Доля секунды

Балдаччи Дэвид

— Когда я скажу «ложись», — настоятельно прошептал он, — бросайтесь на пол!

Кингу казалось, что он различает мельчайшие движения минутной стрелки. Он по широкой дуге водил перед собой пистолетом, все туже стискивая пиджак Бруно. Дыхание кандидата было слишком быстрым, Кинг опасался, что тот может упасть в обморок. Ему показалось, что он слышит удары сердца Бруно, однако вскоре он сообразил, что это его сердце.

Когда стрелка достигла 10.32, свет погас и все погрузилось в полную тьму. Потом зал взорвался калейдоскопическими бликами, которые

сделали бы честь любой дискотеке. Они молниями проносились по залу, из динамиков лились громкие голоса. Все это слепило и оглушало — Кингу пришлось прикрыть щитком ладони глаза. Потом он вспомнил об очках, вытащил их и надел. Один ноль в пользу темных очков.

И тут со стороны лифта послышалось «дзынь».

Двери открываются — или это просто трюк? Стоит ли глядеть в ту сторону.

— На пол! — приказал он Бруно, и тот мгновенно рухнул вниз. Кинг повернул голову к лифту, решив, что ограничится долей секунды. В лифте висела обвязанная проволокой Джоан Диллинджер. Судя по виду, мертвая.

Глядя на нее, Кинг испытал неистовый гнев. Впрочем, на это-то, вероятно, и рассчитывал Морзе. Эта мысль заставила Кинга успокоиться.

Отвернувшись от лифта, он окаменел. Прямо перед ним между двумя картонными фигурами стояла Кэти Рамзи с направленным ему в грудь пистолетом.

— Положите оружие, — приказала она.

Кинг поколебался и опустил пистолет на пол. Освещение снова стало нормальным, звуковые эффекты прекратились.

— Поднимайся, — сказала она Бруно. — Вставай, ты, ублюдок.

Бруно, трясясь, поднялся на ноги, однако между кандидатом в президенты и будущей его убийцей стоял Кинг.

— Кэти, вы же не сделаете это.

Откуда-то бухнул голос. Голос Морзе, исполнявшего роль режиссера:

— Действуй, Кэти. Я отдал их тебе, как обещал: человека, который разрушил карьеру твоего отца, и того, кто лишил его жизни. У тебя пули со стальной оболочкой. Один выстрел, и ты убьешь обоих. Это они его погубили.

Указательный палец Кэти затвердел на курке.

— Не слушайте его, Кэти, — сказал Кинг. — Именно он вашего отца и подставил. Он толкнул его на убийство Риттера. А Бруно к этому никакого отношения не имеет.

— Вы лжете, — сказала она.

— Человеком, чей разговор с отцом вы подслушали в ту ночь, был Сидней Морзе.

— Ошибаетесь. Я слышала только одно имя: Тройанс Кон.

— Вы не слышали имени, просто вы так решили. Он сказал не «Тройанс Кон»; он сказал «троянский конь».

Теперь Кэти выглядела уже не столь уверенной.

Кинг постарался использовать отвоеванное преимущество:

— Я уверен, это Морзе научил вас, что нам говорить, однако часть сказанного вами была правдой. Просто вы не поняли ее значения. Морзе был троянским конем, человеком, близким к Риттеру. Вот о чем он говорил с вашим отцом. Морзе знал, Арнольду ненавистно то, что Риттер делает со страной. Однако политика Риттера Морзе не интересовала. Он был влюблен в вашу мать, в свою будущую бродвейскую звезду. Убрав с дороги вашего отца, он получил

бы ее. А когда ничего из этого не вышло, он убил ее. Теперь же он использует вас, точно так же, как использовал вашего отца.

Лежавший на курке палец Кэти немного расслабился.

— Это безумие. Если то, что вы говорите, правда, зачем он делает все это сейчас?

— Он сумасшедший. Кто бы еще устроил такое?

— Он врет, Кэти, — забухал голос Морзе. — Я сделал это ради тебя. Чтобы ты свершила правосудие. Застрели же их!

Кинг удерживал взгляд Кэти своим:

— Ваш отец убил человека, но убил ради того, что считал благородным делом. А этот… — он указал в сторону Морзе, — хладнокровный убийца, им двигала только ревность.

— Вы убили моего отца, — резко сказала она.

— Я исполнял свою работу. У меня не было выбора. Вы не видели выражения, застывшего в тот день на лице вашего отца, а я видел. Знаете, как он выглядел?

Кэти, смотревшая на него сквозь слезы, медленно кивнула.

— Он выглядел удивленным, Кэти. Удивленным. Сначала я думал, что это шок, порожденный тем, что он убил человека, теперь же понял — он удивился тому, что Морзе не выстрелил. У них была договоренность. Ваш отец смотрел на него. Именно в тот миг он понял, что обманут.

Морзе прокричал:

— Последний шанс, Кэти. Или я сам их застрелю.

Кинг умоляюще взглянул на нее:

— Вы не сделаете этого. Я говорю вам правду. Я знаю это. Какую бы ложь он вам ни скормил, вы не убийца, и обратить вас в убийцу он не сможет.

— Ну же! — завопил Морзе.

Кэти начала опускать руку с пистолетом. Внезапно дверь с треском распахнулась. Это на миг отвлекло Кэти, и Кинг, ухватившись за бархатный канатик, рванул его вверх и выбил пистолет у нее из руки. Кэти вскрикнула и упала.

Кинг крикнул Бруно:

— Бегом! К дверям!

Бруно повернулся и побежал к выходу, из которого только что появилась Мишель.

Свет вспыхнул в полную силу, мгновенно ослепив их всех. Мишель увидела опасность раньше прочих.

— Бруно, на пол! — прокричала она.

Раздался выстрел. Мишель прыгнула, заслонив собой кандидата, и пуля ударила ее в грудь.

Кинг направил свой пистолет туда, откуда донесся выстрел, нажал на курок. И сразу же понял, что никаких шансов Морзе ему не оставил: пистолет был заряжен холостыми.

— Мишель! — закричал Кинг.

Она не шевелилась, а Бруно уже проскакивал в дверь. И тогда свет погас снова, утопив их всех в темноте.

Кинг присел на корточки, лихорадочно обшаривая пол в поисках хоть чего-то, похожего на оружие. Но тут опять вспыхнул свет. Кинг ощутил чье-то присутствие за спиной, резко повернулся. Сидней Морзе стоял, направив на него пистолет.

— Так и знал, что тебе не хватит на это пороху, — сказал Морзе, переводя пистолет на Кэти. — Не то что твоему отцу! Я дал роскошную сцену тебе для выступления. Досконально расписал сценарий. А ты провалилась.