Долина теней
Шрифт:
– Разумеется, - он нагнулся ближе.
– По тем базам данных, к которым нет доступа всяким паршивеньким хакерам, так любящим запускать свои грязные ручонки, куда не следует.
Улыбка его стала хищной, и даже зубы словно бы заострились.
– Вот так радость, подумал я. Гражданин Кингстон нашелся, какая счастливая новость, для его безутешной семьи. Вы же хотите как можно скорее вернуться в свой родной дом, в объятья вашей толстой женушки, и трех детей, мистер Кингстон?
Взгляд его был ледяным, жутким. Словно у замёрзшего в снегу покойника. Макс молчал.
– Нам, полиции, разумеется, не терпелось увидеть
Он вынул сигару изо рта и описал её горящим кончиком в воздухе круг.
– И, о ужас! Почему-то, по какой-то нелепой бюрократической ошибке, оказывается, что ваша сетчатка глаза принадлежит некоему Максу А. Валенштайну, разжалованному офицеру армии, буквально на днях отбывшему пятилетний тюремный срок. Ужасающее совпадение.
Капитан сокрушенно покачал головой, будто и в самом деле был поражен этой нелепостью. Макс не проронил ни слова, ожидая, пока Вольфхаузер прекратит ломать эту комедию.
– И теперь, добрый гражданин, передо мной стоит очень сложная дилемма, которую вы, как я надеюсь, поможете мне разрешить.
Капитан медленно встал с кресла и сел на край стола напротив Макса.
– Ведь по нашему законодательству, - продолжил он.
– Как вы и сами, полагаю, знаете, вам теперь предстоит ряд медицинских и биометрических экспертиз, чтобы определить, кто же вы на самом деле. Ведь тут одно из двух. Либо это не ваша сетчатка глаза, что является незаконным без записи о донорстве в вашу пользу. Либо, какой-то мелкий, скрюченный, бледный, просиживающий в Сети всю свою поганую жизнь, урод, перезаписал данные вашего айди. И во втором случае грозит вам пятнадцать лет тюрьмы, учитывая ваши прошлые заслуги.
Он выдохнул дым прямо ему в лицо.
– Что вам от меня надо? – спросил Макс, покривившись.
Капитан оскалил желтые зубы.
– Содействие. Ваша посильная помощь Республике, добрый гражданин. Доказательство вашей законопослушности и желание помочь сотрудникам полиции в нелегком деле по очистке сточных канав нашего славного Города. А как только мы получим убедительнейшие факты вашей добропорядочности, гражданин Ди Э Кингстон сможет с чистой совестью идти куда ему захочется. Вы меня понимаете?
– Что вам от меня надо?
– повторил свой вопрос Макс.
Капитан перестал улыбаться.
– Одни очень нехорошие люди, члены китайско триады… Доходили до меня слухи, что они очень ищут обладателя вот этой самой сетчатки, - капитан почти ткнул его в глаз зажжённой сигарой.
– Так вот, эти люди каждый четверг возят один интересный синий фургончик по известному нам маршруту.
Капитан стряхнул пепел на брюки Макса.
– Вам всего лишь надо уговорить их чуть изменить маршрут, и привезти фургон туда, куда вам укажу я. И всего дел-то. Вот так всё просто. После этого, вы можете идти на все четыре стороны, мистер Ди Э Кингстон, - последние слова Вольфхаузер произнес с особой издевкой.
Он оскалился.
– А что же такое интересное, в этом самом фургоне? – спросил Макс.
Он не рассчитывал на ответ, но капитан неожиданно произнес.
– Синий дьявол.
– Что?
Капитан опять показал желтые зубы.
– Ну-да, ну-да, понимаю вашу неосведомленность в данном вопросе. В фургончике довольно крупная партия нового, но уже весьма
– Не понимаю, - совершенно искренне спросил Макс.
– Почему бы вам как полиции просто не задержать самим фургон наркоты?
Капитан вздохнул и покачал головой, словно сетуя на глупость этого вопроса.
– Вы задаете очень много глупых и бестактных вопросов, добрый гражданин. Но моя обязанность как полицейского помогать населению, не так ли? Так что я просвещу вас. Понимаете ли, мистер Кингстон, мир, в котором мы живем очень тонкая материя. Она сплошь состоит из системы сдержек и противовесов. К примеру, триады не переходят дорогу в неположенном месте и подкидывают нам нужную информацию о всяких паршивых овцах в стаде нашего Города, которая очень благотворно влияет на статистику. А уж как уважительно к нам относятся боссы китайской диаспоры, ммм.
Капитан мечтательно улыбнулся и демонстративно потер палец о палец.
– Ага, понимаю, - сказал Макс.
– Но этот самый фургончик уж очень сладкий, чтобы удержаться и не перейти дорогу триадам, да?
Вольфхаузер лишь сокрушенно пожал плечами.
– Так чего не пошлете своих громил в гражданском?
– Увы, увы, сами понимаете, от характерного почерка не избавиться. После многих лет на службе полиции даже по спящему человеку понятно, что он спит как полицейский. Тактика, вооружение, манера держаться и отдавать команды. Всё это приметы, которые очень сильно расстроят моих китайских друзей.
– А если все это проверну я – подозрение падет на военных, не так ли?
Вольфхаузер улыбнулся ещё шире.
– Капитан, как ты спишь-то по ночам спокойно, когда знаешь, сколько людей садится на эту дрянь и дохнет потом в муках, а? – спросил Макс.
Тот взял сигару в кончики пальцев, чуть вращая, заставляя дымок закручиваться спиралью.
– Дрянь? Дохнут? Все это лишь демагогия, - ответил он.
– Всё, что нас окружает это только набор социально приемлемых видов яда. Разве фабричный дым не вызывает рак? Разве алкоголь не убивает нашу печень? Разве табак не губит наши легкие? Но разве они запрещены? Нет, зачем? Ведь эти продукты облагаются налогом. Прибыль, добрый гражданин, вот – что двигатель свободы взглядов. Ведь алкоголикам и курильщикам в скором времени понадобятся новые органы. Они пойдут в трансплантологические клиники, как вчера шли в алкогольный, и понесут туда свои денежки за искусственные легкие, почки, печень и сердце. И эти деньги снова смажут шестеренки нашей экономики. И эти граждане снова пойдут за алкоголем. И снова, и снова, и снова. А раз наш добрая Республика не считает, что это плохо, кто я такой, чтобы что-то осуждать?
Вольфхаузер с силой раздавил окурок о стол и посмотрел на часы.
– Так что перевешивает лично вашу чашу весов, добрый гражданин? Пятнадцать лет тюрьмы, но не допустить, чтобы у одного капитана полиции появилась милая квартирка, этажей на десять выше уровня городского смога? Или социально приемлемая мораль?
Макс не раздумывал и двух секунд.
– Сделаю. Но мне понадобится помощь Гая, - он осекся, поняв, что не знает его фамилию.
– Вы должно быть про гражданина Лю Синь Чженя, торговца рыбой, задержанного с вами в один день? Зачем вам этот дешевый мошенник?