Доктор 5

Афанасьев Семён

— Надо поговорить. Сейчас буду. Подождёте?

— Да, но тогда не на корте! Тогда в угловом кафетерии, в пристройке, ты понял где?..

*********************

— Всем привет, — сажусь на свободный стул за треугольный столик какой-то новой кофейни с пафосными претензиями и космическими ценами (не смотря на более чем скромное меню). — А чем тут кормят?

— Кормят тут чмошновато, — смеётся Алия под удивлённым взглядом Лены.

— Ты откуда такие слова знаешь? — поднимает брови почти что на затылок моя

половина.

— Кажется, я догадываюсь, — не удерживаясь, хихикаю в Ленину чашку кофе, которую придвинул к себе в ожидании официанта. — И кстати, почему ты это пьёшь? — как могу спокойнее, спрашиваю Лену.

У меня на языке верится вопрос, что мы договаривались о диете; но Алия с таким интересом следит за развитием событий, что развиваться дальше по теме неудобно.

— Пф-ф, а я не пила, — пожимает плечами Лена, отодвигаясь от стола и откидываясь на гибкую спинку какого-то полимерного стула, выполненного в техно-стилистике «авторского дизайна». — Взяла, чтоб что-то на столе стояло. Мы же только что налупились, — Лена показывает взглядом на здание ПЛАЗЫ в двадцати метрах. — По инерции заказала, но не пила: посмотри на чашку, следов губ же нет.

— Вижу… — успокаиваюсь. Поскольку следы губ мне видеть не обязательно, чтоб понять, что Лена говорит, что думает.

— Как у вас интересно, — демонстративно раскрывает глаза Алия. — У нас, в сравнении с вашими страстями, просто детский сад.

— А Юрик тебя что, не третирует? — Лена, завидев у меня за спиной официанта, машет ему зажатой в руке салфеткой. — Вопросами контроля и надзора?

— Не-а, у нас полная свобода. Его позиция: «Мы взрослые люди, детского сада тут нет. Заставить никто никого не может». Ну и у нас же возраст у обоих, — Алия, чуть стесняясь, косится на меня. — И так надо стараться чтоб всё нормально было… Знаешь сколько тестов сдать надо?..

— Знаю, — смеётся Лена. — Причём, профессионально.

— У вас всё будет в порядке, — говорю со своего места. — Не нервничайте, плюс режим.

Я имею ввиду гораздо больше, чем может показаться, но детализовать вслух сейчас не готов.

Видимо, Алия что-то знает обо мне от Лены (либо по другим каналам), поскольку сосредоточено кивает и начинает что-то обдумывать. Выпадая на время из беседы.

То, о чём мне сейчас надо поговорить с Леной, для ушей посторонних никак не предназначено. Но вслух затевать конфиденциальность при Алие — явный выход за рамки приличий, особенно с учётом национальных особенностей Алии. Думаю пару секунд, затем отправляю Лене смс:

«Нужно поговорить. Без всех. Она с нами надолго?»

Лена берёт пикающий телефон, смотрит на экран, удивлённо раскрывает глаза (давая понять, что видит моё сообщение) и, ничем не выдавая происходящего, отвечает:

«Минут пять — десять. У неё ж режим дня плюс дома голодный Крематорий. Вот-вот явится. Она вызвала машину сразу, как мы сюда пересели».

Через пару минут официант приносит печенье и всё тот же лаваш с курицей (ничем более серьёзным местное пафосное

заведение не богато. Правда, кофе в наличии более чем в пятидесяти вариантах, из них половина с алкоголем).

А Алия получает сообщение на телефон и откланивается (поцеловав Лену и похлопав меня по спине).

— Что стряслось? — нейтрально спрашивает Лена, загадочно улыбаясь.

— Ты сейчас как Родина-мать выглядишь, — улыбаюсь в ответ. — Давай перефразируем. Мне очень нужно, чтобы ты применила весь свой арсенал за плечами, уж не знаю, какой… И чтоб завтра утром, первым же рейсом, тебя, моих и, возможно, твоих, тут не было.

— В Дубай? — сходу догадывается Лена (впрочем, возможно, в случае нашей семьи не так уж много очевидных вариантов).

— Да.

— Подробности будут? — эмоции Лены излучают олимпийское спокойствие и безмятежность.

— Кажется, мне где-то повезло, — продолжаю улыбаться, имея ввиду её наредкость конструктивное поведение (если сравнивать со стереотипными оценками других женщин их мужчинами в интернете. Особенно на сугубо мужских форумах, посвящённых проблемам брака и семьи).

— Согласна, — Лена придвигает под столом своё бедро к моему. — На подробностях не настаиваю. В тебе не сомневаюсь. Нервничать не буду. Но если есть детали, буду благодарна: любопытству спокойнее, когда оно удовлетворено.

— … вкратце так. — Буквально штрихами, за полторы минуты, фрагментарно ввожу её в курс; в части, её касающейся. — Извини, что так коротко. — Изворачиваюсь и под столом накрываю её бедро своей ладонью.

Хотя скорчиться для этого приходится неимоверно.

— Не надо, — веселится Лена, — изображать в общественном месте вопросительный знак. Выныривай. — И далее серьёзно. — На моего батю ты не рассчитываешь? Или не хочешь рассчитывать? Почему?

— У кого больше реальных возможностей? — отвечаю вопросом на вопрос. — У бывшего генерала? Или действующего полковника, только что последнюю звезду получившего?

— А — а-а, Кеша?.. — Лена машет официанту, в полсекунды проводит картой по переносному платёжному терминалу (который тот молниеносно материализует у меня из-за спины на стол).

— Вот он поделился, чем мог: информацией и видением. Сказал, как и что перепроверить; я уже. Но дело, насколько понимаю, в том, что внутри структуры, — стараюсь, по просьбе Кеши, не употреблять никаких значимых маркеров в общественных местах, — в силу момента, кто-то затеял передел. Старые правила не работают…

— А новые выработаются, но не сразу? — продолжает за меня Лена. — А сейчас, именно мы, — она закидывает под столом свою ногу на мою, — попадаем под какую-то раздачу?..

— Вот проблема в том, что быстро выяснить сложно. Кеша обозначил, как это можно сделать. И «идти» будем с двух сторон. Но это займёт время. — Допиваю свой кофе, дожёвывая курицу. — У меня есть понимание, что буду делать я. Но я должен знать, что вы все… — Дальше не заканчиваю, поскольку и так всё ясно. — Поддержишь?