Доктор. Книга 2
Шрифт:
Там меня уже ждёт Илья, который устанавливает на мой телефон какую-то программу. Она после установки разворачивается в четыре «окошка» камер, транслирующих изображение с разных точек бокса мне на телефон.
Минут пять играемся с настройками, увеличивая то резкость, то контрастность, то цветопередачу.
– Кроме системы видеонаблюдения, они подключили ещё электронный замок и удалённую постановку на сигнализацию в одном блоке, – с видом деда Мороза, залезающего рукой в мешок, говорит Илья.
– Вот тут подробнее.
– Вот, смотри. Это – окно камер в программе. Нажимаешь сюда – входишь в меню видеонаблюдения. Кстати, тут и инфракрасный режим камер есть.
– Вижу. Понял.
– Это вход в меню сигнализации. Теперь к датчикам на открытие двери добавлены датчики движения в боксе. Потом вот тут активируешь только после того, как все разошлись.
– Понял.
– Ну и вот – конечная функция захлопывания замка.
– А если я случайно нажму открытие замка?
– А ничего не будет. После открытия двери вон на той консоли необходимо ввести вот такой цифровой код, – Илья пересылает мне в мессенджере восьмизначное число. – Даже если ты снял двери с сигнализации с телефона, и потом кто-то вошёл, но не набрал внутри этого восьмизначного в течение пятнадцати секунд – сигнализация всё равно сработает. И группа быстрого реагирования приедет.
– Это потому консоль вывели к самому входу, – догадываюсь.
– Ну да. Если разместить дальше, представь: открывает кто-то утром, допустим, зимой. Входит – а тут машиной перегорожено. И надо за пятнадцать секунд перепрыгнуть машину, подбежать к консоли, открыть панель, выстучать код – в общем, группа раньше приедет.
Оба смеёмся.
– Ну-с, давай. От меня тебе всё передано, всё как договаривались, – потирает он руки напоследок. – Успехов!
Ещё через пару минут он уходит, а я остаюсь ждать Степана с Андреем и клиентов.
Степан с Андреем появляются вовремя, сразу после того, как я заканчиваю принимать машины.
Они переодеваются и сразу принимаются за работу с какой-то крестьянской основательностью.
Наблюдаю за ними минут пятнадцать из «стекляшки», тестируя выведенные на телефон камеры. Действительно, удобно и действительно, всё видно.
Выхожу в бокс и хлопаю в ладоши:
– Степан, Андрей, на минутку!
Они подходят. Показываю им, как работает удалённый контроль на телефоне:
– Я сейчас отойду. Вернусь, когда вы уже уйдёте. В сегодняшних салонах есть какие-либо сложные пятна, с которыми вы опасаетесь не справиться?
Оба синхронно и молча отрицательно качают головами.
– Тогда ваши деньги отдаю вам сразу, чтоб вы меня не ждали по окончании работы. Как закончите, соберётесь, перед выходом и закрытием двери нажмите вот эту жёлтую кнопку на консоли два раза. Я после этого закрою помещение.
– Хорошо, –
Когда прихожу домой, Лена, слава богу, на месте: она открывает мне изнутри, так как дверь закрыта на задвижку. И я ключом снаружи открыть не могу.
– Привет, Мелкий, – Лена звучно припечатывает меня поцелуем в лоб, затем сама же стирает с моего лба помаду предплечьем.
– А чего это ты закрылась изнутри? – удивляюсь. – Я б тебя не поднимал двери отпирать, своим бы ключом открыл.
– Потому и закрылась, чтоб тебя не прозевать, – отвечает она, зевая. – С час назад дико спать захотелось, думала, усну – ты придёшь, а я не услышу. А я соскучилась. Какие планы на вечер?
– Э-э-э, ну-у, я хотел лечь на кровать в большой спальне, – бросаю откровенный взгляд на четырёхместную кровать. – Войти в сеть. Посмот…
– Можешь не продолжать, – перебивает Лена. – Ты хотел валяться и свою жопу мять, вместо того, чтоб делать жизнь своей очаровательной половины яркой и красочной. Иди сюда, сейчас подзатыльник дам.
– Не могу, – отвечаю, запутавшись в одной штанине и прыгая на одной ноге. – Я занят. Жопу могу мять не только свою… – смотрю с намёком.
– Чуть позже. Ну-ка рассказывай, что на тебя сегодня за напасть свалилась. Я внимательно слушаю. Как твоя штатная психотерапевт, – Лена подходит ближе и пристально смотрит мне в глаза, улыбаясь уголками рта.
– Да ничего особенного… – пытаюсь отбояриться.
– Не обманешь. Мелкий! Ну, я всё-таки врач! Причём неплохой… и не только врач! Я же вижу, – складывает Лена губы дудочкой, наклонив голову к левому плечу.
– Да у женщины рак. К Котлинскому пришла вот недавно. До этого, в других клиниках, два года лечили от цирроза печени. А там печень – это «рикошетом» из опухоли. Рак матки первичен, – честно вываливаю на Лену. – Как-то цепануло по нервам. Молодая ещё. Муж, дети…
– Ещё что? – продолжает держать голову наклоненной она, начиная улыбаться. – Колись до конца, Мелкий, не будь вредителем. Я так хотела сегодня устроить со своим парнем забег в ширину. А сейчас придётся тебя терапевтировать, ва-а-ах, – широко зевает она ещё раз.
– Ещё – мать моя звонила. Ещё – вчера в КЛИНИКЕ людей слегка постреляли…
– Можешь рассказать? – закусывает губу Лена. – Или там без подробностей?
– Пока без подробностей. Если ты не против. В общем, всё по отдельности – мелкий напряг для психики, а в сумме – почему-то эндорфины и дофамины куда-то испарились, – развожу руками.
– Без проблем, – коротко осекает меня Лена, встаёт, подходит, кладёт мне руки на плечи и затылок и смотрит сверху вниз, поскольку я пока ещё ниже ростом. – Я так вижу, рак той женщины – самое ключевое? Что тебя цепляет сейчас?