Доказательства вины
Шрифт:
— Здесь ничего нет, — произнес я и постучал костяшками пальцев по стене башни. Звук вышел глухой, как и положено при ударе по чему-то очень массивному. Может, тролли просто предпочитали сражаться, имея за спиной защиту. Надо пройтись вокруг башни, поискать…
Совершенно неожиданно ледяная поверхность стены раздвинулась. Часть льда скользнула куда-то внутрь, а на месте, где только что не было заметно никаких признаков шва, образовался проем. Внутри башни царили тени, и медленно шевелящиеся световые сполохи в стене почти не освещали интерьера. За проемом не виднелось ничего, кроме винтовой
Я переводил взгляд с проема на мои посиневшие от холода пальцы и обратно.
— Пожалуй, в следующий раз я просто постучу.
— Идемте же, — сказала Черити. Она перехватила рукоять своего молота, взяв его на изготовку. — Надо спешить.
Томас и Мёрфи повернулись, чтобы догнать нас у входа.
Странное ощущение дежа-вю подало моему мозгу сигнал тревоги. Фетчи, как выяснилось, мастера наносить удар исподтишка. Как тот фетч, Баки, выпрыгнувший на нас, когда мы открывали двери в кинозал, они прекрасно знали, какую позицию занять, чтобы напасть аккурат в тот момент, когда враги полностью сосредоточены на каком-то отвлекающем предмете.
Таком, например, как внезапно открывшийся проем.
Разбросанные по всему двору груды костей вдруг ожили. Со всех сторон на нас бросились фетчи. Только их оказалось не трое. Их оказалось несколько дюжин.
Здесь, в Небывальщине, фетчи не были похожи на киношных монстров. Их истинный облик отдаленно напоминал человеческий, черный как тени в полночь, но с призрачными белыми глазами. Поверх этих очертаний виднелись другие — бледные, полупрозрачные: где очередной монстр из глубин космоса, где волкоподобная тварь на двух ногах, где исполинский человек с головой бородавочника. Однако мазь, нанесенная мною на глаза, позволяла мне видеть сквозь эти иллюзии.
Использовать мою магию против этих тварей было бы чертовски рискованно, но кто сказал, что я обязательно должен швыряться энергией прямо во врага? Повинуясь моему вызову, энергия Адского Огня ударила в посох, и руны на нем засияли ярче магниевой вспышки, осветив двор, хотя ни одежды моей, ни плоти они не жгли. Я описал посохом круг над головой и выкрикнул:
— Veritas cyclis!
Ветры бешеным вихрем налетели на замерший двор, словно я сорвал невидимую крышу. Ощетинившись молниями того же цвета, что и пылающие руны на моем посохе, они сгустились вокруг. Я с криком швырнул этот клубок ветра — не в надвигавшихся фетчей, но в тысячи костей, лежавших между мной и ими.
Ветер с визгом подхватил все, безумный циклон костей и обломков ледяной брони ударил прямо в наступающих. Первые ряды фетчей не успели увернуться, и мой костяной торнадо начал рвать их на части, буквально размалывая в кашу. Те, что наступали сзади, застыли и оглушительно зашипели в бессильной ярости.
Вскрикнул Томас, и я услышал тяжелые шаги. Еще один фетч, гораздо больше первых, вынырнул из-за башни. Его обволакивал призрачный образ Потрошителя. Мгновение спустя еще один ринулся на нас с другой стороны — такой же большой, в полупрозрачной оболочке Рук-Молотов, до непристойности мускулистая фигура в черном с черными тяжелыми кувалдами, торчавшими
— В башню! — заорал я.
Потрошитель догнал Томаса и вскинул руку с блестящими черными когтями, которые иллюзорный образ преобразовал в фирменный Потрошительский серп, занесенный над головой. Томас отбил когти саблей, но вместо ожидаемого звона металла о металл последовала бело-зеленая вспышка, и фетч-Потрошитель взвыл, разом лишившись когтей одной руки.
Томас пригнулся, крутанулся на месте в резком выпаде, и сабля крест-накрест перечертила нижнюю часть живота фетча. Тот взревел еще громче, из раны брызнул бело-зеленый огонь. Тварь замахнулась другой рукой со скоростью, заставшей врасплох даже Томаса. Большая часть энергии удара пришлась вскользь, но и остатка хватило, чтобы швырнуть Томаса о стену.
Я услышал за спиной выстрел, еще один, а потом Мёрфи яростно чертыхнулась. Я повернулся и увидел, как Мёрфи уворачивается сначала в одну сторону, потом в другую, когда Руки-Молоты замахнулся на нее кулаком-кувалдой. Удар сотряс крепость до основания и по громкости вряд ли уступал выстрелу. Мёрфи поднырнула под его ручищи и выпрямилась, стоя в опасной близости от фетча. Тот замахнулся на нее еще раз. Сначала мне казалось, что Мёрфи собирается вновь уклониться, но вместо этого она схватилась за его ручищу и продолжила движение, добавив к силе удара собственный вес, но чуть изменив его направление, — в результате чудище со всей силой шарахнуло кувалдой себе по ноге. Фетч взвыл от боли и пошатнулся. Мёрфи толкнула его, и тот упал. Она отпрыгнула к двери в башню, а я схватил Томаса и затащил его внутрь.
Откуда-то сверху послышался перепуганный визг.
Молли.
Черити вскрикнула и бросилась вверх по лестнице.
— Нет! — закричал я. — Черити, погодите!
В дверях потемнело — фетч попытался прорваться в башню. Мёрфи, прижимавшаяся спиной к стене у двери, выхватила длинный кинжал, позаимствованный из арсенала Черити. Стоило фетчу просунуть внутрь нос, она описала клинком в воздухе дугу и, вложив в удар всю силу, всю инерцию своего тела, всадила нож по рукоять в огромный белый глаз.
Фетч обезумел от боли. Извергая из раны жидкий огонь, он слепо метался в дверях до тех пор, пока опомнившийся Томас не шагнул к проему и не лягнул его с сокрушительной силой, вышвырнув смертельно раненную тварь обратно на улицу.
— Идите! — крикнул он.
В дверь сунулся другой фетч, и Томас принялся орудовать саблей. Его удары нанесли фетчу еще несколько ран, огненная кровь шипела как жир на плите, касаясь холодной стали его клинка. Отбив очередной удар, Томас оскалился и начал теснить фетча прочь из дверей.
— Идите! — крикнул он еще раз. — Я удержу дверь!
Похожая на змею гибкая рука метнулась из-за двери, схватила Томаса за лодыжку и дернула. Тот упал, и рука потащила его на улицу. Я вцепился в него, задержав на пару секунд.
— Мёрф!
Мёрфи повернулась, выставила пистолет из двери и выстрелила несколько раз подряд. Фетч взвизгнул от боли и выпустил Томаса. Я втащил его обратно, и он вскочил на ноги.
— Мы держим дверь, — звенящим от напряжения голосом произнесла Мёрфи. — Заберите девушку!