Доктор Элиза
Шрифт:
– Кхм, – недовольно кашлянул император. – Значит, идеально? Вы уверены, что это не совпадение? Звучит слишком невероятно.
– Мы вначале тоже так думали. Пока я не увидел это, – сказал Бен, доставая листок бумаги, исписанный корявым, как детские каракули, почерком.
– Что это? – нахмурился император.
– Отчет об операции.
– Отчет?
Неужели этот уродливый почерк принадлежал Элизе? И почему Бен вдруг о нем заговорил?
– И не просто отчет. Здесь описан самый безопасный способ
«Научная диссертация?» – недоумевал император.
– В отчете говорится, что в ходе операции было установлено самое безопасное место для разреза, где дыхательные пути ближе всего расположены к поверхности. Разрез был сделан именно там, где необходимо. Врач, проводивший операцию, в совершенстве знает анатомию, а также умеет действовать в экстренной ситуации, ведь счет шел на секунды. Удивительно, что шестнадцатилетняя девушка справилась со столь сложной задачей, – подвел итоги Бен. – Думаю, этот отчет нужно использовать не как улику в расследовании, а опубликовать как медицинскую статью. Это выдающееся достижение.
Император не знал, что сказать. Наверное, Бен просто не провел расследование должным образом.
«Бен, похоже, так увлечен медициной, что закрыл глаза на то, как неаккуратно Элиза провела операцию. Может, он просто предвзят», – решил он.
– Как вас зовут? – Император обратился к красивому, но хмурому молодому человеку. Кажется, его называют молодым гением.
– Грэм де Фэллон, ваше величество.
– Что вы думаете?
– По моему скромному мнению… – нехотя сказал Грэм, – перед нами еще один гений.
Император потерял дар речи. Это же абсурд! Но слова Грэма были искренними. Он и сам был удивлен.
Операция была проведена идеально и напомнила ему о его ученице Розе: «Выходит, Роза не единственный гений!» Как бы он ни старался, ему никогда не достичь таких высот. Он чувствовал себя опустошенным.
Конечно, ни Бен, ни Грэм не знали, что Роза и Элиза – это один и тот же человек.
– Не могу поверить. А вы что думаете, Кайл? – обратился император к профессору из больницы Роздейл.
Больница Роздейла фактически принадлежала маркизу Чайлду, главе партии аристократов. Поскольку семьи Чайлд и де Клоранс враждуют, рассудил император, врач из Роздейл не будет столь благосклонен к Элизе и его заключение окажется не таким положительным.
Однако Кайл его удивил:
– Я не смог обнаружить ошибки. Не хочется признавать, но… Мои коллеги правы.
– Совсем никаких ошибок? Даже незначительных?
«Скажи, что тебя не устроило хоть что-нибудь! Пусть даже это будет несправедливо», – думал император, сверля взглядом Кайла. Но тот покачал головой:
– Никаких. Леди де Клоранс провела идеальную операцию и спасла герцогине жизнь. Она достойна не наказания, а награды.
Император
Тем временем маркиз Эль едва сдерживал улыбку: «Обошлось!» К тому же Элизу назвали гением.
«Видишь, Тереза? Какая замечательная у нас дочь», – мысленно обратился он к покойной жене. Хоть ему и не нравилось, что дочь занимается тяжелой работой, он был рад слышать, как ее хвалят. И, судя по результатам следствия, ее не станут наказывать.
А вот император был мрачен.
– И что вы предлагаете? Наградить ее?
– Да, ваше величество. Герцогиня жива только благодаря действиям леди де Клоранс. Она должна получить соответствующую награду, – сказал Бен. – Мы собираемся рассказать о ее работе медицинскому сообществу. Отчет, который написала леди де Клоранс, совершит настоящий прорыв.
Чем дальше, тем хуже. Будь на месте герцогини обычный человек, можно было бы ограничиться поощрением. Элиза спасла члена императорской семьи, а значит, ей полагалась высшая награда – орден Имперской розы.
Император уже представлял, что напишут в газетах:
«НЕВЕСТА НАСЛЕДНОГО ПРИНЦА ЭЛИЗА ДЕ КЛОРАНС НАГРАЖДЕНА ЗА СПАСЕНИЕ ЖИЗНИ ГЕРЦОГИНИ!»
«ЛЕДИ ДЕ КЛОРАНС СПАСЛА РОДСТВЕННИЦУ ИМПЕРАТОРА И УДОСТОИЛАСЬ ОРДЕНА ИМПЕРСКОЙ РОЗЫ!»
И тому подобное. К тому же если Элиза получит эту награду, то станет не только самым молодым кавалером ордена Имперской розы, но и первой среди них женщиной.
И это еще не все. Вместе с орденом она получит рыцарское звание. Таким образом, Элиза станет не леди, а дамой де Клоранс. В шестнадцать лет! И в довершение она прославится во врачебном сообществе.
«Голова раскалывается…» – вздохнул император.
«Интересно, что скажет герцог Габорский? Он очень любит свою жену…» Император ухватился за последний шанс. У него было еще немного времени, пока Элизе не объявили официальную благодарность.
– Ваше величество, – осторожно начал Бен. – Простите мне мой эгоизм, но могу я кое о чем вас попросить?
«Что это он вдруг заосторожничал?» – удивился император.
– Говорите.
– Могу ли я… Можно ли увидеться с леди де Клоранс?
Император на миг потерял дар речи.
– Я был бы очень рад с ней побеседовать. Если вы позволите, мы с Грэмом хотели бы с ней встретиться. Думаю, мы многое можем у нее узнать.
Грэм вежливо склонил голову. Он тоже хотел бы поговорить с леди де Клоранс. Неужели нашелся еще один гений, такой же, как Роза?
Император сдался.
– Ну что ж, не возражаю.
Получив разрешение, они выбрали день, чтобы встретиться с леди де Клоранс. Элиза об этом и не догадывалась.
Тем временем она продолжала учиться даже в заточении.