Дольчино
Шрифт:
— Мы не забудем этот день!.. Не плачь, Паоло.
Мужчина бережно взял под руки своих спутников и повёл их прочь с площади. Шёл он так спокойно и уверенно, что все молча расступались, давая им дорогу.
В заново отделанной галерее большого загородного дворца в Ананье неторопливо прогуливались римский папа Бонифаций VIII и пармский епископ Опционе. Рядом с высоким, грузным Бонифацием низкорослый, худощавый епископ казался совсем маленьким.
— Какое необыкновенное сочетание синего с красным на золотом фоне! Великий Дуччо да Бонинсенья превзошёл самого себя. — Опционе в восхищении остановился перед одной из фресок. — Как вам удалось заполучить такого мастера? Говорят, это обошлось не дёшево.
— Что
— Зато теперь вашей резиденции позавидует любой король! Подобные фрески можно встретить лишь в Сиенском соборе.
— Вижу, ты неплохо разбираешься в живописи. Мы ещё вернёмся к этой приятной теме, а сейчас побеседуем деле. Удалось, наконец, узнать автора письма? Кто скрывается под именем «Ангел из Тиатира»?
— Пока точно не установлено. Но думаю, еретик, который объявил себя посланцем неба и возглавил патаренов [6] , — Дольчино.
6
Патарены — слово произошло от названия квартала лохмотников в Милане. Так с XI века называли участников народных движений. В конце XIII века патаренами стали называть апостольских братьев.
— Не тот ли это отступник, что дважды бежал от святейшего суда и за поимку которого обещано пятьсот венецианских дукатов?
— Ваша память достойна вашей проницательности! Я говорю именно о нём, — выразив удивление осведомлённостью собеседника, подтвердил епископ.
— Чтобы защищать интересы церкви, надо знать её врагов.
Бонифаций начал беспокойно перебирать янтарные чётки. И, помолчав, добавил:
— Дольчино… сын Джулио Торниелли, того самого священника из Новары, что осквернил сан преступной любовью к прихожанке. Пришлось ему бежать в сельскую глушь. Там-то и появился на свет новоявленный слуга дьявола. После смерти матери его отдали на воспитание другу семьи… Кому бы ты думал?
Опционе в недоумении развёл руками и смущённо потупился под взглядом папы.
— Этим другом семьи оказался каноник верчельского собора Август Дориа, — продолжал Бонифаций.
Глаза епископа злобно блеснули.
— Доколе же этот иоахимист [7] будет испытывать наше терпение?!
— Не горячись, Опционе. Никто не укроется от длани господней. Но пока что… Пока что библиотека каноника и сам он со своими древними наставниками — Аристотелем, Лукрецием и прочими — сделали из Дольчино опаснейшего еретика.
7
Иоахимист — последователь Иоахима Флорского, монаха, предвещавшего гибель католической церкви.
— Но, ваше святейшество, откуда у вас эти сведения?
— Откуда? Как вам это нравится — вместо того чтобы докладывать мне, он справляется у меня же!
— На то вы и мудрейший среди нас, — с улыбкой отозвался епископ.
Бонифаций подошёл к столику, налил из графина в золочёный стаканчик кьянти [8] , выпил и серьёзно сказал:
— Такой человек тем более опасен, что умеет отлично пользоваться священным писанием. Его «Ad universos Christi fideles» [9] пользуется небывалым успехом. Несмотря на казнь Сегарелли, проклятый орден растёт. Послание нового ересиарха разошлось по всем христианским странам. Если вовремя не пресечь смуту, начнётся открытый мятеж.
8
Кьянти — сухое виноградное вино.
9
«Ко
— Ваше святейшество правы. В моей епархии было уже три попытки к бунту. Чернь осмелилась даже напасть на городскую тюрьму.
— Ты послушай, о чём он пишет! — возбуждённо продолжал папа, вынимая из ящика стола лист пергамента. — «Никто не должен платить священникам десятину, если они не бедны, как древние апостолы. Все прелаты, отказавшиеся от образа жизни первых святых, — клятвопреступники. Власть, данная Христом церкви, кончилась, потому что она развратилась, как та распутница, о которой говорится в Апокалипсисе. Освящённые храмы хуже конюшен и свинарников, ибо служат торговцам индульгенциями. Только члены братства, основанного Джерардо Сегарелли, идут путём, указанным господом…» Дальше следуют такие поучения, что я не решаюсь осквернять ими слух. — Бонифаций скомкал листок. — Ну, что скажешь? Каково твоё мнение об этом «Ангеле из Тиатира»?
— Мне кажется, прежде всего необходимо увеличить сумму за его поимку, — негромко произнёс епископ. — И, раз уж нельзя уничтожить эти послания, надо распространить им подобные, изменив содержание. Пусть ни у кого не останется сомнений, что их автор не в своём уме.
— Ты подал дельную мысль!
Папа позвал монаха-прислужника и распорядился принести письменный прибор.
У костра
Прошло три года. Однажды тёплым октябрьским вечером границу Верчельской республики [10] пересекла группа всадников.
10
Верчельская республика — небольшое североитальянское государство в XIII–XIV веках с главным городом Верчелли; граничило со Швейцарией.
Впереди на высоком коне ехал человек в чёрном бархатном плаще. За ним на пегой лошади следовала красивая молодая женщина. Несколько всадников, одетых попроще, составляли свиту.
Перейдя вброд неглубокий поток, путники поднялись на ближайший холм. Величественная панорама альпийской долины расстилалась перед ними. Среди нежной зелени тутовых деревьев и виноградников виднелись небольшие селения. Неподалёку над верхушками остроконечных елей высились башни замка.
— Не заночевать ли нам в этом каменном гнезде? — предложил один из свиты.
Ехавший впереди покачал головой:
— Нет, Антонио, вольные птицы без нужды не залетают в чужие гнёзда. — Он кивнул на видневшийся вдали лес: — Нас ждёт собственный зелёный дворец.
Свернув с тропинки, всадники подъехали к маленькому ручью и остановились на небольшой лужайке, окружённой со всех сторон густой стеной орешника. Здесь расседлали коней и начали разбивать лагерь.
Человек в чёрном плаще взял в руки топор и стал возводить из ветвей навес; женщина разожгла костёр; остальные пошли в лес собирать сушняк.
Вскоре все расположились вокруг большого костра, над которым кипел медный котёл.
— Клянусь небом, — произнёс коренастый воин, извлекая из-под кольчуги деревянную ложку, — с тех пор как мы покинули Далмацию, запах поленты [11] впервые пробудил во мне такой аппетит.
— Сомневаюсь, брат Ремо, чтобы он у тебя когда-либо отсутствовал, — заметил бородач со шрамом через всю щёку. — Впрочем, полента сварена на славу!
Взоры мужчин обратились к молодой хозяйке.
11
Полента — каша из муки.