Долорес
Шрифт:
– Я все распаковала, мадам. На тумбочке – колокольчик. Звоните, если что-нибудь понадобится. Я позволила себе забрать ваши платья в утюжку. Они будут готовы к утру.
– Агнес это делает мастерски, – сообщила Нита.
– Извините, а когда прибудет багаж? Здесь только два чемодана и сумка.
– Миссис Райан специально приехала налегке, – перебила служанку Нита, – чтобы сделать покупки в Лондоне, Париже и Риме. Ты свободна, Агнес… Я разолью чай сама.
– Мадам, Миртл хотела бы знать, понадобится
– Нет, пусть ложится спать.
Агнес сделала глубокий реверанс и удалилась.
– Миртл – моя горничная, – пояснила Нита. – Выпьешь чаю?
– С удовольствием, – сказала Долорес, подсаживаясь к столику. – Какая прелесть эти бутерброды с огурцами! Я чертовски голодна.
– Разве ты не обедала в самолете?
– Да, но несколько часов назад. Не забывай, у нас еще только восемь вечера.
– Доло, тебе следует похудеть.
Долорес откусила чуть ли не половину бутерброда и откинулась в кресле.
– А тебе поправиться.
В дверь легонько постучали. Появился дворецкий с телеграммой на подносе и с поклоном подал ее Долорес.
– Совсем как в Белом доме, – заметила Долорес. – Мне поначалу казалось, что нужно давать чаевые.
– Кто это так быстро соскучился?
– Наверное, Бриджит сообщает, что с детьми все в порядке.
Пробежав глазами текст, Долорес опустила голову, чтобы скрыть охватившее ее волнение. Телеграмма была от Бэрри: «Приезжал на два дня. Узнал, что ты уехала. Возвращаюсь в Палм-Бич. Скучаю. Люблю. Б.»
Долорес хотелось прижать этот листок к сердцу. Внезапно она пожалела, что уехала. Целых два дня они могли провести вдвоем. Предлог удрать из Вирджинии, конечно, нашелся бы – заболел зуб, выпала пломба. Бриджит легко обмануть. Долорес понимала, что сестра наблюдает за ней, и поспешила улыбнуться.
– Заскучал Бэркли Хаузмен… Это один новоиспеченный сенатор, который пытается ухаживать за мной. Бедняга приехал из Вашингтона, а меня нет.
Но едва Долорес смяла телеграмму и бросила на столик, как Нита тут же схватила ее.
– Очень он нежен, твой новый поклонник… А почему он подписался буквой Б.? А не фамилией?
– Хотел, наверное, оградить меня от сплетен, если кто-то из слуг прочтет. Ему тридцать два. Не представляешь, какой зануда! За мной ухаживают только такие. Ни Роберта Редфорда, ни Джорджа Скотта среди моих обожателей нет.
– Тебе нравится Джордж Скотт? – спросила Нита.
– Ах, никто мне не нравится. Просто я восхищаюсь его талантом, – с досадой ответила Долорес.
– Ну, красавцем Скотта не назовешь. – Сестра упорно продолжала неприятный для Долорес разговор.
– Конечно, нет. Можно ли быть красавцем, если тебе несколько раз ломали нос.
– Откуда ты знаешь?
– Где-то прочитала. Я вообще много читаю, сестричка.
–
– Да оставь, ради бога, бедного мистера Скотта в покое. Скорее всего, он сейчас лежит в объятиях своей прелестной жены. Нашла о чем говорить!
– Потому что я хочу говорить об Эрике. Долорес зажгла сигарету.
– Не возражаю… Давай.
– По-твоему, Эрик – мужлан.
– При чем тут мое мнение об Эрике?
– Он хочет жениться на тебе.
Глава 22. ОТВЕТ
От неожиданности Долорес выронила сигарету, но мгновенно подхватила ее и сдула пепел с ковра.
– Ужасно, что нельзя курить на людях, – лепетала она, понимая, что несет чушь, не смея встретиться с ледяным взглядом сестры. – Мне Джимми запретил курить в общественных местах…
– Не ломай комедию, – процедила Нита. – Повторяю: Эрик хочет на тебе жениться.
– Но я вовсе не собираюсь выходить замуж за твоего Эрика. Мне он неприятен.
– Ты же его совсем не знаешь!
– Почему? Мы встречались раза три, если не ошибаюсь. Этого вполне достаточно.
– Я хочу, чтобы вы поженились.
– Зачем? Ты ведь любишь его!
– Да, но мне его никогда не заполучить. Он действительно не знает, что такое любовь. Какие-то чувства к Людмиле у него, может быть, и есть, они вместе уже очень давно… Но, по-моему, и к ней Эрик относится как к старой любимой туфле.—
Помолчав, она продолжала:– Недавно я провела целый вечер с этим подлецом. Он разрешил мне признаться, что жить без него не могу. Принял подарок – портсигар из платины. А потом… Потом он погладил меня по голове и сказал: «Малышка, я не люблю тебя. Но в твоих силах дать мне то, о чем давно мечтаю». Доло… Я наклонилась вперед, готовая сдаться на любых условиях. А он заявил: «Хочу жениться на твоей сестре». Я, конечно, разрыдалась… А знаешь, что еще сказал этот мерзавец, утешая меня? «В деньгах, моя прелесть, ты не нуждаешься. У лорда Брэмли их предостаточно. Но своего состояния у тебя нет. Поэтому ты вынуждена закрывать глаза на любовные интрижки супруга и играть роль верной жены, хотя и не любишь его. Если уговоришь сестру выйти за меня замуж, получишь пять миллионов долларов».
– Зачем я ему нужна?
Нита грустно покачала головой.
– Не знаю. Но подумай над этим, Доло. Какую жизнь ты ведешь! Сидишь одна вечерами, ходишь на прогулки с детьми, обедаешь с Бриджит и благодаря моим подаркам считаешься элегантной женщиной. Каникулы – на ферме, лето – в Нью-Йорке плюс пять-шесть вылазок на люди с Майклом или судьей.
– Прости, но я не могу даже представить, что он когда-нибудь дотронется до меня. – Долорес вздрогнула от отвращения.