Долг
Шрифт:
— Я так за тебя вчера переживал, — зашептал он мне на ухо, закончив заживляющую процедуру. — Ты не вернулась, и я пошёл тебя искать. Я бы тебя быстрее отыскал, если бы трезво мыслил. А я ещё и перенервничал, поэтому долго носился по улицам. Думал, что с тобой что-то случилось, когда увидел тебя сидящую на земле.
Он сжимал меня сильно, дышал в шею и тёрся носом об меня. Это было… было приятно. Он мне нравится, я правда не забыла бы его всю свою жизнь, но если бы он позволил, то я бы ушла. Правда. Я не дура, я понимаю, что тот образ жизни, который ведёт Лорин, мне не подходит. Я не потяну такую жизнь. Он в меня всего лишь лопаткой
— Мне стыдно было возвращаться, — призналась я запоздало. — Я же тебе не ровня, да и правильно Франк говорил, я ведь весёлая всегда была, настроение всем поднимала…
— Не надо, — вдруг зашептал он, снова сжимая свои объятья. — Не говори так никогда-никогда. И не слушай его. Никого не слушай. Они тебя не знают, они не понимают какая ты.
— Как не слушать? Они твоя семья.
Он замолк. Поставила в тупик. Сидит, прижимает меня к себе и сопит мне в шею. Злится, что я права.
Раздался стук в дверь. Я подняла голову, но Лорин почему-то не отреагировал.
— Кто-то пришёл, — отозвалась я. — Лорин?
— Я ему скажу, — глухо выдал мужчина. — Я ему всё скажу.
И ликан уложил меня на диван, а потом поднялся. Я всё поняла. Наверное, в миг цвет лица поменялся. Я затряслась, как самый настоящий кролик, глядя на котёл с кипящей водой, где меня должны были сварить.
Лорин направился к двери. Я чуть ли не захныкала. Села на коленки, положив лицо на спинку дивана. Отсюда открывался отличный вид на дверь. Вот и конец, вот и всё.
— Здорова! — Лорин впустил довольного Морика. — Вы как? О, пропажа тут…, а вы всё воюете?
Бородач посмотрел сначала на меня, потом на развороченную кухню. Я вытаращилась на усача. Он же ничего мне не сделает, да? Не станет.
— Значит так, — заговорил как-то уверенно блондин. — Слушай меня внимательно и прежде, чем что-то говорить, думай и следи за своим языком, понял?
Морик, который пришёл в приятном расположении духа, сразу как-то нахмурился и посерьёзнел. Потом кивнул и закрыл за собой дверь. Я начала плакать. Вот просто от страха. Что он скажет? Как он отреагирует?!
— Ладно, — кивнул мужчина. — Говори, что случилось.
Зелёные глаза метнулись ко мне. Я вцепилась пальцами в обивку дивана с силой, а взглядом я просто молила его. Не знаю даже о чём. Не о сохранении нашей тайны, нет. Я умоляла его просто… помочь мне, спасти. У меня всё внутри дрожало и тряслось в предвкушении… кошмара.
— Показывай плечо, — тут же приказал мне Лорин. — Живо!
Я вздрогнула и почувствовала, как по щекам слёзы покатились. Я боялась… разочарования. Морик же… хороший, самый нормальный, который хоть как-то человечно относился ко мне. И если он возненавидит
Трясущимися руками схватилась за ворот платья и потянула его в бок, обнажая прокушенное плечо. Вы бы видели, как лицо бородача изменилось. Сначала разгладилось от шока, потом его глаза начали смотреть на меня, потом переключились на альфу, потом снова на меня.
— Да ты издеваешься, — почему-то тихо выдал Морик, вытаращившись на своего упрямого друга.
— Не смей меня осуждать! — тут же повысил Лорин голос. — Это тебя касается, но в самой малой степени. Она — моя альфа и ваша теперь тоже, понятно?
Я перестала демонстрировать шрам и снова вжалась в диван. Только глаза торчали из-за спинки. Я боялась, но наблюдать должна была. Чтобы знать, куда бежать, если что.
Морик часто заморгал и снова начал разглядывать меня.
— Вот эта девочка? — шокировано и почти шёпотом проговорил ликан. — Лорин, ты в себе? Альфа — человек? Ты… это всё ты? Это всё из-за тебя!
Мой самый хороший и честный… ткнул в меня обличительно пальцем, а его глаза наполнились какой-то злобой и яростью. Я захныкала, испуганно поджимая колени к своей груди. Видимо от ужаса продолжала таращиться на них. Не могла заставить себя бежать или кричать. Просто плакала и смотрела на него с такой скорбью и сочувствием, будто мы кого-то родного похоронили.
— Не повышай голос на неё, понял? — Лорин ударил по руке усача, вынуждая перестать того тыкать в меня конечностью. — Ты теперь ей подчиняешься…
— Ты же не серьёзно, — нервно уставился Морик на блондина и снова показал на меня рукой. — Так что, Майла была права?! Она всем нам на мозги капала, чтобы мы не оставляли тебя с ней наедине! Я ей не верил, понимаешь?! Своей бете, которая меня спасала не один раз! Ей никто не верил! Все думали, что ты не дашь ей… запудрить тебе мозги! Ты с ума сошёл или эта сука отравила тебя травой своей?
Я запищала, когда Лорин его ударил. Да так, что Морик на ногах не устоял. Ещё и шлепок такой гулкий был. Я начала давиться собственными рыданиями, боясь за… Лорина. А вдруг он сейчас… возьмёт и… Господи!
Бедный усач не пытался даже встать. Он был в сознании, схватился рукой за нижнюю челюсть и вытаращился как-то… потерянно на блондина. Лорин медленно приблизился к лежащему другу, поднял ногу и поставил её на грудь здорового мужчины. Я закрыла рот руками, чтобы они не слышали, как я плачу, как я рыдаю.
— Что ты сказал? — мертвенно-спокойно задал вопрос совершенно чужой и отстранённый Лорин, нажимая босой ногой на грудину мужчины.
Морик большими глазами смотрел на своего видимо бывшего друга. Он схватился руками за щиколотку Лорина, видимо в попытке сбросить ногу… или нет? Я видела, как блондин давит ногой на грудь своего беты. Казалось, что с каждой секундой он вдавливает свою ногу всё сильнее и сильнее.
Я была ошарашена увиденным. Морик вдруг разжал пальцы на щиколотке своего… альфы и его глаза опустились вниз, словно… Он сдался? Руки легли вдоль тела, а взгляд взрослого, статного мужчины потупился, будто его сознание вовсе отключилось. Словно за несколько секунд усач опьянел так, что глаза перестали проявлять жизнь. Из взгляда исчезла ненависть, злость, непонимание. Там ничего не было, кроме… покорности. Это было самым страшным, что я видела. Когда такого здорового и доброго бородача просто порабощают. Наверное, Лорин не просто так был альфой…