Долг

Бурнашова Виктория

 — А ты обнимался с деревьями? — спросила я в повисшей тишине.

Дом. Наш новый. И было тихо-тихо. Иногда потрескивала затухающая печь, но этот звук был мне привычен, поэтому я слушала и наслаждалась тишиной. Вечерело. Комната с каждой минутой погружалась во мрак. Ламп тут было предостаточно, но нужно же было вставать и включать их, а мы тут вроде как отдыхаем.

На самом деле мне понравилось. Мужчина. Сильный и тёплый. Одна его рука придерживала меня сзади, а вторая спереди. Такой прелестный кокон. Нет, если бы он не заставил,

никогда бы сама не полезла, а так… было приятно, что это как бы не мой выбор… но тёплая улыбка не покидала моё лицо.

 — Было дело, — вздохнул он, и я это почувствовала, ведь на груди у него лежу. — Как тебе тут?

После этого вопроса я расслабилась окончательно и стекла на его тело. Голову приткнула поближе к шее и слегка сжалась, чтобы ощущать всю полноту этих объятий. Мне было приятно, как девушке и как обычному существу. Меня обнимают. Тепло и осторожно. Тот, кто вроде как терпеть меня не может. Он мне тоже не особо-то нравится в этом плане, но делать нечего, крыша одна. И мне всё равно не стыдно, хотя я и чуть ли не на коленях просила прощенья за эгоистичный характер паразита. Потешила его самолюбие и не прогадала.

 — Нравится, — шепнула я. — Ты молодец, такого красавца урвал.

Он засмеялся.

 — Ты же ко мне подлизываешься, — он повернул голову, и его подбородок накрыл мой висок. — Зачем?

А то он не знает.

 — Потому что тебе это нравится, — я прикрыла глаза и тоже вздохнула. — Если ты будешь добрым, то я не буду бояться, а значит в доме будет царить мир и порядок…

Мне было тепло и по-настоящему уютно. Ещё бы камин разжечь и всё, сказка.

 — Мне много чего нравится, почему ты выбрала именно умасливание моего самолюбия? — он тоже понизил голос.

Почему? Да я просто пальцем в небо ткнула.

 — Необдуманное решение, — не стала я утаивать. — Ты действительно нормальный, просто… очень своеобразный, и к тебе нелегко найти подход.

 — Не делай так больше, — почему-то попросил он меня. — Хорошо?

 — Не подлизываться к тебе? — чуть приподняла я брови, хоть и до сих пор лежала с закрытыми глазами.

 — На глазах у других ликанов, — пояснил он. — Мы с тобой понимаем, что это наша своеобразная игра, а они нет. Они увидят, что я потакаю тебе и это нам не на руку.

«Потакаю», — прозвучало в голове. Он позволяет мне им управлять. Это сильно. Даже страшно стало. Не слишком ли он мне доверился? Буквально пару недель назад зуб на меня точил, а теперь просит быть сдержанной. Очень быстро. Да и Лорин странный до безумства просто, его так нелегко понять…

 — Конечно, Лорин, — мягко отозвалась я. — Спасибо, что сказал сейчас, а не поругал потом.

Сразу предупреди и всё нормально, а не потом выяснилось, что оказывается хвалить его на глазах у других ликанов нельзя. Не всё ли равно? Пусть смотрят, но… у него есть свои причины. Я и не собиралась особо пользоваться таким завидным рычагом.

 — Не за что, —

он чуть отклонил голову и моего лба коснулись его губы. — Скрепим наше соглашение поцелуем?

Я тут же глубоко вздохнула. Конец сказочке. Приплыли.

 — Зачем? — решила я спросить. — Мы можем пожать друг другу руки, как все.

Пусть разъясняется. Ишь, какой прыткий.

 — Но мы не как все, и я же такой весь умный и красивый, почему нет? — этот смех в голосе вынудил меня поднять голову и глянуть на шутника.

Улыбается сидит, щурится. Плохо вижу. Темно уже, жуть просто.

 — А потом что? Опять кинешься на меня с желанием совокупляться? — хмуро спросила я.

А чего он? Поцеловаться я, вроде, не против, темно и уютно, да и он действительно симпатичен мне, но… потом что? Обнимемся и просто ляжем спать будто ничего не было? Нет, ни черта подобного! Этот же прилипнет, как банный лист!

 — Секс, Богдана, — фыркнул он, аккуратно пристраивая свою руку у меня на талии. — Хороший, долгий и страстный.

Я сглотнула и ожидала слова «шутка». Я хлопала глазами и щурилась, пытаясь разглядеть мимику этого ликана. Он издевается или нет? Жутковато, если честно.

 — Что «секс»? — не поняла я.

 — О, ты знаешь это слово, ну-ка повтори ещё раз, чтобы запомнить, — касаясь пальцами моего подбородка, проговорил Лорин. — Глядишь и научишься его произносить, а то ты со своим совокуплением и сношением заколебала.

Тут же поджала губы и… покраснела. Куда же без этого?! Жарко стало, аж окно захотелось открыть! Стыдит меня! И я поддаюсь! Такие слова, а что они означают, вообще кошмар!

 — Вообще-то я называю всё своими именами, — изогнула я шею. — А ты тогда прекрати ко мне приставать…

 — Ну, нет, так неинтересно, — он чуть приподнялся и мазанул губами по моему носу в невинном чмоке. — Ты же стесняешься проявлять инициативу, поэтому я погрузил эту тяжелейшую ношу на свои хрупкие плечи.

Да он издевался! Сидит, посмеивается и меня щупать начал! Колено моё поглаживает, талию сжимает, и ведь понимаю, что дёрнись я сейчас, так сцапает, что мало не покажется!

 — Какую инициативу? Я хочу с тобой дружить, — решила я вернуть тему в нужное мне русло.

 — Богдана, ну сама подумай, — вздохнул он, видимо решив поговорить со мной на чистоту. — Ты же девушка, как я могу с тобой дружить? Косички тебе заплетать, что ли?

Я надулась. Об этом как-то не подумала. Так, давай-ка напряжём извилины. Надо отвечать, иначе он меня задавит своими аргументами! Дебаты! Наконец-то!

 — Я не в том смысле, чтобы драться с тобой и силой меряться, — начала я. — Просто хочу, чтобы ты хорошо ко мне относился, не ругался просто так…

 — Я просто так не ругаюсь, — перебил он меня.

 — Вообще-то частенько так делаешь, — заметила я. — А мне ведь обидно. Ни за что, Лорин. Ладно, натворю дел, тут ты прав, а в остальное время?