Доказательства вины
Шрифт:
Когда мы вошли, младшие Карпентеры спали без задних ног, но кто-то из них заворочался, услышав скрип двери, маленький Гарри открыл глаза, сонно заморгал и испустил при виде матери восторженный вопль. Это разбудило остальных, и все налетели на Черити и Молли, наперебой пытаясь обнять их и поцеловать.
Я наблюдал за этим со стула в другом конце комнаты, а потом так, сидя, и задремал, пока не вернулся Фортхилл с едой. Стульев на всех не хватило, и Черити
Я набивал рот без зазрения совести. Использование магии, напряжение и финальный подъем сквозь холод выпотрошили меня начисто.
— Спасение! — пробормотал я. — Вот оно, счастье.
— Чертовски верно, — согласилась Мёрфи, прислонившаяся к стене рядом со мной. Она вытерла рот рукавом и посмотрела на часы. Потом дожевала последний сандвич и принялась переставлять время.
— Нас не было почти двадцать четыре часа. Это что, получается, мы совершили типа путешествие во времени? — спросила она.
— Ох, ради Бога, нет, — ответил я. — Это на первых позициях в списке Вещей, Которые Нельзя Делать. Один из семи Законов Магии.
— Возможно, — сказала она. — Но как ни назови, день — фьють! — и прошел. Что это, как не путешествие во времени?
— Такогорода путешествия люди совершают очень часто, — возразил я. — Мы просто проехались немного на эскалаторе, так сказать.
Она нажала кнопку на часах и поморщилась.
— Не вижу разницы.
Я посмотрел на нее и нахмурился.
— Ты чего?
Мёрфи покосилась на детей и мать.
— Мне предстоит ад кромешный объяснять, где это я была последние двадцать четыре часа. И вряд ли я могу сказать моему боссу, что путешествовала во времени.
— Угу, такое он никак не переварит. Скажи ему, что участвовала в набеге на страну фейри, чтобы спасти девушку из населенного монстрами замка.
— Конечно, — хмыкнула она. — И как это я сама не догадалась?
— У тебя что, могут быть неприятности?
Мёрфи нахмурилась и помолчала немного.
— Внутриведомственная дисциплинарная комиссия скорее всего, — сказала она наконец. — Ничего криминального они мне пришить не могут, так что тюрьмы не будет.
Я зажмурился.
— Тюрьмы?
— Я же отвечала за расследование, ты забыл? — напомнила мне Мёрфи. — Вряд ли я улучшила свои отношения с начальством, забросив все дела и отправившись тебе на помощь. День псу под хвост, и… — Она пожала плечами.
— Блин-тарарам, — выдохнул я. — Я как-то не подумал.
Она
— Это тебе очень плохо аукнется? — спросил я.
Мёрфи нахмурилась сильнее.
— Это зависит от разных вещей. В основном оттого, что скажут Грин и Рик и как они это скажут. Что скажут на это другие копы. Пара этих парней теперь заделалась большими шишками. Они с удовольствием устроят мне гадости.
— Вроде Рудольфа, — предположил я.
— Вроде Рудольфа.
— Хошь, я их для тебя уделаю? — предложил я со своим лучшим бронкским акцентом.
Она вяло улыбнулась.
— Как-нибудь сама разберусь.
Я кивнул.
— Я серьезно. Если я чем-то могу помочь…
— Просто не высовывайся некоторое время. Тебя в управлении не слишком любят. Есть такие, кому не нравится то, что я плачу за твои консультации, и то, что они не могут мне это запретить, потому что у дел, в которых ты занят, раскрываемость девяносто процентов.
— И моя эффективность ничего не значит? Мне казалось, копы относятся к этому с уважением.
Мёрфи фыркнула.
— Я люблю свою работу, — сказала она. — Но порой мне кажется, что зануды и маразматики играют в ней слишком большую роль.
Я согласно кивнул.
— Что они могут сделать?
— Ну, официально это первый раз, когда я просрала операцию, — хмыкнула она. — Если я буду вести себя разумно, думаю, меня все-таки не уволят.
— Но?
Она откинула упавшую на глаза прядь волос.
— Они получат кучу удовольствия, запихивая свое возмущение мне в глотку. Они перепробуют все, чтобы я сама подала заявление, — продолжала она. — А когда я этого не сделаю, меня понизят.
Я ощутил в желудке свинцовую тяжесть.
— Мёрф, — произнес я.
Она попробовала улыбнуться, но не смогла. Слишком уж хреново ей было.
— В этом нет ничьей вины, Гарри. Просто такие у нас порядки. Это надо было сделать, и при необходимости я поступила бы точно так же еще раз. Переживу.
Голос ее звучал спокойно, невозмутимо, но она слишком устала, чтобы убедить меня в подлинности этого спокойствия. Команда Мёрфи могла иногда огорчать, даже разочаровывать, но это была ее команда. Она билась за свое лейтенантское звание, она работала ради него как лошадь, и в результате ее засунули в ОСР. Только вместо того, чтобы принять это как аналог ссылки в сибирскую глушь, Мёрфи стала работать там еще лучше, утерев тем самым тех, кто ее туда послал.
— Несправедливо это, — буркнул я.