Дог-бой

Хорнунг Ева

Потом Ромочка решил на время очистить улицы от своего запаха и сидел в логове с Мамочкой. Он еще ни разу не видел, как она щенится; умиротворенный, расслабленный, он поглаживал ее огромный живот и чувствовал, как к ее соскам подступает молоко.

* * *

Узнав, что милиционеры выследили Ромочку — это наверняка был Ромочка, — Дмитрий очень разволновался. Но с майором он разговаривал хладнокровно и доводы свои излагал вполне убедительно, хотя мысли в голове путались. Их положение беспроигрышное: достаточно подстеречь собак, и они найдут мальчика. Он просил по возможности взять Ромочку с минимальными потерями. А попутно можно изучить жизнь бродячей собачьей стаи — в научных целях. Бродячие собаки расплодились

по всей Москве. Даже в Нескучном саду, можно сказать, у самых стен Кремля, живет стая собак, которые громко лают на мотоциклистов. Но подобное явление раньше не изучалось, а тот факт, что в бродячей стае жили два мальчика, делает данных собак достойными внимания… Дмитрий радовался, что Натальи нет рядом.

Исчезновение Ромочки очень тревожило Дмитрия. Мальчика никто не видел уже неделю. Ромочкина стая продолжала охотиться, пусть и без него. Собак видели дважды. Дмитрий посмотрел на увеличенные снимки, переданные ему майором Черняком: убегающую стаю и Ромочку сняли в дождливый день, поэтому фото вышло нечетким. Его внимание привлекла одна фигура. Собаки бросились врассыпную: одна белая, одна серая, три светло-золотистых, две черных, одна золотистая с пятнистой мордой. Все крупные, с пушистыми мордами и хвостами. Все явно находятся в родственных отношениях. Ромочка сгорбился посередине, повернувшись лицом к камере и широко расставив ноги и положив руку на спину бегущей рядом собаки. Разглядывая снимки, Дмитрий испытывал возбуждение и странное беспокойство. Как будто он любовался снимком последних представителей вымершего вида — редкого, но обреченного на вымирание. Его догадки получили подтверждение. Именно таким он представлял себе настоящего Ромочку.

Майор Черняк вздохнул.

— Слушайте, Пастушенко. У нас будет одна попытка. Вы даете нам необходимое оборудование. Мы поймаем вам какую-нибудь собаку. У нас есть подразделение, которое занимается стерилизацией бродячих собак; они люди опытные. Если ничего не выйдет и если его снова увидят, тогда в силу вступает план «Б». Вы ведь понимаете, политики и журналисты и так не дают мне покоя в связи с мальчишкой. А еще хуже… — он ткнул рукой куда-то вверх, а потом погрозил своему собеседнику пальцем, — что их было двое.

* * *

Ромочка сидел наверху, в развалинах, охранял логово и смотрел вверх, на небо. В развалинах гулял пронизывающий ветер. Рваные облака, бегущие по свинцовому небу, напоминали собачью стаю на охоте. И у каждого облака, у каждой тучи было черное тяжелое брюхо. Все они вот-вот разродятся снегом и метелью! Снег таял, едва доходя до земли, но земля и улицы стали скользкими и черными — чернее туч. Ромочка увидел Черного. Он возвращался домой как-то странно, ползком. На загривке у него таяли снежинки. Черный низко опустил голову, прижал уши к голове, зажал обычно живой и подвижный хвост между ногами и скорчился от боли. Он очень страдал и выглядел совершенно несчастным.

Ромочка выполз из-под купола, следом за Черным нырнул в логово. Остальные испуганно отползали от большого пса. Только Ромочка опустился на колени, обнял Черного за мощную шею и зарылся лицом в его шерсть. Воняло от Черного ужасно. Люди что-то сделали с ним. Запах был резкий, тошнотворно-сладкий. Ромочка почуял и сильный запах спирта. Пахло и кровью, но Ромочка не увидел на теле Черного никаких ран. Он с трудом потащил крупного пса на свою лежанку. Черный лег и принялся вылизываться, стараясь избавиться от мерзкого запаха. Ромочка снова ощупал его сверху донизу. Остальные толпились вокруг, беспомощно тычась в них носами. Незнакомые запахи беспокоили и волновали всех.

Люди зачем-то выбрили квадрат шерсти на передней лапе Черного. Черный все время лизал то место, словно оно заболело после того, как Ромочка нашел его и потрогал. Ромочка перевернул Черного на спину и увидел между его задними ногами запекшуюся кровь. Черный ткнулся носом в Ромочкину ладонь и стал зализывать рану — то место,

где раньше были его красивые яички размером с куриное яйцо. Потом он тихо заскулил. Ромочка ощупал пустой мешок и похолодел от ужаса. К ним подползла Мамочка; она тоже принялась вылизывать Черного, смывая своей слюной ужасную вонь. Ромочка держал Черного за большую голову. Потом он положил его голову к себе на колени. Теперь Черного вылизывала вся стая. Ромочка гладил красивую морду пса, пальцы ощупывали старые шрамы. Вдруг он нащупал на мохнатом загривке какой-то бугорок. Когда Ромочка наткнулся на него. Черный тявкнул. Бугорок был твердый, маленький и круглый. Ромочка надавил на него пальцем. Черный извернулся и укусил его. В ответ Ромочка угрожающе зарычал, но бугорок не выпустил. Он внимательно осмотрел и обнюхал то место и заметил крошечную ранку сбоку. Он склонился над псом и начал осторожно зализывать ее. Защипало язык — из ранки во все стороны торчали крошечные усики, как будто к Черному под шерсть заполз жук.

Теперь на Ромочкину лежанку забрались все. Черный по-прежнему ужасно вонял, но все понемногу привыкли. И потом, они терлись о него, передавая ему свой, родной запах.

Стая долго не могла успокоиться. Вместе с новым запахом Черного в их логово вторглось что-то страшное. Они больше не чувствовали себя в безопасности. Время близилось к полуночи. Вдруг Ромочка вскочил. Они пойдут к Лауренсии и наедятся горячего! Он уже целую вечность не выходил на улицу, а Мамочка проголодалась. Прогулка пойдет им на пользу. Но по пустырю Ромочке придется идти пешком.

В городе казалось безопасно, как много зим и лет назад. Они не встретили никаких препятствий, но, добравшись до «Рима», поели быстро. Ромочка все время торопил их. Он никак не мог успокоиться; более того, ему стало хуже. Он неправильно придумал! Не зная, что делать дальше, Ромочка склонился над Черным. Сытые собаки направились домой. Вдруг Ромочка понял: идти сейчас назад вместе с Черным нельзя. Он догадывался, что Дмитрий что-то сделал с Черным, хотя и не знал точно что. Сначала со Щенком, теперь с Черным. Ромочка снова ощупал бугорок на загривке пса. Бугорок слегка распух по сравнению с прошлым разом. Черный зарычал.

Милиция найдет их. Конечно, юс найдет милиция! От дурного предчувствия у Ромочки закружилась голова. Он вспомнил, что Дмитрий еще тогда не сомневался. Сердце у него забилось чаще. Мамочка как-то странно покосилась на него. Она тоже забеспокоилась, как будто услышала биение Ромочкиного сердца и почуяла его страх. Ему надо спешить. Черный будет драться и кусаться, но все равно… Ромочка старался успокоить и себя, и Мамочку, и, главное. Черного, но ничего не получалось.

Свернув в длинную темную аллею, Ромочка понял: пора. Он положил ладонь на загривок Черного, стараясь подобраться поближе к бугорку, но Черный понял, что Ромочка не ласкает его, и зарычал. Ромочка трусил рядом с Черным, соображая на ходу. Он вспомнил крошечную пластинку, которую показывал ему Дмитрий, и ясно представил крошечную ранку на загривке Черного. Есть!

Он прыгнул на Черного сверху и прижал огромного пса к земле. Обеими руками принялся раздвигать густую шерсть. Увидев нужное место, впился зубами в бугорок и жевал его, пока не почувствовал пластинку. Черный бешено вертелся, пытаясь укусить Ромочку за голову. Ромочка прикрылся своей густой гривой. Грива смягчала боль, и все равно те места на голове, где Черному удалось содрать с него кожу, очень саднили. Он вцепился в Черного руками и зубами, выгнулся, уперся локтями и рванул. Если ничего не получится, Черный вот-вот вырвется, забежит с другой стороны и хватанет его за лицо. Во рту у Ромочки стало солоно от крови. Но пластинка подалась. Ромочка не видел остальных, но знал, что они не нападут на него. Наверное, понимают, что он помогает Черному. Черный вскочил на лапы и рванулся в сторону, и пластинка очутилась у Ромочки во рту. Он быстро свернулся клубком, прикрывая лицо и живот.