Долбаные города

Беляева Дария Андреевна

— А что дальше? Ты вообще уверен?

— Все будет шикарно, я обо всем позабочусь, отключи свою ныне здоровую голову и поспи.

Леви улыбнулся, и я понял, что в нем столько же моего долбаного лучшего друга навсегда,

сколько и раньше. Сердце мое стало биться свободнее и легче, и я восславил Господа.

— Спокойной ночи, — пробормотал Леви. Мне же спать совершенно не хотелось. Мимо нас прошла девушка, узнавшая меня, она хотела поговорить, но я указал пальцем на спящего Леви, потом прижал палец к губам. Однако уже через пять минут я разрушил представление о себе, как о бережном, тактичном друге. Я достал мобильный и включил камеру. Вид у меня был тот еще: круги под глазами размером с Монголию (только чуть преувеличил), изможденное лицо, растрепанные больше обычного волосы. Но, неожиданно для себя, я сумел говорить чрезвычайно бодрым голосом:

— Привет-привет-привет, мои дорогие подписчики. С вами Макс Шикарски.

Я впервые представился в интернете своим настоящим именем, хотя оно давно уже не было секретом. Это настроило меня на торжественный лад.

— Думаете, мне прописали клозапин, и я закончу со своими излияниями о желтоглазом боге? Возможно. Частично. Это существо не бог, родные и близкие, оно

никогда им не было, богом его сделали человеческие жадность и жажда власти. Также оно не является дьяволом. Я думаю, что оно — это история. А история, как известно, довольно безжалостная вещь. Держитесь от нее подальше, ибо оттуда приходит смерть. Все мы тут долбаные лунатики, двигаемся в какую-либо сторону, не до конца осознавая последствия. Все очень плохо, чуваки, и никто из нас не в силах это остановить. Но лучшее лекарство, как всегда, быть и оставаться человеком, любить тех, кто рядом, и все такое прочее. Это очень простые вещи. Так что начните с себя, съешьте что-нибудь вкусное и помастурбируйте, а затем проделайте это с ближним своим. Может быть, нельзя раскрыть вам мировой заговор, но уж точно можно не допустить его в ваших субъективных индивидуальных сердцах. Подумайте, какой я чокнутый, но сделайте правильные вещи, о которых я говорю. И восславим Господа, потому что если он существует, то старается, чтобы все наладилось. Счастливый конец.

— Что? — спросил Леви. — Какой конец?

— Мой конец в матери твоей.

— Заткнись, — пробормотал Леви. Я посмотрел на него, мне стало понятно, что я во всем прав.

И я выключил камеру.