Доля победителей
Шрифт:
Хальви и группа выживших сикаров уже были рядом. Трое из них помогали тащить носилки с раненой Улой. Саша взглянул на женщину и внутренне весь сжался. Без сознания. Вся в крови, с головы до пят. Складывалось такое ощущение, будто на ее теле нет живого места. Перейдя на истинное зрение, он увидел, что все не так уж плохо, но, если прямо сейчас не оказать ей помощь, Ула умрет.
— Бегом неси ее на корабль и спускайся ко мне, — сказал он Сове и, подняв голову, крикнул: — Всех раненых — тоже на корабль! Там их осмотрят друиды!
Найдя взглядом Талая, Саша обратился к нему:
— Тебя я тоже
Тот лишь молча кивнул и поторопился к воде.
Торп же стоял, переминаясь с ноги на ногу. Саша мог только догадываться о чувствах этого воина… Еще вчера вечером он был поставлен сторожить чужаков, а уже сегодня ждет приказаний их странного вождя. По возрасту, кстати, ровесника его племянника.
— Ты знаешь, где все лодки, на которых вы нас встречали вчера? — спросил Ксандр у рыжебородого.
Тот молча указал куда-то вправо.
Ксандр кивнул:
— Хорошо. Веди всех людей туда, и переправляйтесь на противоположный берег. Здесь скоро будет жарко. Думаю, сейчас многие из ваших рванули к лодкам. Собери всех, кто может держать оружие. Подростков, крепких стариков. Для нашей битвы они не подходят, только под ногами мешаться будут, а вот тебе на подмогу — в самый раз. Как переправишься на тот берег, сиди тихо да на реку поглядывай. Все. И храни вас Творец.
Торп так же молча кивнул и поспешил выполнять приказание.
Рядом бесшумно появился Сова. Ксандр чувствовал его возбуждение и гнев.
— Надо вернуться туда, — ровным голосом произнес Ксандр.
Хальви молча, но с готовностью кивнул.
— Но не вздумай мстить, — оборвал его настрой Саша. — Сейчас ты мне нужен, как разведчик с холодной головой. Мне необходимо знать все, что там произошло и происходит. Понял?
Собрав небольшой силовой сгусток, принц легонько толкнул его в сторону друга. Он постарался передать юноше часть своих переживаний.
Хальви слегка вздрогнул от неожиданности и взглянул на Ксандра.
— Я понял тебя, мой повелитель, — хриплым голосом произнес Сова.
— Вот и хорошо, — ободряюще улыбнулся Саша. — А что касается мести… Это плохое чувство… Но очень скоро у тебя будет возможность поквитаться с нашими врагами…
Хальви поспешил к своим бойцам. Ксандр тяжело вздохнул. Вряд ли то, что Сова изобразил у себя на лице, можно было назвать улыбкой. Скорее, хищным оскалом…
«Вот так, — с досадой подумал Саша, наблюдая за тем, как исчезают фрольды в темной листве. — Пришел с надеждой о мире. Хотел наладить дипломатические отношения. Торговлю… В конце концов, в футбол научить играть… Так нет же. Им войну подавай! Неужели нельзя жить без убийств? Крови? Эх, дружище Хальви, ты даже не представляешь, как скоро тебе представится возможность вцепиться в глотку твоим врагам… Нет, ну что за мир этот Дорн! Ни дня без кровопролития…»
— Белый! — Рык Дьярви оторвал принца от размышлений. — Ты должен это услышать!
Пока Саша напутствовал Хальви, вальдмар зря времени не терял. Отправил два десятка воинов в лес за кольями. Другим приказал начинать окапываться. Лоримы готовились к встрече врага. А еще Дьярви расспросил изрядно потрепанных сикаров из окружения Улы и одного из них тащил сейчас на разговор к принцу.
— Это
Ксандр перешел на истинное зрение. Энергоструктура сикара была обычной, как называл про себя парень, — «человеческой». Слегка истощена. Но это нормально. Стресс после боя, легкое ранение в плечо, скорее царапина. Затем — путь к реке. Несколько дней отдыха и лечения ему бы не помешали. Только вот, увы, нет у него этих нескольких дней… Скорее всего, через несколько часов сикару предстоит снова вступить в бой… И, как знать, может быть, в последний бой в его жизни…
Тем временем Дьярви продолжал представлять сикара:
— Ратим — один из десятников Улы. Он был там, когда все произошло…
Саша коротко кивнул и протянул руку для рукопожатия.
— Я — Ксандр. Расскажи нам, Ратим, как все было…
Рука сикара оказалась крепкой. На ладони — характерные мозоли. Видимо, знает, с какой стороны браться за меч. Да и фигура… Подопечный Улы сперва показался Саше излишне худощавым, но, присмотревшись, Ксандр понял, что это не так. Ратим телосложением чем-то напоминал Альди Урома и сотника Гарда, такой же сухопарый и жилистый, ни грамма жира. Опасный боец… Парень только обрадовался — будет кому организовывать всех лесовиков.
— Был праздник в честь гостей, — сразу же приступил к делу Ратим. — Вожди, сотники и жрец сидели за главным столом. Сперва все пили и ели… Веселились… Вожди произносили здравицы… Жрец тоже сказал много добрых слов… Отрыжка Падшего…
Когда зашла речь о прислужнике Ас, сикар зло сплюнул.
— Он говорил что-нибудь об илергетах — старых соседях балоров? — спросил Ксандр.
— Нет, — ответил Ратим. — Но, мнится мне, Бедвар уже что-то знал. Да и Гахар тоже…
— Прости, что перебил, — извинился Саша. — Продолжай, пожалуйста…
Ратим кивнул.
— В разгар праздника жрец преподнес Бедвару подарки. Белого скакуна, лук, нож, шкуры редких зверей и несколько бочек эля.
«А лошадники не оригинальничают», — подумал Саша, ухмыльнувшись.
Дьярви тоже ухмылялся. Видимо, подумал о чем-то схожем.
— Старый колдун до того расщедрился, что приказал своим людям угощать элем даже простых воинов и людей, — продолжал Ратим. — На празднике оказалось вдвое больше выпивки. Уже ближе к ночи все перепились так, что не могли ворочать языками. Кроме нашей сотни, конечно… Ула приказала всем держать ухо востро. Правда, сотнику и друидам нашим пришлось все-таки пить. Иначе оскорбление, сами понимаете…
Ксандр и Дьярви дружно кивнули.
— А дальше… — продолжил сикар и запнулся.
На скулах мужчины заиграли желваки. Глаза гневно сузились. Кулаки сжаты так, что костяшки побелели… Ратиму потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя и продолжить свой рассказ.
— А дальше все произошло очень быстро… Едва я начал осознавать, что сордоны трезвы и их неожиданно больше, чем пять десятков, как в нас полетели первые стрелы. Пока пришли в себя, пока кое-как организовались, наших осталось меньше половины… Я лично видел, как Хайзыл, сотник сордонов, секирой отрубил голову спящему Гахару Скале. Я даже слышал его слова. Тварь! Радовался, что Гахар так удобно заснул на столе…