Долг
Шрифт:
В ванне первым делом посмотрела на себя в зеркало. Оно и понятно, чего на меня он так покосился. Боже, у меня не было таких синяков ещё и на лице! Красно-бурый какой-то. Правый глаз стал в двое меньше. Осторожно потрогала. Мягко. Опухло здорово всё.
— Ты должна умереть, иначе заразишь всех своим идиотизмом, — пробормотала я сама себе.
Твою мать! Он живой! Пережил ночь! Боги, а я уже начала сомневаться, что эта скотина выживет. Он же… Лорин! Кабелина проклятая! План с его убийством отметается из списков желаний. Я не смогу. Привыкла слишком
Заплетя себе своеобразную косу, вышла и замерла. Что делать? Идти на рынок нельзя. Уборка? Когда полный дом народа? Стирка? Возможно. Для начала нужно растопить печь и поставить воду. Да, так и сделаем.
— Что теперь? — ко мне подошёл Виер, — Он поправится?
Я сидела и пыталась зажечь щепки, дабы дать начало большого огня. Как они меня достали. Я не знаю!
— Если захочет, — буркнула я.
— Как люди лечат людей в подобных случаях? — не отставал парень.
— Он не человек, — возразила я, высекая искру.
Виер стоял над душой, не желая уходить. Прошло несколько минут, прежде чем до меня снова докопались.
— Богдана, он вырубился, — это был чуть обеспокоенный голос Морика.
Я еле разожгла огонь, и теперь снова отвлекаться. Виер так и стоял рядом со мной. Для чего? Думал, что меня озарит идея?
– Кто? — не сразу сообразила я.
— Лорин? — Виер тут же умчался из кухни.
По взгляду Морика поняла, что да. Пришлось вставать и идти за остальными.
Лорин спал. Но на голоса и лёгкие толчки не реагировал. Понятное дело, глупо было рассчитывать на то, что он встанет и пойдёт.
— Ты сказала, что если он не умрёт до утра, то выживет, — напомнила мне Майла, — Что с ним?
Я разозлилась, причём неплохо так. Сейчас, когда мой хозяин (привыкла, да) при смерти могу позволить себе и такое, ведь запретить мне некому.
— Он ранен, — напомнила я ей, — И я не лекарь, я же говорила.
На лицах ликанов читалась растерянность и обречённость. Ну, снова здорово.
— Ты можешь ему помочь? — присмиревшая Мелинда подняла на меня свои серые глаза.
Посмотрела на белобрысого. Боже, куда я денусь? Он меня на том свете достанет, если не попытаюсь.
— Могу попытаться, — кивнула я, — Но ничего не обещаю.
— Что нужно делать? — решительно спросил Морик.
— Лорину нужен покой, — тут же выдала я.
Они не поняли. Начали хмуриться и переглядываться. Что за чёртово племя?!
— В смысле сон? — уточнила Майла.
— И он тоже, — начала я разглядывать Лорина, — Вы шумно себя ведёте, вас много. Ему нужна тишина.
На этот раз дошло. Господи, я действительно собралась ставить этого козла на ноги? Кажется, да…это дно.
— Хочешь, чтобы мы ушли и оставили вас вдвоём? — изумилась Майла с нотками злости в голосе.
— Майла, — отдёрнул её Тур, — Богдана, мы не можем этого сделать. Его могут прийти добивать и тебя заодно.
— Я не говорю, что вы должны все уйти, просто не тревожьте его, ведите себя
— И это всё? — Морик не желал отступать, — Просто ждать, когда он выспится и поправится? Вы так лечитесь?
О, снова претензия.
— У меня нет нужных лекарств, у меня ничего нет, — дёрнула я плечом, — Поэтому да, сон его друг.
— Лекарства? — оживился Виер, — Какие? Мы достанем.
Чёрт. Они же могут принести всё, что нужно, правда на рынке я этого не встречала.
— Нужна ромашка, полынь, лопух, крапива, липа, малина, — начала я перечислять, — Почти любая благородная трава подойдёт.
— Мы достанем, — тут же пообещал Морик.
Мужчина сидел в небольшом кабинете, развалившись в кресле по-королевски. Его ноги лежали на столе, а руки были закинуты за голову. Он как-то мечтательно смотрел в потолок, иногда щурясь, словно в тихом восторге. Он понимал, что его давняя мечта, которая следовала с ним всю жизнь наконец-то начинает сбываться.
Раздались шаги и мужчине пришлось вынырнуть из своих грёз. Он посмотрел на дверь и через несколько секунд она распахнулась, громко ударившись о шкаф. «Долго она» — подумал он.
— Ты какого хрена устроил?! — еле сдерживая свою злость, вопросила Кара.
Двое сопровождающих остались в коридоре. Они невозмутимо прикрыли дверь, оставшись за пределами кабинета.
— Женщине твоего возраста непочтительно сквернословить, — слегка насмешливо отозвался Бюрт, — Что-то хотела?
Волчица приблизилась и быстрым движением смахнула ноги ликана со стола, вынуждая того сесть нормально.
— Я созываю совет, где мы надерём твою наглую задницу, — процедила она, — Тебя слишком много раз жалели!
Рыжий мужчина всё равно откинулся в кресле, не теряя своего прекрасного расположения духа. Его настроение ничто не могло испортить.
— По поводу? — изогнул Бюрт брови.
Женщина улыбнулась, находясь в бешенстве. Такого мерзкого и наглого существа она ещё не встречала, хотя знала этого ликана всю свою жизнь.
— Как ты мог напасть на своего альфу?!
Ликан посмотрел на оппонентку.
— Кто сказал, что я напал первый?
Кара засмеялась.
— Чёрт с ним с покушением, но смазывать нож ядом — это низко даже для тебя! — женщина обличительно ткнула пальцем в обнаглевшего засранца, — Ты понимаешь, что ты начал?! Полгорода перережут друг друга из-за твоей прогнившей души!
— Это голословно, — рыжий пожал одним плечом, — Доказательства, Кара. Где они?
На несколько секунд двое сцепились взглядами, силясь прогнуть другого, но оба стояли на своём. Этот разговор был бесполезен и старейшина это понимала. Но волю чувствам она не дать не могла, ведь её племянник, которого она воспитывала с самого детства одной ногой на том свете, а виновный в этом сидит и ухмыляется. Материнские чувства были задеты и сохранять нейтралитет становилось всё сложнее и сложнее.