Дочки-матери
Шрифт:
– Да! Забеременела, на свою голову! – Саша нахмурила брови. – Как ты: по большой любви и без ведома будущего отца.
Инна молчала, пытаясь сообразить, как она должна действовать в этой ситуации. Поговорить с родителями ребят? Объяснить им, что нельзя отказываться от собственных детей – ничего дороже в их жизни не было и никогда не будет.
– Я Ритке с Филом комнату свою отдам, – Саша опередила Инну с решением, – а мы в твоей пока поживем. Да?
– Да, Сашенька! – Инна смахнула со щеки слезу: какая же замечательная у нее выросла дочь!
– И Игорю надо
Эпилог
Осень в Москве выдалась не на шутку холодной. Инна успела сто раз пожалеть о том, что выбрала нарядное, но слишком тонкое платье. Сашенька оказалась куда умнее – надела серый свитер и джинсы. Сказала, что ей нет дела до всех этих камер, фоторепортеров и прочих глупостей. Если мама попросила быть на презентации, она придет. Но и только.
Дверь в галерею Игоря постоянно хлопала, впуская новых и новых гостей заодно с ледяным ветром. Инна отошла подальше от входа – с прошлой зимы не выносила холода и сквозняков.
– Начнем? – Игорь подошел к ней, когда в галерее уже было яблоку негде упасть.
– Давай, – она пожала плечами.
Инна неторопливо подошла к огромному столу, на котором лежала ее первая книга с огнедышащим драконом на блестящей обложке. «Предсказание Эльзы». Люба успела шепнуть, что роман продается отлично, но Маковецкая не питала на этот счет особых иллюзий: если бы не гениальность Марика, который превращал в деньги любые переговоры, ее бы, наверное, так и не издали. Только после вмешательства агента Игоря все удивительным образом изменилось, и главный редактор издательства дал Любе «добро» на новый проект.
А впрочем, все это не важно. Главным достижением ее жизни было то, что они с Сашенькой не потеряли друг друга; сумели понять.
Инна отыскала взглядом дочь. Саша стояла рядом с Ваней и взволнованно, во все глаза смотрела на маму. Инна улыбнулась ребенку и ободряюще помахала рукой: удивительно, но сама она не чувствовала ни капли волнения.
Игорь уже ждал Инну с микрофоном в руках. Как только она подошла, Варшавский заговорил.
Инна слушала рассеянно, выхватывая из потока слов лишь отдельные фразы. Игорь рассказывал, как прочел несколько романов молодого неизвестного автора, вдохновился идеей Забытого Мира и создал цикл картин в жанре фэнтези. Он увлеченно говорил о параллельной реальности, в которой очутился вслед за писателем, показывал то на одно, то на другое полотно. Публика крутила головами, репортеры фотографировали, Варшавский с удовольствием упражнялся в красноречии.
И все это проходило фоном мыслям Инны, которые были сейчас далеко. Она вспоминала лето. Поездку с Сашенькой в Симеиз, где они провели вдвоем целый месяц. Павел каждый вечер заезжал к ним в гости, и постепенно Саша перестала бояться его и сторониться. Папа с дочкой сдружились: бегали вдвоем на пляж, лазили вместе в горы. А когда Инна собралась все-таки с духом, привела дочь к бабушке на могилу,
Игорь, наконец, замолчал и передал микрофон Инне. Посыпались вопросы от журналистов.
– А что для вас стало вдохновением? – выкрикнул кто-то, упражняясь в банальности. – Или кто?
– Моя дочь Александра, – ответила Инна коротко и, подумав, добавила: – Сейчас мы с ней вместе пишем новую книгу. Думаю, весной «Подвиги Гели» уже выйдут в свет…
Наконец пресс-конференция закончилась. К столу за автографами стали пробиваться люди. Инна подписывала книгу за книгой и чувствовала на себе взгляд радостной Саши: дочка гордилась своей мамой, и лучше, важнее этого ничего для Инны не существовало.
– Это вам! – Фил пробрался к Инне сквозь толпу и протянул ей букет. – Поздравляю! И спасибо за все!
– Подожди, – Инна попыталась задержать его, но он уже убегал.
– Не могу! – Фил улыбнулся. – Сашеньку надо купать.
Когда очередь за автографами иссякла, подошла сияющая Люба, поближе протиснулись родители Инны. А потом в редеющей толпе Инна заметила смущенного Суслова. Он не решался приблизиться к ней: делал вид, что с интересом рассматривает картины.
Инна выбралась из-за стола и сама подошла к старому другу.
– Здравствуй!
– Привет! – он широко улыбнулся. – Драгоценная моя женщина!
– Какими судьбами? – Она соскучилась по этому балагуру: не видела его почти целый год.
– Заглянул поздравить тебя.
– А где же так долго пропадал? Мог бы и позвонить, – произнесла она с ласковым упреком.
– Дела-а-а, – протянул Суслов, закатывая глаза, – а заодно лечение от зависимости!
– Какая еще зависимость, Мишка? – Инна перепугалась.
– От тебя, – ответил он серьезно, – лечение проходит тяжело. Постоянная ломка.
Она ничего не ответила, подыскивая вопрос, чтобы сменить тему.
– Ты все там же, в журнале?
– Да, – Суслов кивнул, – назначили главным. Так что, если вздумаешь вернуться, добро пожаловать! Буду рад.
– Подожди, а как же Лада?
– Ее уже полгода как сняли, – Суслов прищурился, – до Худодота дошло, наконец, какие у нашей главвредины заработки!
– Сам ты теперь главвред! – Инна улыбнулась. – Сознавайся, твоих рук дело?
– Не без того! – Мишка подмигнул. – Но куда-а-а мне до Лады?! Я бы и не тронул ее, если б не узнал случайно, как она тебе отомстила. Это ведь Лада помешала твоим публикациям прошлой зимой.
– Что?! Не понимаю.
– Все просто, – Суслов пожал плечами, – Лада откуда-то узнала, что у тебя подписан контракт с крупным издательством.
– Это я случайно сказала, – пробормотала Инна.
– Ну вот! Она быстро выяснила, кто заключил с тобой договор, и пообщалась с главным редактором. Он оказался ее давним приятелем – вместе учились.
– И что?
– И все, решила вопрос! – Мишка нахмурился. – Тебя тут же сбросили со счетов. Никому не известный автор, сомнительная прибыль. В общем, для издательства никаких потерь.