Долина создания
Шрифт:
Нельсон забился в глубину норы и тихо завыл, страдая так, как немногие люди страдали с начала мира. Постепенно он пришел к мысли, что должен либо умереть, либо сойти с ума. Как ни странно, это вернуло ему некоторое успокоение. Он долгое время провел в самых диких районах Земли, непрерывно встречаясь со смертью, и это выковало в нем цепкость и стойкость духа. Когда первая черная волна ужаса прошла, в нем внезапно взыграла гордыня. Нет, он не сдастся на милость победителей. Он не позволит Крину издеваться над ним, а этому оборотню Тарку — таскать его за
Нельсон вновь ощутил странную связь своего мозга с другим, полуспящим волчьим разумом. Ночной лес сразу же показался ему знакомым, почти родным, живущим своей сложной жизнью, и в ней для него, Нельсона-Аши, не было тайн. Чуткие уши слышали, как растет трава, как шепчутся кроны деревьев и шуршит вода о гальку в далеком ручье. Где-то среди упавших стволов пробежал крот, высоко наверху с писком пролетело несколько летучих мышей. В глубине леса осторожно шел олень, а по его следам крался тигр…
Нельсон приподнял голову и втянул воздух широко раскрытыми ноздрями. Он почувствовал букет из сотен острых запахов, в большинстве своем незнакомых ему, Нельсону, но хорошо понятных Аше. Дыхание леса было насыщено густыми и трепетными ароматами, некоторые из которых возбудили его, и тогда он понял, что голоден.
Он выбрался из норы и, потянувшись всем телом, внезапно вздрогнул, почувствовав острую боль в многочисленных ранах.
Превозмогая себя, Нельсон шагнул на тропинку из лунного света и постоял там некоторое время, поворачивая высоко поднятую голову по румбам ночного ветра. Вскоре он ощутил запах стаи волков, гнавшей по опушке леса матерого кабана. К реке спустился на водопой табун лошадей, и среди них был молодой олень.
Ему до спазма в желудке захотелось свежей оленятины. Но… весь лес тогда узнает о его охоте. Придется довольствоваться кроликом. Кроликом? Воспоминание о заседании Совета кланов вернуло Нельсона к суровой действительности. Нужно не медля идти в Аншан и каким-то образом спасти Барина из плена! Для того-то его и переселили в тело волка. Хорошо, он будет волком.
Далекий охотничий призыв стаи волков прокатился по долине. Нельсон инстинктивно поднял голову, намереваясь ответить, но вовремя сдержался. Затем, подобно серому призраку, бесшумно побежал на юг, в сторону Аншана.
Поначалу бег рысцой давался ему трудно. Мешали не только саднящие раны, но и воспоминания о том, что еще недавно он шел на двух ногах. Но вскоре его движения стали автоматическими, мускулы разогрелись, и Нельсон почувствовал такой восторг, что забыл даже о голоде. Его прошлое, человеческое тело было весьма недурным — худощавым, выносливым, гибким. Но сейчас оно казалось крайне неуклюжим и тяжеловесным.
Тело Аши было поразительно живым, начиная от мягких подушечек на лапах и кончая кончиками ушей. Каждый мускул, каждый нерв срабатывал, будто спусковой крючок ружья.
Он мог теперь, словно змея, проскользнуть через густые заросли кустарников, так что ни один лист не дрогнул бы. Мог внезапно замереть камнем на месте, а мог мчаться к цели, подобно смертоносной стреле.
Впервые Нельсон ощутил это, когда звери Братства едва ли не силой выпроваживали его из Вроона, но тогда ему было не до восторгов. Зато теперь он мчался по склону лесистой гряды, пересекая озера лунного света, и прыгал от радости, вращался на месте, играл с тенями, нападал на невидимых противников…
«Кажется, это истерика, — всплыла в его мозгу холодная, отстраненная мысль. — Нормальная реакция на пережитый страх. А почему бы и нет, черт побери?»
Нельсон заметил внизу у ручья небольшое стадо оленей и осторожно подкрался к нему с подветренной стороны. Некоторое время он лежал в траве и следил за высоким самцом, его двумя подругами и игривым олененком. От их густого манящего запаха у него выступила обильная слюна. Но сейчас было не до охоты…
Нельсон неохотно поднялся и, не скрываясь, пошел к водопою. Олени немедленно подняли головы и насторожились, глядя со страхом на волка, а затем внезапно сорвались с места и исчезли в темной чаще. Он вошел по колено в ручей и стал жадно пить. Из колышущейся глади воды на него смотрел волк…
Затем Нельсон продолжил путь к Аншану, по пути выискивая свою единственную разрешенную добычу — кролика, но ничего не нашел. Зато он множество раз пересекал следы оленей и разнообразных мелких животных; все они вели на запад.
Похоже, призыв Хранителя дошел до всех обитателей долины, даже лишенных разума.
Они шли к гряде скал вдоль обоих берегов реки, оставив лес для зверей кланов. Вскоре здесь могла разгореться битва Братства и клана Людей…
Ветер, устойчиво дувший с южной стороны, внезапно стих. Нельсон сразу же почувствовал странное притупление своих чувств. Он словно бы частично ослеп и оглох, и все потому, что ветер перестал доносить до него запахи. Ему пришлось идти с большой осторожностью, и тогда вновь разгорелся голод.
Он вышел на берег широкой протоки и внезапно услышал цокот копыт о гальку. Навстречу по пологому берегу шла кобыла с жеребенком.
— Приветствую тебя, клыкастый брат! — услышал Нельсон ее мысль.
Кобыла остановилась и, зайдя в воду по колени, стала пить, искоса поглядывая на волка. Чутье подсказало ему, что лошадь боится его — так же, как и маленький черный жеребенок, прятавшийся за материнским боком. Нельсон с жалостью заметил, как дрожат его тонкие, широко расставленные ноги.
— Далеко ли ты направляешься, сестра? — спросил Нельсон.
— Мы спустились с северных склонов гор и идем во Вроон. — Кобыла нежно ткнулась влажным носом в спину жеребенка. — Я не могла прийти раньше, и все из-за малыша. Он недавно родился и еще не выучился бегать как следует.
— Вроон? — спросил Нельсон. — Я иду оттуда.
— Я знаю, что кланы собираются перед началом войны. Смерть пришла в лес, клыкастый брат!
Жеребенок высунул голову из-за крупа матери и, вращая блестящими в лунном свете глазами, испуганно повторил:
— Смерть, смерть!