Долгое лето

Токацин .

– Сьютар присматривается к пещере Фирлисов. Думает, что это крысиное гнездо поддаётся расчистке, - хмыкнула Речница Сигюн.
– Присмотрю, чтобы там разожгли хороший костёр в первый же день, иначе вонь не выветрится никогда. К твоему возвращению мы сделаем из норы Фирлисов человеческое жильё.

– Сигюн, когда ты оставишь их в покое? Они даже с участка ушли после...
– начал было Фрисс, но махнул рукой.
– Как хочешь. Не воюйте тут без меня, ладно? Хватит нам четырёх немирных лет...

– Постараемся, Фрисс, - кивнула Речница.
– Не задерживайся у гвелов! И привези мне, если можешь, сушёного

Яртиса. При нашей жизни только его и пить. Ингвар в том году придумал неплохую штуку из яртиса и кислухи, только её разбавлять надо. Сделаю себе один-два бочонка...

Глава 03. Венген Эса

– Так это зверёк Ильгиса? Не видел таких на Реке, - Фрисс провёл пальцем по спине летучей мыши - синевато-серого существа размером с ладонь, с огромными ушами. Зверь сидел на сундуке и жмурился на свет. Сима Нелфи кивнула, поднося под нос летучей мыши кусочек рыбы.

– Да, Ильгис прислал его мне с последним письмом. Он пишет, что это очень умные существа. Наверное, ему нужно имя...

Костяной корабль сидел на краю обрыва, сложив крылья. Путешественники недавно проснулись и торопливо доедали ирхек - всем не терпелось лететь дальше. Фрисс немного жалел, что тхэйга не может сесть на воду - можно было бы довериться на ночь течению Реки, и к утру они уже доплыли бы до "Флана". Он сократил немного дорогу там, где Река делала большую петлю, выгибаясь к северу, но мрак застал Фрисса на краю степи, в стороне от Реки, и ночной полёт был не слишком приятен...

– Сейчас мы рядом с "Фланом", - Речник чертил линии на земле, запоздало жалея, что не расписал Кессе всю дорогу заранее, в Архивах, где есть карты Реки.
– По правую руку будет Старый Город, а за устьем Дзельты потянется Кровавый Берег. Надо провести тхэйгу как можно дальше от обломков "Скорпиона" - некстати будет, если она рассыплется на лету.

– И мы не увидим, как работают сарматы?
– огорчилась Речница.
– И потом, ты улетишь на восток, не попрощавшись с Гедимином...

– Я не навеки улетаю, Кесса, - усмехнулся Фрисс.
– Сейчас сарматов лучше не трогать - весенняя горячка, запуск ещё не закончился, им не до зевак. Но если хочешь - пролетим над серединой Реки, посмотрим на купол...

Хогн-целитель Югес, рассматривающий корни Высокой Травы в поисках пробивающихся побегов, выпрямился и насторожил уши. Издалека сквозь шелест листьев долетел тоскливый вой.

– Войкс?
– насторожился Фрисс.
– Да, похоже на Войкса...

Невидимый падальщик ненадолго замолчал и снова подал голос, уже громче и отчётливей. Все поёжились и переглянулись - никому не был приятен голодный вой демона.

– Что он забыл наверху?
– передёрнула плечами Кесса.
– Не пошёл бы сюда...

– Мы ему не нужны, - покачал головой Речник.
– Может, Скхаа разбился в степи, или ещё кто из хесков умер, вот он и пришёл...

Трёхцветные стены станции "Флан", ряды огромных ярких куполов и труб, высоченные ветвистые мачты в гирляндах неровно вспыхивающих огней проплыли под левым крылом тхэйги и сгинули за кормой. Ни одного сармата на берегу не было, ни одна мачта не горела ярко - Фрисс

видел, что запуск в самом разгаре, и тревожить станцию сейчас смерти подобно.

– Старый Город...
– все столпились по правому борту, и Фрисс поспешно отступил на левый и перегнал туда же Алсага, чтобы тхэйга не опрокинулась. Мёртвая серая громада бросала густую тень на воду, даже тогда, когда солнце светило с востока, а не с запада. За силуэтами башен с зияющими провалами окон вспыхивал и гас красноватый огонёк. Что-то глухо взвыло в сердце руин, над полуразрушенными домами взметнулась стая Клоа и закружила в воздухе, что-то вынюхивая. Фрисс и Кесса переглянулись.

– Страшно...
– поёжилась Речница.
– Это же не аварийная сирена, правда?

– Аварийная так быстро не замолкнет, - заверил Фрисс, хотя совсем не был в этом уверен.
– Вот видишь - Гедимину сейчас не до гостей...

– Да поможет ему Нуску! Не хотела бы я родиться сарматом...
– покачала головой Кесса, провожая взглядом уплывающие к северу развалины. Корабль не хотел задерживаться здесь и спешил покинуть место, населённое призраками погибшего мира. Может быть, невидимые лучи из города тревожили тхэйгу... дозиметр Речника молчал, но нежить куда более чутка...

Фрисс смотрел на Кровавый Берег и радовался про себя, что жители уже вернулись - а ведь думалось когда-то, что за сотни лет тут не взойдёт трава! Известняк береговых скал, как показалось Речнику, до сих пор отливал розовым - красная мея въелась в камень глубоко, за два года дожди не смыли её...

Корабль слегка накренился, Фрисс покосился на крылья, потом на рычаги. Тхэйга медленно, но верно сворачивала в сторону от восточного берега, выписывая широкую дугу вокруг защитного купола, уже сверкающего на горизонте. Фрисс не стал препятствовать кораблю - приближаться к обломкам сарматской станции не хотелось и ему.

– Вот тут был взрыв два года назад, - неохотно пояснил он для путников, снова столпившихся у одного борта.
– Страшная беда для всей Реки. А сейчас тут залив, и однажды вода затопит эти развалины.

– Тяжело смотреть на них, - прошептала Сима Нелфи.
– Как будто смерть притаилась там...

– Она там, - угрюмо кивнул Фрисс, вспомнив, как прилетел сюда той давней осенью.
– Лежит и ждёт, когда купол рухнет. Но её не выпустят.

Обломков, на взгляд Речника, стало гораздо меньше - сарматы за два года разобрали станцию, вывезли всё опасное в Змеиные Норы, но и сейчас Речник видел под переливающимся куполом фигурки в чёрной броне и хвост бронированного корабля ликвидаторов. В купол, как в стеклянную стену, бились потемневшие волны Реки, красные отсветы скользили по белой стене обрыва.

– Это место называют Кровавым Заливом. Летать здесь небезопасно, - сказал Речник, выравнивая корабль - толпа у левого борта всё-таки перекосила его.
– Сейчас я спрямлю дорогу, снова к Реке мы вернёмся над Белым Городом, а ночевать будем у Острова Сотиен. На рассвете полетим дальше. На Дельту нужно смотреть при свете дня - хотя бы в первый раз.

Утром сухая трава шуршала оглушительно - как будто рядом колотили палкой о палку. Ветер дул с северо-востока, пахло молодой листвой и тополёвым мёдом. Югес рассматривал зелёные побеги, поднявшиеся уже ему по пояс, и в удивлении шевелил ушами.