Дом для римраннера
Шрифт:
ВОП обещал такую возможность. Взамен от добровольцев требовалось провести два года жизни в пространстве, куда не осмеливался ступать человек, в неизмеримой дали, в одиночестве, в замкнутом помещении, безо всякой надежды на помощь извне, вне любых контактов с миром.
Вандерхорст посчитал обмен справедливым. Он был, по сути, идеальным римраннером: единственный ребёнок, рано осиротевший, подсознательно не доверяющий толпе, чересчур независимый для общества - одиночка по природе и выбору. В 2008 году он стал
Вандерхорст возвратился на Землю в 2028 году, полный смутных воспоминаний об удушающей черноте, отвратительных кошмарах и гнетущей беспомощности. В памяти не сохранилось ничего, кроме чувства абсолютного одиночества. Вандерхорст поклялся никогда не возвращаться туда. Однако, спустя три месяца, он пересмотрел свой обет. Ещё четыре полёта - и он мог бы уйти на покой настоящим богачом, не старше сорока, хотя по земным меркам ему стукнуло бы сто с четвертью.
– Ты слушаешь, Ван?
– голос Джеммы прервал его воспоминания.
– Похоже, меня могут арестовать за что угодно, особенно если мне это доставляет удовольствие.
– Никого больше не арестовывают, Ван. Правонарушителям предлагается социальная помощь.
– Предлагается? То есть я могу отказаться, не так ли? Лица его собеседников вытянулись.
– Ладно, забудем это замечание. Просто включите в мою программу обучения общие поведенческие стандарты. Так будет проще, - сказал он, зевая.
– А также информацию о статусе ВОП, отношении к нему правительства и граждан. Я хочу знать всё это к утру.
– Ты уверен, что больше ничего не хочешь обсудить? Личный контакт - очень важная часть реадаптации, - сказал Корри.
– Как и сон. Я был на ногах последние три дня. И давно уже не весил сотню килограммов.
– Если тебе понадобится пообщаться, Ван, мы уполномочены… - Джемма многозначительно понизила голос и улыбнулась.
– Разве мне нужно особое разрешение?
– сказал Вандерхорст, вставая.
– Спасибо за предложение, но я сам позабочусь о личных контактах.
Вандерхорст ушёл, уверенный, что с великим множеством вещей в 2087 году он мириться не станет.
Его разбудил яркий солнечный свет. Голова пухла от информации. Интеграция старого и нового, как всегда, происходила нелегко. Всё плыло перед глазами, нарушая нормальный ход мышления. Зажмурившись, он повернулся к тёмной стене. Немного погодя лёг на спину, приподнялся на локтях, от души зевнул и осмотрелся. Как и реадаптационное помещение, комната была отделана в стиле “рубежа тысячелетий”. Они погружали его в настоящее постепенно, мягче на сей раз.
Вандерхорст спустил ноги с кровати и осторожно поднялся. Он постепенно начинал привыкать к нормальной гравитации.
Здесь имелся душ с сильным напором, вода была чистой и ничем не пахла, не то, что на борту. Пока он сушился в потоке тёплого
– Тебе понравился душ, Ван? Мы постарались сделать его таким же, каким он был до твоего полёта.
– Не следует воссоздавать мир моей юности. Мне не привыкать.
– Мы просто стараемся облегчить процесс.
– А не проще ли оставить меня в покое? Не надо меня ничем больше грузить.
– У тебя сегодня пресс-конференция.
– Это не проблема. ВОП всегда давал мне готовый текст.
– Назавтра у тебя запланирована встреча с финансовыми советниками. Она может занять довольно много времени. Дела порядком запутались за эти годы.
– Что-нибудь ещё?
– Предстоит приём.
– Если захочу кого-нибудь видеть, устрою собственный.
– Это важно, Ван. Для тебя и всей программы. Там будут люди из правительства. Они заинтересованы во встрече.
– А мне с ними встречаться неинтересно.
– Пожалуйста, Ван, это очень важно. Он промолчал, и Джемма продолжила:
– Там будут и другие люди. Тебе понравится. А потом - отдыхай. Никто больше тебя не побеспокоит.
Официальные костюмы этого времени отличались простым покроем и неброскими цветами. В парадной форме Вандерхорст стал центром всеобщего внимания, стоило ему, Джемме и Корри войти в зал.
– Сенатор Далтон. Она - председатель Комитета по Космическим операциям, - сказал Корри.
Вандерхорст посмотрел в указанном направлении и увидел высокую, стройную женщину с серебряными волосами, в компании моложавого мужчины и другой женщины. В ответ на его взгляд, Далтон приветственно махнула рукой. Корри потянул Вандерхорста за собой.
– Хорошо, что вы нашли время придти, капитан Вандехорст, - сказала Далтон.
– Это Доре и Джейк Фоссеты. Джейк - мой старший советник. Должна сказать, что мы гордимся римраннерами. Вы - смелые люди, выполняющие тяжёлую работу в одиночку.
– Нам за это платят.
– Деньги тут не главное, капитан. Я уверена.
– Меня больше заботят деньги, - сказал Вандерхорст, как бы невзначай поворачиваясь спиной к окну. Он взглянул на Корри, который, казалось, был готов разрыдаться. Джемма натянуто улыбалась.
Далтон заговорила вновь:
– Вы честны, капитан. Какие бы выгоды ВОП не сулил, я бы никогда не решилась на виток по Солнечной системе, из которого вернусь только через двадцать лет.
– Там не чувствуешь, что проходит двадцать лет. Это вообще ни на что не похоже, по правде говоря.
– Вы проводите большую часть времени во сне, не так ли? Некоторые говорят, что мы здесь, в Вашингтоне, занимаемся тем же самым.
– А я - отдыхаю, сенатор.
– В ваших бумагах сказано, что вы родились сто лет назад. Но по вам не скажешь.