Дом чтецов
Шрифт:
Кроме неё и стоящего рядом Воздушного, вокруг ещё трое Стражей. Все безмолвны и все сосредоточены. Как всегда. Но лишь НЕ Страж вызывает у девушки опасения. Она не понимает их причину. Зачем он здесь?
Яна никогда не любила задавать вопросов. Это не входило в её обязанности, и отчасти она была этому рада. Однако сегодняшнее патрулирование сбивало с толку. Эта темноволосая девочка, одетая не по погоде и ведущая себя слишком подозрительно для обычного человека. Что в ней такого? Зачем они наблюдают за ней? Воздушной отчего-то казалось,
– Всё в порядке, Антон?
– наконец тихо спросила девушка.
Парень оторвал взгляд от окна и перевёл на Воздушную. Его, казалось, удивило то, что она умеет говорить.
– В полном,- кратко ответил он, а затем легонько оттолкнулся от земли и поднялся чуть выше в воздухе.
Яна не поняла, сделал ли Антон это для того, чтобы оградить себя от дальнейших её вопросов или просто для создания более удобного угла обзора. Девушка скосила глаза в сторону: остальные Стражи были всё так же неподвижны.
Воздушная опять закрыла глаза и попыталась очистить сознание. Если руководство считает приемлемым присутствие Антона здесь и сейчас, то не ей делать выводы. Сделав глубокий вдох, девушка сосредоточилась на своих ощущениях. Ветер усиливался. Это никак не отражалось в радиусе мили, так как Страж Стрижёв, главный на сегодняшнем патрулировании, поддерживал нейтральный, комфортный для них климат. Однако, в оставшемся мире скоро, похоже, разразится настоящая буря. Яна любила такие вот капризы природы. Жёсткие, сильные, ломающие, они в тоже время говорили о торжестве жизни в любых её проявлениях.
* * *
Сон девушки был настолько обрывчатым и больным, что невозможно было с уверенностью сказать, удалось ли ей вообще заснуть этой ночью. Когда завибрировал телефон, Катя уже как полчаса не отрываясь смотрела на грязные разводы на потолке.
Она глянула на мониторчик. Наташа. Вот кого она по-настоящему была рада сегодня услышать.
– Привет, Катюша, ты уже не спишь?
– спросила подруга, не успела Катя поздороваться.
– Неа, - немного хрипло ответила девушка.
– Как дела? Очень волнуешься перед сегодняшней встречей?- в голосе Наташи прозвучало неподдельное участие.
– Я...- девушка запнулась. По правде сказать, она не волновалась. На неё напала какая-то апатия. То ли от недоедания, то ли от недосыпания, то ли от пережитого вчера стресса. Она хотела рассказать подруге о случившемся в кафе и никак не могла подобрать слов.
– Я переживаю.
– Ну, кто бы ни стал. Это чертовски тяжело, но Кать...ты же знаешь, что нужно делать, не так ли?- в голосе подруги послышались лукавые нотки.
Катя улыбнулась. Она знала, каких слов ждала подруга. Это была их фраза, абсолютно обычная и в тоже время имеющая только им понятный смысл. Они говорили друг другу эти слова, когда Наташу на месяц отправили в детский
– Это просто нужно перетерпеть,- послушно ответила Катя, а подруга подхватила концовку предложения.
– Вот именно,- уже весело подтвердила Наташа,- и это не пустые слова, ты же знаешь. Стиснуть зубы и сделать всё возможное от тебя в данный момент. И ты не заметишь, как этот день, как и любой другой пройдёт. Останется в воспоминаниях. Ладно, хватит о грустном. Как прошёл твой день? Что-нибудь интересное?
Вот он подходящий случай. Вот, когда можно и нужно рассказать Наташе о странных мужчинах в кафе. О том, как один из них напугал её за столиком, а второй ещё больше напугал в женском туалете. Рассказать, как на её мысли и эмоции пытались воздействовать. Как она всадила нож в мужчину, а он улыбался и посоветовал Кате успокоиться. И как рана на его животе срослась прямо на её глазах.
– Пожалуй, да,- быстро начала девушка.
Наташа её лучшая подруга и она всегда знает, что делать.
– И что же?- в голосе подруги зазвучал энтузиазм.
– Мне звонил Андрей,- проговорила Катя совсем не то, что собиралась.
– Набрался таки духу?- рассмеялась Наташа.- Просто спросил как дела или же, наконец, пригласил на нормальное свидание?
Катя колебалась. Она сжала трубку так сильно, что онемели пальцы. Она вспомнила своих первых опекунов. Маму и папу. Они не были её биологическими родителями, но Катя привыкла их так называть, потому что именно ими они для неё и являлись. Она была совсем маленькой тогда и счастье, глушившее её от осознания того, что, наконец, её забрали из этого Ада, под названием детский дом, пожалуй, ей не удастся воспроизвести уже никогда.
Они были ответственными и любящими, строгими и ласковыми, ругающими и поощряющими. В общем, они были родителями. А Катя...она всё испортила. Она рассказала им, что может видеть в темноте. Они смеялись и не верили ей, журили и гладили по голове. И тогда ей надо было просто замолчать. Но она была слишком мала, она хотела удивить их, доказать. Катя думала, что они будут гордиться ею, когда узнают. Она выключила свет и начала читать книгу в кромешной тьме. Затем она включила свет. Она хотела увидеть гордость на их лицах, а увидела страх. Страх и непонимание.
Но и это не заставило её понять. Девочка не пыталась скрыть странностей, происходивших с ней. В школе, на улице, дома. И, в конце концов, они отказались от неё. Отказались от странного ребёнка. 'Слишком тяжело', - сказали они. Пара не отчаивалась завести когда-нибудь собственного ребёнка, и они не хотели видеть девочку со странностями рядом с ним.
Катя закусила губу. Она сделал выводы тогда. Выводы, помогающие ей выжить в этом мире. В мире нормальных людей.
– Нет, не хватило, - солгала она.