живот.
Я глаза к потолку подняла. Господи, дай мне дожить до родов и не устроить скандал по поводу его поведения.
На первом скрининге я очень волновалась. Мне почему-то казалось, что что-то не так. Все отличалось от того, как я носила в себе Дарину. И ела не то, и запахи чувствовала другие. Очень надеялась, что в животе мальчик, но загадывать не стала бы.
В кабинет мы вошли все. Гек нес Дарьку, а я пеленку. Врач ободряюще улыбнулась. Вот только ее улыбка пропала сразу же, как только она начала смотреть меня.
— Что-то не так? — Муж сразу же занервничал.
Женщина выдохнула.
— Все так. Но только…. Скажите, были ли у вас в роду двойни? — Напряженно спросила она.
Гек быстро помотал головой. Я хихикнула.
— У моей двоюродной бабушки было три троюродных дедушки. — Вспомнила слова бабы Нюры.
— Вы скажете или нет, в чем дело? — Принялся давить Корсаров.
— Поздравляю, у вас намечается двойня. — Женщина попыталась преподнести новость радостно, но получила в ответ гнетущую тишину.
— Это точно? — Через минуту спросил Гена растерявшуюся женщину.
— Да, конечно. Плоды соответствуют сроку, и никаких отклонений я не наблюдаю.
После этих слов муж подскочил, перехватил дочь одной рукой, нагнулся и принялся покрывать мое лицо мелкими поцелуями.
— Кхмм, — кажется, мы совсем смутили доктора. — Вы можете вытереться и выйти в коридор. Заключение будет готово через пять минут.
— Господи. Спасибо…, спасибо…. — Гек как с цепи сорвался, едва мы оказались в гулком коридоре больницы, и вновь принялся меня целовать под укоризненными взглядами других женщин.
Мне было все равно, что на нас смотрят. Я обняла мужа и дочь, чувствуя себя самой счастливой женщиной на свете, ведь я была замужем за самым лучшим мужчиной на свете. Моим персональным волшебником, который смог превратить мою не особо радостную историю в удивительно счастливую сказку.
Бонус
3 года спустя
Я фанатично расставляла бутылочки-скляночки на полках своей ветеринарной клиники. Люська, которую я переманила сюда из города, распаковывала все новые и новые коробки и довольно причмокивала губами.
Небольшое здание для клиники построили Догилевы по просьбе Анжелики. Гена тоже активно участвовал во всем этом. Это при том, что он еще и детьми заниматься успевал, и на работу ходить.