Дом Аида

Риордан Рик

Пока они шли, Хейзел то и дело касалась ладонями кладки.

– Мы еще не в храме, – шепнула она. – Это… подвальные помещения большого поместья, построенного в поздний период Древней Греции.

Фрэнку было немного жутковато от способности Хейзел сообщить так много о подземелье, просто оказавшись в нем. И, насколько ему было известно, она еще ни разу не ошиблась.

– Поместье? – переспросил он. – Пожалуйста, только не говори, что мы пролетели с местом.

– Дом Аида прямо под нами, – заверил его Нико. – Но Хейзел права,

верхние уровни построены гораздо позже. Когда археологи проводили здесь первые раскопки, они решили, что нашли Некромантейон. Затем поняли, что руины для этого слишком молодые, и признали ошибку. Хотя на самом деле были правы с самого начала. Они просто не копнули достаточно глубоко.

Они завернули за угол и остановились. Туннель перед ними заканчивался огромным камнем, перекрывающим проход.

– Обвал? – предположил Джейсон.

– Проверка, – ответил Нико. – Хейзел, не сочтешь за труд?

Хейзел вышла вперед и прикоснулась ладонью к камню, а тот тут же обернулся пеплом.

Туннель содрогнулся. По потолку побежали трещины. На одно жуткое мгновение Фрэнк представил, как их всех раздавят тонны обрушившейся земли – весьма глупая смерть, учитывая, через что они успели пройти. Затем грохот прекратился. Пыль осела.

Открылась цепочка ступенек, ведущая дальше вниз, расстояние между арками, поддерживающими округлый потолок, сократилось, да и сами арки теперь были из полированного черного камня. Смотря на них, уходящие все дальше в глубь земли, Фрэнк ощутил легкое головокружение, будто он заглянул в зеркало, бесконечно отражающееся в самом себе. На стенах появились изображения черного рогатого скота, направляющегося вниз.

– Ненавижу коров, – пробормотала Пайпер.

– Поддерживаю, – откликнулся Фрэнк.

– Это скот Аида, – пояснил Нико. – Всего лишь символ…

– Смотрите! – перебил его Фрэнк.

На первой ступеньке поблескивала золотая чаша. Фрэнк был готов поклясться, что еще секунду назад ее там не было. Сосуд был до краев заполнен темно-зеленой жидкостью.

– Тадам! – без обычного энтузиазма в голосе воскликнул Лео. – А вот и наш яд!

Нико поднял чашу.

– Мы стоим у древнего входа в Некромантейон. Здесь был Одиссей и дюжины других героев, все они искали совета у мертвых.

– Наверное, эти мертвые посоветовали им убираться отсюда как можно скорее? – спросил Лео.

– Я бы не была столь в этом уверена, – буркнула Пайпер.

Нико отпил из чаши и передал ее Джейсону.

– Ты спрашивал меня о доверии и готовности рискнуть? Так вперед, сын Юпитера. Покажи, как сильно ты мне доверяешь!

Фрэнк не знал, о чем это Нико, но Джейсон не колебался ни секунды. Он принял чашу и сделал глоток.

Так они и передавали ее друг другу, и каждый отпил яда. Ожидая своей очереди, Фрэнк старался одолеть дрожь в коленях и нехорошие судороги желудка. «Интересно, – подумалось ему, – что бы сказала бабушка, увидь она меня таким?»

«Ты болван, Фай Чжан! –

она бы наверняка принялась его отчитывать. – Если все твои друзья пьют яд, ты тоже выпьешь?»

Фрэнк оказался последним. На вкус зеленая жидкость напоминала забродивший яблочный сок. С его глотком чаша опустела и исчезла в облаке дыма прямо у него в руках.

Нико довольно кивнул.

– Поздравляю. Теперь, если, конечно, яд нас не убьет, мы сможем пройти первый уровень Некромантейона.

– Только первый? – спросила Пайпер.

Нико повернулся к сестре и махнул в сторону лестницы.

– Только после тебя, сестра.

* * *

Очень быстро Фрэнк потерял какие-либо ориентиры. Лестница разделилась на три, ведущих в разных направлениях. Но стоило Хейзел выбрать одну, как они оказались у новой развилки. Они все шли и шли по соединяющимся и разъединяющимся туннелям, проходили через вырубленные прямо в земле помещения, выглядевшие до боли похожими друг на друга – во всех в стенах были пыльные ниши, в которых, возможно, когда-то лежали тела. Арки над проходами были разрисованы черными коровами, белыми тополями и совами.

– А я думал, что сова – это символ Минервы, – пробормотал Джейсон.

– Сипуха считается одним из священных животных Аида, – сказал Нико. – Ее крик предвещает беду.

– Сюда, – Хейзел указала на проход, по виду ничем не отличающийся от остальных. – Только здесь потолок на нас не обвалится.

– Отличный выбор, – заметил Лео.

Фрэнку стало казаться, что он постепенно покидает мир живых. Кожу кололо, и он задумался, была ли в том вина яда. Мешочек с куском дерева на поясе стал будто бы тяжелее. В зловещем отсвете их волшебного оружия его друзья выглядели как колеблющиеся призраки.

По лицу скользили потоки холодного воздуха. Арес и Марс в его разуме затихли, но Фрэнку казалось, что он слышит их голоса, шепчущие из боковых коридоров, настаивающие на том, чтобы он свернул, подошел и послушал их.

Наконец они оказались перед арочным проходом, вырезанным в форме человеческих черепов – а может, это и были настоящие человеческие черепа, вмурованные в камень. В пурпурном свете скипетра Диоклетиана их пустые глазница будто подмигивали.

Фрэнк едва не врезался головой в потолок, когда Хейзел взяла его за руку.

– Это вход на второй уровень, – объявила она. – Думаю, мне лучше пойти вперед.

Фрэнк даже не заметил, что оказался у прохода первым.

– А, да… – Он шагнул в сторону, давая ей пройти.

Хейзел провела пальцами по черепам.

– В проходе ловушек нет, но… что-то здесь не так. Мое чувство подземелий… затуманилось, словно кто-то блокирует его, скрывая что-то, что таится впереди.

– Может, та колдунья, о которой предупреждала Геката? – предположил Джейсон. – Ее еще видел во сне Лео? Как ее звали?