Доллар за душу
Шрифт:
– Но что станет с моей душой?
– Я стану обращаться с ней так, словно она моя.
– А я получу ее когда-нибудь обратно?
Джордж склонил голову набок.
– Трудно сказать... Так по рукам или нет?
Я задумался. Джордж пару раз бросал взгляд на часы.
– Ладно, - наконец решился я.
– По рукам.
И я поставил свою подпись.
– Вот я и выиграл пари, - улыбнулся Джордж.
Я сунул кипу бланков в портфель и направился домой.
Утром я задумался, не брать ли с каждого по доллару, возвращая душу. Было бы справедливо получить какое-нибудь вознаграждение. Но нет, я не корыстолюбив...
В перерыве между лекциями я начал раздавать души обратно, но никто не испытывал ко мне особой благодарности. Большинство достигло крайней стадии апатии. Самое большее, на что они еще были способны, - взглянуть на меня с холодным недоверием, словно во всем случившемся виноват был именно я.
Я пожалел, что вообще решил им помочь.
Джордж заговорил со мной после лекции по истории.
– Сколько у тебя еще осталось?
Я заглянул в портфель.
– Около десятка.
– Я тут поразмыслил, и мне стало действительно не по себе оттого, что у тебя нет своей души. Вот что я тебе скажу... я тебе ее верну в обмен на одну из тех душ, что у тебя остались. Ты даже сможешь выбрать ее сам.
Что задумал на сей раз этот каналья? Если он соблазняет меня, то весьма остроумно. Я прикрыл глаза и на минуту задумался.
– Посуди сам, - сказал Джордж.
– Ради них ты пожертвовал частью самого себя, и что получил взамен? Да ничего!
Я открыл портфель и просмотрел листки бумаги, читая про себя написанные на них имена. Наконец я выбрал один и, вынув его, отдал Джорджу.
– А, Лиза Адамс, - прочитал он.
– Отличный выбор.
Внезапно до меня дошло, что я наделал.
– Ты не расскажешь ей об этом, ладно?
– Нет, конечно, нет, - отозвался он, возвращая мой бланк.
– Держи свою душу - она лишь слегка измялась. Надеюсь, в будущем ты станешь обращаться с нею аккуратнее.
Я сложил листок бумаги и сунул его в бумажник. Пришло облегчение, но ненадолго.
Чуть позднее я раздал оставшиеся у меня листки. Во время ленча на меня набросилась Лиза Адамс. Она была в ярости.
– Джордж сказал, что из всего класса ты выбрал именно меня. Не захотел, чтобы я вернула свою душу.
Я не знал, что и отвечать. Как гнусно! Не думал я, что Джордж проговорится.
– Как ты мог со мной так поступить?
– зарыдала Лиза.
– Я думала, что ты мой друг. Ну почему ты выбрал именно меня?
Я вышел, не закончив ленч. Впрочем, я не был особенно голоден.
После полудня я отыскал
– Ты меня предал.
– А ты предал Лизу.
– Но ты же обещал, что ничего ей не скажешь!
– А я ничего и не говорил. Я написал ей записку.
– Меня от тебя тошнит.
– Я тряхнул головой от отвращения.
– Тебе еще не надоела эта мелкая забава?
– Вообще-то да. Хочешь услышать мой самый последний план?
– Нет! Я хочу только, чтобы ты вернул Лизе душу.
– Забудь об этом.
– Но послушай, Джордж, ты ведь доказал свою правоту. Ты уже заполучил души каждого из тех, кто учится в одиннадцатом классе...
– Я запнулся. Погоди-ка, возможно, и нет.
– Что ты хочешь этим сказать?
Я посмотрел ему в глаза.
– До меня только что дошло... ведь ты еще не выиграл пари?
– Конечно, выиграл.
– Нет. Вспомни, мы поспорили о том, что каждый из одиннадцатого класса продаст свою душу.
– Так и оказалось. Я проверил все имена. Ты был последним.
– Нет.
– Я ткнул в него пальцем.
– Ты последний! Ты еще не продал свою душу! Вот что... я дам тебе за нее доллар.
– Это в условия не входило.
– Что-то я не припоминаю, что ты делал исключение для себя.
– Да, не делал, - признал Джордж.
– До меня это дошло только сейчас.
– Ты говорил, что купить можно каждого. А что ты скажешь про себя? Продашь ли ты свою душу, чтобы выиграть спор?
Джордж уставился на меня.
– Разве я похож на идиота?
– Тогда за сколько ты ее продашь? Назови цену.
– Раз уж ты спросил, то знай, что тебе она не по карману.
Тут вошла Лиза. Она, судя по всему, слышала наш разговор.
– Я думаю, ты не продаешь свою душу только потому, что ее у тебя нет, - сказала она, едва сдерживая ярость.
– Да, ты убедился, что все мы продажны, но это лишь доказывает, что мы люди, и у нас есть души, наши слабые души. У тебя же нет никакой.
– У меня есть душа, - засмеялся он.
– Вот здесь.
Он помахал листком бумаги. Лиза протянула к ней руку.
– Это не твоя душа. Это моя!
– Уже не твоя, - заметил Джордж, отодвигая руку с листком подальше от девушки.
– Она принадлежит мне, целиком и полностью.
Тут меня осенило.
– Послушай, Джордж, если эта душа "твоя", и ты ее сейчас продашь, это будет означать, что каждый в нашем одиннадцатом классе продал свою душу. Правильно?
– Да вроде-бы так.
– Так что если ты уступишь ее Лизе, ты выиграешь спор, а Лиза получит свою душу обратно.