Доктор Элиза
Шрифт:
– Знаешь, чем болен этот пациент?
– Бактериальной пневмонией, – вежливо ответила Элиза.
– С чего ты взяла? Почему не плеврит?
– У него гнойная мокрота, и на снимке видны уплотнения. Больше похоже на воспаление легких, – коротко, но точно ответила девушка.
После Грэм снова принимался за осмотр и лечение пациентов, не обращая на Элизу никакого внимания. Девушка молча наблюдала за ним.
«Как будто я снова студентка медицинского», – подумала она и вспомнила, как проходила практику в больнице.
«Побыстрее бы получить лицензию», – подумала Элиза. Ей нравилось наблюдать за профессором, но гораздо больше хотелось заняться лечением пациентов самой. Еще больше ей хотелось проводить операции.
«Надеюсь, у меня будет шанс».
А вот Грэм был в ужасе: «Да кто она такая?» Делая вид, что новая ученица его совсем не волнует, молодой врач продолжал тайком наблюдать за ней.
Он начал с вопросов, намереваясь проверить ее знания. Вопросы были сложными. Чтобы на них ответить, требовались отнюдь не поверхностные сведения. Но эта девочка справилась. Учебник не мог быть точнее.
Тогда Грэм еще усложнил задачу и стал спрашивать о диагнозах. Ответы потрясли его еще сильнее. Ознакомившись с симптомами, она ставила диагнозы как опытный врач даже в тех случаях, когда самому Грэму приходилось подумать. На одном из пациентов их мнения разошлись, но, получив результаты анализов, Грэм убедился, что девушка оказалась права.
Молодой врач недоумевал: «Может, она уже занималась лечением больных?» Да нет, слишком юна для этого.
«Выходит, она гений?..» – пришел к выводу Грэм.
Иногда в мире рождаются люди, наделенные особым талантом. Их навыки и умения превосходят их возраст и опыт. Такими были, например, великий алхимик Флеминг и граф Грэхэм, который восемьдесят лет назад заложил основы современной медицины.
«Поверить не могу… Неужели она и правда гений?» – вздохнул Грэм. От его предвзятого мнения, что девушка из аристократической семьи пришла в больницу ради развлечения, не осталось и следа. Он был потрясен ее глубокими знаниями.
– Профессор, что мне теперь делать? – спросила Элиза, когда все необходимые процедуры были проведены.
– На сегодня все. Можешь идти домой.
– Хорошо, профессор. До завтра.
Элиза повернулась, чтобы уйти, но вдруг ее окликнул Грэм:
– Роза, подожди.
– Да?
Молодой врач замялся.
– В чем дело, профессор? – Элиза удивленно посмотрела на учителя.
– Прости… – наконец смущенно сказал он.
– За что?..
– За мои предубеждения и за то, что отмахивался от тебя.
Элиза совершенно растерялась, услышав неожиданное извинение.
– Что вы, профессор…
– Нет, я был неправ и судил по внешности. Извини.
Новая
«Очень даже наоборот…» – подумал Грэм, вспоминая, как она ухаживала за бездомными в палате. Даже здесь, в больнице Святой Терезы, их оставляли без внимания. Стал бы другой врач стараться ради этих бродяг так же, как она?
– Что ж, будем работать.
Элиза улыбнулась, почувствовав, что его извинения были искренними.
– Да, профессор. Я буду стараться работать еще лучше.
Грэм смущенно закашлялся.
– Завтра приходи в спасательное отделение.
– Спасательное?
– Да.
Спасательное отделение в империи – аналог отделения неотложной помощи на Земле, где принимают пациентов с травмами и острыми заболеваниями. Другими словами, там помогают тяжелым больным. Элиза была удивлена, что Грэм велел приходить ей в спасательное отделение, ведь обычно туда попадают только те практиканты, которые прошли длительное обучение в больнице и доказали, что обладают необходимыми навыками.
«Может, я тороплюсь?» – засомневался Грэм. Но тут же покачал головой: «Нет». Кажется, с работой в спасательном отделении проблем у нее не будет.
«Здесь мне ее учить нечему», – решил врач.
К тому же…
«Интересно, как она поведет себя с экстренными пациентами», – подумал Грэм.
Характер у Грэма был не сахар, но медицину он считал делом всей своей жизни. И ему была крайне любопытна эта девушка, медицинские познания которой выходили за рамки разумного.
Вечером того же дня в имении семейства де Клоранс
– Элиза.
– Да, отец.
– Как дела в больнице?
– Мне все очень нравится, – улыбнулась девушка.
На самом деле ей хотелось бы больше участвовать в лечении пациентов, но, будучи всего лишь практиканткой, она ничего не могла поделать.
– Правда? Тебе не тяжело?
– Вовсе нет.
Маркиз вздохнул. Он не хотел, чтобы его дочери было тяжело, и надеялся, что она скоро бросит эту затею, но, кажется, Элиза не собиралась сдаваться. Наоборот, похоже, ей очень нравилось трудиться в больнице.
Недавно он тайком узнал о том, как работает его дочь, и пришел в ярость: «Они там все с ума сошли в Святой Терезе?! Как они могли отправить мое дитя в палату к бродягам?» Эль понимал, что сам скрыл происхождение Элизы, но его все равно переполнял гнев. «Если бы Элиза меня не остановила, я бы их там всех на куски разорвал!» Разумеется, никто в больнице и не догадывался, что им грозит.
«Заставили мою девочку смотреть на бродяг!» – возмущался маркиз.
Прошло уже десять дней с тех пор, как Элиза начала работать в больнице. Она и так всегда была хрупкой, а теперь совсем исхудала.