Доктор Сон
Шрифт:
Вот и Билли Фриман оказался наделен таким даром. Но едва уловимым.
– Как я понял, мне надо сразу обратиться к этому Кэри Кингсли, так?
– Кейси, а не Кэри. Но все верно. Он здесь ключевая фигура. Заведует городским хозяйством уже двадцать пять лет.
– И когда это лучше сделать?
– Да прямо сейчас. – Билли ткнул пальцем. – Груда кирпичей на той стороне улицы – это наш муниципальный совет. К мистеру Кингсли попадешь, спустившись в подвал в дальнем конце коридора. Поймешь, что на месте, когда услышишь сверху звуки диско. На первом этаже находится зал, где по вторникам и четвергам наши дамочки в это время как раз забавляются аэробикой.
– Хорошо, –
– Рекомендации при тебе?
– Да. – Дэн похлопал по своей сумке, которую прислонил к стене игрушечного вокзала.
– И, надеюсь, ты не сам их написал? У нас такие штучки не проходят.
Дэнни улыбнулся:
– Нет, с ними полный порядок.
– Тогда иди и пусти их в ход. Покажи себя молодцом.
– Непременно.
– Да, и вот еще что, – сказал Билли уже в спину удалявшемуся Дэну. – Он на дух не выносит спиртного. Если ты выпиваешь и он тебя об этом спросит, мой тебе совет… соври.
Дэн кивнул и поднял руку, показывая, что все понял. Врать на этот счет он умел.
Судя по испещренному кровеносными сосудами носу Кейси Кингсли, тот отнюдь не всегда ненавидел спиртное. Это был крупный мужчина, который не столько занимал свой небольшой кабинет, сколько носил его на себе. Сейчас он откинул свой стул за письменным столом на задние ножки и просматривал рекомендации Дэна, аккуратно сложенные в голубую папку. Затылком он почти касался нижнего конца простого деревянного креста, висевшего на стене рядом с фотографией его семьи. На снимке более молодой и стройный Кингсли позировал вместе с женой и тремя детьми в купальных костюмах где-то на пляже. С потолка, лишь слегка приглушенные, грохотали «Виллидж пипл» в сопровождении дружного топота многочисленных ступней. Воображение нарисовало Дэну гигантскую сороконожку, которая недавно побывала у местного парикмахера-стилиста и носила ярко-красное трико ярдов девять длиной.
– Ага, ага… – бормотал Кингсли. – Угу… Так-так… Так…
На углу стола стояла стеклянная банка с леденцами. Не отрывая взгляда от тонкой папки с рекомендациями Дэна, Кингсли снял с банки крышку, выудил конфету и сунул в рот.
– Угощайтесь, – предложил он гостю.
– Нет, спасибо, – ответил Дэн.
В этот момент его посетила странная мысль. По всей вероятности, когда-то давно его отец сидел в подобном кабинете и проходил собеседование, чтобы получить работу смотрителя «Оверлука». Интересно, о чем он тогда думал? О том, что ему позарез нужно это место? Что это его последний шанс? Вполне вероятно. Потому что Джек Торранс решал не только свою судьбу. У него имелись жена и сын. Дэн же был свободен. Если здесь не выгорит, он может какое-то время бездельничать дальше. Или попытать счастья в хосписе. Хотя… Ему понравился Общественный центр Фрейзера. Ему понравился поезд, в котором обычные мужчины выглядели голиафами. Ему приглянулся Игрушечный городок, такой бесшабашно-абсурдный, но радостный и немного самоуверенный, как и многие другие маленькие американские городки. И ему пришелся по душе Билли Фриман, обладавший отблесками сияния, но скорее всего даже не подозревавший об этом.
Сверху раздались звуки «Я выживу». Словно только и дожидался смены мелодии, Кингсли сложил листочки обратно в папку и передал через стол Дэну.
Сейчас он мне откажет.
Но после целого дня точных попаданий на этот раз интуиция его подвела.
– Все это очень хорошо, вот только мне показалось, вам гораздо больше подошла бы работа в центральной больнице Нью-Гэмпшира или в хосписе, который расположен в
– Думал. И в первую очередь о хосписе. Но потом я увидел ваш Общественный центр, Игрушечный городок и поезд.
Кингсли широко улыбнулся:
– Должно быть, страсть как хочется самому сесть на место машиниста, угадал?
Дэн без колебания солгал:
– Нет, сэр, меня привлекает совсем не это.
Признание, что его действительно манит кресло машиниста, почти наверняка повлекло бы вопрос о наличии у него водительского удостоверения и обстоятельствах, при которых Дэн оного лишился. А конец у такого разговора мог быть только один: предложение покинуть кабинет мистера Кейси Кингсли навсегда.
– Я больше люблю ухаживать за механизмами, стричь травку и все такое.
– И нигде не любите задерживаться надолго, насколько я могу судить по вашему послужному списку.
– Планирую остепениться в ближайшем будущем. Кажется, свою охоту к перемене мест я уже полностью удовлетворил.
Интересно, Кингсли тоже показалось, что это полное вранье?
– Впрочем, только временную работу я и могу вам предложить, – сказал Кингсли. – Закончится учебный год и…
– Билли предупредил меня. Если я решу остаться здесь на лето, то попробую устроиться в хоспис. Я даже мог бы заблаговременно подать туда заявление, если вы не возражаете.
– Как угодно. – Кингсли с любопытством посмотрел на него. – Вы чувствуете себя комфортно в обществе умирающих людей?
Твоя мать умерла там, подумал Дэнни. Сияние, оказывается, и не собиралось затухать. И ты держал ее за руку, когда она скончалась. Ее звали Эллен.
– Вполне, – ответил он. А потом без особых на то причин добавил: – В конце концов все мы умираем. Что такое мир, если не огромный хоспис под открытым небом?
– Да вы у нас еще и философ! Что ж, мистер Торранс, думаю, вы нам подходите. К тому же я доверяю мнению Билли – он редко ошибается в людях. Только на работу не опаздывать, не являться пьяным или с красными глазами и пропахшим травой. Если случится нечто подобное, вам придется распрощаться с этим городом. В Доме Ривингтон с вами даже разговаривать не станут – об этом я позабочусь. Надеюсь, мои требования вам понятны?
Дэн почувствовал приступ неприязни,
(надутый хлыщ)
но сумел подавить его. Они играли на поле Кингсли, и он же владел мячом.
– Предельно понятны.
– Приступайте прямо с завтрашнего дня, если ничто не мешает. В городе сдается множество комнат. Я сделаю пару звонков, если хотите. Вы сможете заплатить девяносто долларов за первую неделю, пока не получите зарплату?
– Да, смогу. Спасибо, мистер Кингсли.
Кингсли отмахнулся.
– А на первую ночь могу порекомендовать гостиницу «Ред руф». Ею управляет мой бывший зять. Он даст вам хорошую скидку. Договорились?
– Договорились.
Все произошло как-то невероятно быстро. Так бывает с последними фрагментами огромной головоломки, когда несколько последних кусочков вдруг сразу встают на свои места. Дэн велел себе не поддаваться эйфории.
Кингсли поднялся. Он был крупным мужчиной и двигался не слишком стремительно. Дэн тоже встал со стула, и когда Кингсли протянул ему похожую на небольшой окорок руку через заваленный бумагами стол, пожал ее. Теперь сверху «Саншайн бэнд» рассказывали миру, как им это нравится, ох-хо, ах-ха…