Долгое лето
Шрифт:
– Чхи!!!
– Алсаг затряс ушами и повалился на седло, закрыв глаза.
– Та-а!– Нецис на мгновение обернулся, взмахнул рукой, хесский кот вздрогнул, потёр нос и облегчённо вздохнул.
– Кэгиса!
– Некромант повернулся к Речнику, указывая на ярко-рыжие "свечи".
– Она очень полезна. Ценное благовоние. В иное время пособирал бы.
– Бездна!
– Речник мотнул головой и через плечо покосился на далёкую дорогу на Шайогон.
– Нецис, ты это видишь? Блеск оружия и брони... Это за нами?
– Синхи!– Некромант ухмыльнулся.
– Орден
Фрисс ошарашенно посмотрел на него и мигнул.
– Нецис, что тебе в голову взбрело?!
– только и сказал он.
"Триста воинов против нас четверых. Если догонят - славная будет битва. Жаль, недолгая," - вздохнул он про себя и изловчился подсунуть под копчик свёрнутый край попоны. Речник подозревал, что после такой скачки нескоро сможет сидеть. Даже если ему будет на чём сидеть, и если ворота Кигээла не распахнутся перед ним ещё до заката...
– Та-а!– протяжно крикнул Некромант и пригнулся. Фрисс успел опустить голову, прежде чем Гелин нырнул под полог ветвей. Кусты окружили дорогу, и что-то в них шуршало и шипело, как целый клубок змей. Фриссу некогда было рассматривать растения - все они слились в серо-зелёную стену, и порой под хлёсткими ударами ветвей звенела броня.
– Ха"сату!– Нецис ткнул демона носком сапога, и Гелин взмыл вертикально вверх. Под лапами приземляющегося хеска затрещали кусты, что-то длинное и шипастое взметнулось над ними, но демон уже был далеко, и хищные лианы разочарованно уползли в поломанные заросли. Гелин летел, раскидывая ошмётки листвы и вырванные с корнем побеги, прочь от мощёной дороги, вверх по крутому склону, к едва заметной снизу седловине - глубокой трещине, расколовшей гору надвое.
Цветущая кэгиса оказалась на пути демона, Нецис рванул поводья, но Гелин только фыркнул, и роскошное соцветие в вихре разорванных листьев шмякнулось прямо перед Речником.
– Чхи!!!
– немедленно отозвался Алсаг и всадил когти в шкуру огромного демона. Фрисс зашвырнул опасный цветок подальше в кусты и еле успел вцепиться в луку седла. Ещё немного - и он покатился бы следом, ломая кости. Гелин взревел, хлестнул хвостом по бокам, чуть не раздробив седокам ноги, и рванулся вперёд. Шелест травы под лапами сменился грохотом когтей по плитам мостовой. Тут тоже была дорога, узкая, но старательно вымощенная и расчищенная, и серо-белесые горы громоздились с двух сторон от неё - как распахнутые ворота в серебристое небо.
"Ох ты! Высоко мы забрались..." - изумлённо мигнул Речник, глядя на облака. Они клубились над самой тропой, густым туманом стекая по белесым скалам. В лицо Фриссу ударил ветер - ветер восточной долины, пропахший мокрым мхом, илом и приторным соком папоротника.
– Нирн а-Тхэннуал, - выдохнул Нецис, скатываясь по боку Гелина на дорогу. Фрисс не сразу заметил, что демон встал как вкопанный.
– Куда?!
– вскрикнул Речник, пытаясь поймать мага, но хватая лишь пустоту.
– Не бойся, Фрисс, - пробормотал Некромант, отряхиваясь от лиственного сора.
– Нирн а-Тхэннуал ведёт к хорошей дороге - стоит нам выиграть время, и мы затеряемся в межгорье. Но чтобы это
Гелин развернулся на узкой тропе, задевая боками скалы, и остановился, глядя на Нециса. Тот стоял в створе белесых "ворот", спиной к демону, и медленно застёгивал на запястье кованый "ремешок" шайтлинна. Костяные и обсидиановые зубцы булавы ровно светились зеленью. Металлическая змея, прикрывающая рукоять, с тихим шелестом скользнула по руке мага и снова замерла.
– Эйат Квайа, - тихо, но чётко проговорил Некромант, поднимая палицу перед собой.
– Тхэйат тагол! Ин гвелсаа ксатот! Ксатот ну менсарк илкор ан Нээриси!
Он размахнулся и ударил шайтлинном по белесой скале. Фрисс ждал, что тонкие шипы разлетятся, и сама булава согнётся, но нет - камень как будто растёкся, и шайтлинн мягко опустился в неглубокую вмятину.
– Аххса... Ин гвелсаа ксатот!– Нецис ударил по скале с другой стороны дороги - и вновь камень выгнулся, освобождая место. Что-то очень большое, тяжёлое и холодное медленно двигалось под дорогой и вокруг неё. На мгновение Фрисс почувствовал на себе взгляд тысячи немигающих глаз - равнодушный и бесконечно чуждый всему живому. Даже "взор" Водяного Ока или горящих белым огнём глазниц умертвия был бы Речнику приятнее.
– Та-а... Х"инху ин айла, - Нецис провёл свободной ладонью по камням. Фрисс посмотрел чуть выше и увидел, как склон горы идёт рябью и медленно выгибается.
– Х"инху никор, - прошептал маг, убирая оружие и прикасаясь к другой скале.
– Та-а, х"инху никор! Илкор ан тхэннуал...
Алсаг втянул воздух, насторожил уши и громко зашипел, пригибаясь к седлу. С каждым мгновением вокруг смыкалось кольцо мертвящего холода. Речник вздрогнул и взялся за рукоять меча. В глубине горы что-то гулко загудело. Тысяча немигающих глаз снова обратилась на Фрисса, и он стиснул зубы.
– Та-а! Не трогай оружие, Фрисс, - Некромант резко повернулся к нему.
– Очень медленно убери руку... да, вот так. Нам бояться нечего. Но тем, кто ступит на перевал после нас... Гелин! Спуск крутой, внизу скалы. Бежать тут нельзя. Лучше нам замешкаться, чем прокатиться вниз по камням. Едем...
Демон медленно, обнюхивая каждую плиту древней дороги, миновал белесое ущелье. Невидимые глаза таращились на Речника. Поверхность камня еле заметно колыхалась. Ветер утих, и куда-то делось испепеляющее солнце высокогорья - путников окутал сумрак. Ни за что на свете Фрисс не прикоснулся бы к одной из этих скал...
– Что за тварь живёт здесь?
– тихо спросил он, тронув Нециса за чешуйчатый рукав.
– Кого ты призвал?
– Известняк, - глаза Некроманта ещё светились ледяной зеленью.
– Это пласты известняка. Мы, Илриэйя та-Сарк, называем его "тхэннуал"... древние кости мира. Эти горы моложе, они сложены из молодых камней... известняк - очень старый, и он помнит, как был живым. Я пообещал, что накормлю его... Попроси Богов Смерти, Фрисс, чтобы они были благосклонны к Всадникам Изумруда. Никто из них не спасётся из Нирн а-Тхэннуал...