Долина ужаса (и)
Шрифт:
— Надпись сделана не здесь, тут чернила черные, а на карточке — красные. Да и написано толстым пером, а тут все перья тонкие. Нет, это было написано в другом месте. Вам что-нибудь говорит эта надпись, Эмс?
— Нет, сэр.
— А что вы думаете, мистер Мак?
— Мне пришла мысль о каком-то тайном обществе. Справедливость ее подтверждает знак на руке.
— Я тоже так считаю, — сказал Мейсон.
— Только возьмем за основу эту гипотезу и посмотрим, насколько прояснится наше положение. Член подобного общества пробирается в Дом, дожидается мистера Дугласа, почти полностью разносит ему голову из ружья и скрывается через ров, оставив возле убитого карточку. Для чего? Да для того, чтобы она была впоследствии упомянута
— Действительно, странно.
— И куда исчезло обручальное кольцо?
— Тоже непонятно.
— И почему до сих пор никто не арестован? Сейчас уже больше двух часов. Надеюсь, необходимые распоряжения были даны и с самого утра каждый констебль на расстоянии сорок миль разыскивает подозрительных субъектов в промокшем платье?
— Конечно, мистер Холмс.
— Он мог исчезнуть, только забившись в какую-нибудь нору или сменив одежду.
Холмс подошел к столу и стал изучать с помощью лупы кровавый след на подоконнике.
— Нет сомнений, след сапога. Но какой огромный! Судя по следам в углу, можно предположить, что у него более изящные ноги… А что это под столом?
— Гимнастические гири мистера Дугласа, — сказал Эмс.
— Гимнастическая гиря тут одна. Где же вторая?
— Не знаю, мистер Холмс. Может быть и была всего одна. Я не обращал на это внимания.
— Одна гимнастическая гиря… — повторил Холмс задумчиво.
Но тут раздался сильный стук в дверь. В комнату вошел высокий и загорелый джентльмен. Было нетрудно догадаться, что это — Сесил Бэркер. Его глаза смотрели вопрошающе, когда он переводил их с одного лица на другое.
— Извините, что помешал, — сказал он, — но мне надо сообщить вам новость. Только что нашли велосипед. Кто-то бросил его. Это в ста шагах от входной двери.
Мы пошли за Бэркером и увидели нескольких зевак около велосипеда, вытащенного из кустов, где он был спрятан. Велосипед распространенной марки был весь забрызган грязью, точно после долгого путешествия. В седельной сумке лежали гаечный ключ да масленка, и ничего, что помогло бы опознать владельца.
— Для полиции может пригодиться, — заметил инспектор, — эти вещи занесут в список. Если мы не узнали пока, куда скрылся преступник, то по крайней мере постараемся выяснить, откуда он явился. Но почему молодчик бросил велосипед здесь? И как он без него доберется туда, куда ему нужно? Мистер Холмс, мы, кажется, никогда не доберемся до просвета в этих потемках.
5. Свидетели трагедии
— Осмотрели ли вы в комнате все, что вас интересовало? — спросил Уайт Мейсон, когда мы возвратились обратно.
— Пока все, — ответил инспектор.
Холмс ограничился утвердительным кивком головы.
— Тогда, может быть, хотите выслушать показания жителей дома? Перейдем для этого в столовую. Пожалуйста, Эмс, вы первый расскажете нам все, что вы знаете.
Рассказ дворецкого был прост и произвел впечатление полной искренности. Пять лет назад он поступил на службу к мистеру Дугласу. От него Эмс получил распоряжение поднимать мост каждый вечер, как в старину; хозяин любил старинные обычаи. Он выезжал в Лондон, да и вообще из дому, крайне редко, но за день до убийства побывал в Тенбридже за покупками. В тот день Эмс заметил в мистере Дугласе какое-то беспокойство. Он был нетерпелив и раздражителен, что на него совсем не походило. В роковую ночь дворецкий находился в кладовой и убирал столовое серебро после гостей. Вдруг он услышал резкий звонок. Выстрела не слыхал, что вполне объяснимо, поскольку кладовая и кухня
Рассказ экономки Эллен в общем подтвердил слова Эмса и ничего к ним не прибавил.
Затем в качестве свидетеля был допрошен мистер Бэркер. Он убежден, что убийца скрылся через окно, о чем свидетельствовал кровавый след. Мистер Бэркер выдвинул свою версию причины убийства. Дуглас отличался скрытностью, и в книге его жизни были страницы, о которых он никогда никому не рассказывал. Впервые Бэркер встретился с ним в Калифорнии, где они стали компаньонами по разработке богатой рудничной жилы в местечке Бенитоканьон. Они было там окончательно обосновались, но Дуглас вдруг ликвидировал свои дела и неожиданно уехал в Англию. Спустя некоторое время Бэркер продал свою долю и поселился в Лондоне. Там они возобновили свою дружбу. Дуглас производил впечатление человека, над головой которого постоянно висела какая-то опасность. Это Бэркер заключил и из его внезапного отъезда из Калифорнии, и из того, что он снял дом в одном из самых тихих уголков Англии. Бэркер считал, что какая-то тайная организация следила за Дугласом. Таинственная карточка наверняка имела отношение к ней.
— Как долго вы жили с Дугласом в Калифорнии? — спросил Макдоналд.
— Все пять лет.
— Он был холост?
— Вдовец.
— Вы не слышали, откуда родом его первая жена?
— Он говорил, что она была шведкой и умерла от тифа за год до нашего знакомства.
— Вы не можете связать его прошлое с какой-нибудь конкретной местностью в Америке?
— Иногда он рассказывал мне о Чикаго, который знал хорошо. Он много путешествовал в свое время.
— Он не занимался политикой?
— Нет, политикой он не интересовался совершенно.
— У вас нет оснований думать, что он был преступником?
— Я не встречал человека честнее его.
— Не замечали вы в нем чего-нибудь странного, когда жили вместе в Калифорнии?
— Он избегал людных мест. Вот почему я еще тогда подумал, что он кого-то опасается. После его внезапного отъезда в Европу я утвердился в этой мысли. Наверное, он получил тогда какое-то предостережение. Через неделю после его отъезда о нем справлялись шестеро парней.
— Как они выглядели?
— Грубые на вид.
— Были эти люди калифорнийцами?
— Не думаю, но, несомненно, они были американцами. На шахтеров не походили. Словом, не знаю, кто они были.
— Это произошло шесть лет назад?
— Да.
— А до этого вы с Дугласом прожили в Калифорнии пять лет. Так что неизвестная нам история произошла не менее одиннадцати лет назад?
— Видимо, так.
— Это, должно быть, исключительно сильная вражда, раз она длилась до сих пор и завершилась таким печальным финалом.