Долгое лето
Шрифт:
– Да"анчи?!
Здесь были тысячи кровавых личинок, и теперь они не просто светились красным. Огонь окутывал каждую из них, и они стремились сбиться в плотный рой, чтобы гореть ещё жарче. Фрисс попятился, досадуя про себя, что драконы куда-то запропастились. Сюда бы озеро воды!
"Хвала богам, камень не горит..." - думал Речник, глядя на оплавленные стены. Нет, ему не мерещится... кладка и впрямь размягчается, вон, личинки оставляют на ней вмятины... Фрисс прикрыл глаза и сжал кулаки. Сейчас бы немного энергии, как раз на два заклинания,
В лицо дохнуло холодом и вонью гнилого мяса. Что-то бесшумно спрыгнуло с крыши, встало между личинками и Речником, и взгляд мерцающих зелёных глаз прожёг Фрисса насквозь.
– Прочь!
– сухим песком прошелестел безжизненный голос. По плечам умертвия стекал мрак, только проступали сквозь него шипы костяной брони да горели зеленью глаза. Нежить подняла руку, холод стал нестерпимым. Речник стиснул зубы.
– Уходи в курган, мертвяк, - процедил он, вырывая мечи из ножен.
– Тут город живых!
Ноги подкашивались - холод и страх окружили умертвие невидимой бронёй, но Фрисс рванулся - и подступил вплотную. Пустой взгляд остановился на нём.
– А-ай-и-и, хьо-о-о!– взвыла нежить, занося костлявую руку для удара, но Фрисс ударил первым. Он ждал, что мечи разлетятся в пыль, а в крови вскипит Квайя, и он умрёт на месте...
Умертвие схватилось за плечо. Кровь стекала по клинку, мерцая зеленью. Меч сверкнул алым - и почернел. Нежить прерывисто вздохнула. Мрак рассеивался, сквозь кокон теней проступали черты живого лица...
– Фрисс!
– услышал Речник уже в полёте. Мнимое "умертвие" отшвырнуло его прочь от огненного шара и вместе с ним покатилось по мостовой. Фрисс успел увидеть растерянное лицо Некроманта, прежде чем пламя ударило в глаза, и волна нестерпимого жара накрыла его с головой. Огромный рой огненных личинок, изрыгая пламя, уходил в небо. Что-то вылетало из него, но что, Речник уже не видел. Глаза жгло, всё вокруг плавало в тумане. Ледяная рука до боли впилась в плечо Фрисса, он рассеянно подумал, что нежить теперь сожрёт его.
Кто-то захохотал в пустом переулке, и такое злорадство было в этом смехе, что Фрисс рывком поднялся на ноги и взглянул в светящиеся глаза. Что-то большое и белесое, вроде летучей мыши с драными крыльями, парило над соседним домом. Оно ухмыльнулось, показав острые зубы, и захохотало вновь, но смех его оборвался в одно мгновение и сменился возгласом боли. Его лицо вспыхнуло зелёным пламенем, а потом вздулось и почернело, тварь с воем схватилась за глаза и рухнула в переулок. Что-то белое взлетело оттуда через долю мгновения и тут же сгинуло. Фрисс обернулся и охнул.
Нецис стоял у стены, держась за плечо, и кровь чернела на его пальцах. Он тихо шипел сквозь зубы и пытался выпрямиться. Речник подхватил его, с ужасом глядя на рану. Рука мага была рассечена до кости.
– Нецис, как же так... Сейчас я уйму кровь, - бормотал Фрисс, пытаясь откромсать кусок плаща, но руки не слушались, а меч стал тупым, как палка.
–
– Отсюда не виден Ургул. На крышу бы...
– Держись за меня, - сказал Фрисс, высматривая лестницу. Края раны под пальцами чародея шевелились и странно хлюпали, как будто плоть срасталась и расходилась вновь.
– Как ты здесь оказался?
– тихо спросил маг, опираясь на плечо Речника.
– Я хотел увести тебя... да"анчи во время роения очень опасны...
– Они напали на кота, я выручил его, - пробормотал Фрисс.
– А потом я увидел умертвие и...
– И ты вступил с ним в бой, - Некромант резко выдохнул, как будто издал смешок или всхлипнул.
– Атарганаск знал, кому морочить голову. Мерзкая тварь...
– Это он смеялся?
– нахмурился Речник.
– Снова он? Он хотел, чтобы мы убили друг друга?
– Это в духе ца"анов, - кивнул Нецис и с трудом разогнулся. Они стояли на крыше невысокого дома, и её проснувшиеся обитатели смотрели на них с изумлением. Маг смотрел на небо - туда, где мерцал багровый Ургул, звезда Некромантов.
– Эйат Ургул, - прошептал он, поднимая раненую руку. Кровь уже не текла, сквозь прореху в рукаве Фрисс видел, как сходятся края раны и тут же слипаются намертво.
– Дрянной ца"ан считает, что это забавно, - скрипнул зубами Некромант.
– Совсем потерял осторожность... а может, думал, что ты вконец заморочен.
– Куда Вайнег забрал стражу?!
– Фрисс сердито смотрел на небо.
– Надо выловить эту тварь, пока она кого-нибудь не сожрала...
– Атарганаск уже сгинул, - покачал головой маг.
– Я не чую его в городе. Удрал - и это печально.
Он с сожалением поглядел на разорванный рукав. Рана уже закрылась, Нецис пощупал её и кивнул.
– Хорошо, что это случилось ночью. Плохо, что мороком зацепило и меня. Весь праздник теперь насмарку. Терпеть не могу ца"анов...
...Четверо воинов разом опустили копья и тут же взметнули их, и золотистый свет прокатился по древкам. Острия с хрустом вошли в пустые глазницы, и костяной паук, объятый жёлтым пламенем, рассыпался на части. Жители радостно завопили, йиннэн захлопали крыльями и полезли на помост. Воины поклонились и тут же скрылись за спиной менна в золочёной броне. Менн привстал на хвосте, как бы озирая помост торжествующим взглядом.
"Битва Хелана и Далэга", представление, которое показывали на Праздник Крыс со времён властителя Гвайны, подошло к концу. Далэг был повержен, и его воины сейчас старательно притворялись мёртвыми - кроме нежити, уничтоженной взаправду. Фрисс радостно завопил вместе со всеми, но тут же оглянулся - куда пропал Нецис? Ему, наверное, неприятно смотреть, как уничтожают големов, которых он создал...
– Фрисс, съешь меланчин, - Некромант подошёл неслышно.
– Вот тебе к нему лепёшка. Вкусно, но смотри - внутри целая ягода камти, можно рот обжечь.