Дочки-матери
Шрифт:
“Жил бы себе в деревне у матери, — как всегда, подумала Наташа. — Ему так близко все это, деревенское. Хоть какая-то польза от него была бы…”
Не успел Рожнов управиться с последними метрами снега, оставшимися до основной дороги, к дому подкатила темно-вишневая иномарка. Теперь Наташу удержало у окна любопытство. Из иномарки неторопливо выбрались двое мужчин. Оба в черных пальто и белых шарфах.
— Юль! — позвала Наташа. — Кажется, к тебе гости. Крутые.
Юля, с полотенцем в руках, подошла к подруге
Мужчины подошли к Рожнову, что-то спросили у него, тот что-то ответил, продолжая расчищать снег. Ожидая, когда он закончит, мужчины топтались рядом с машиной.
— Это не Солодовников? — предположила Наташа. — Ну, тот самый, что приставал к тебе?
— Нет… — Юля с возрастающей тревогой вглядывалась в фигуры за окном. — Этих я не знаю. По крайней мере мне так кажется.
Наконец Рожнов покончил со снегом и повел гостей в дом. Мужчины показались Наташе совсем молодыми и нарочито серьезными. Они старались не ударить лицом в грязь.
— С Новым годом, — поздравил тот, что был повыше ростом и в очках. — Нам нужно видеть Юлию Скачкову.
— Я Юлия Скачкова.
Юля сняла фартук и сунула его в руки Наташе.
— Дети, отправляйтесь-ка снеговика лепить, — скомандовала Наташа и сделала Лерке знак глазами, чтобы увела детей.
Люди, видать, серьезные прибыли. Тот, что поменьше ростом, темненький, достал из кармана визитную карточку.
“Коммерческий банк “Стиль”. Попов Игорь Викторович”, — прочитала Юля и уставилась на непрошеных гостей.
— У вас, наверное, благотворительная акция, — догадалась она. — Вы к Андрею? Так его нет сейчас…
— Мы к вам, Юлия Сергеевна, — мягко поправил темненький. Тот, что в очках, согласно кивнул.
— Что ж мы стоим? — всплеснула руками Наташа. — Проходите, присаживайтесь. Я сейчас чай поставлю.
— Не стоит беспокоиться, — остановил ее высокий. — У нас деловой разговор, так что не суетитесь.
Гости сели на стулья, а Юля с Наташей рядышком, на диване.
— Юлия Сергеевна, — после небольшой паузы начал темненький. — Ваш покойный муж, Никита Аркадьевич Скачков, держал в нашем банке акции, оформленные на ваше имя. А сам имел на них доверенность.
Наташа с Юлей переглянулись и снова уставились на гостей.
— После трагической гибели вашего мужа не поступало никаких распоряжений относительно вашего пакета акций. Но на будущий год руководство банка намечает ряд преобразований. Мы с трудом отыскали вас в этой… в этом месте.
— Я ничего не знала, — растерянно пробормотала Юля и оглянулась на Наташу.
— И что же, теперь эти акции можно продать? — встряла Наташа.
Темненький кротко улыбнулся и показал глазами на своего спутника.
— Вот Николай Петрович, юрист нашего банка. Он вам, Юлия Сергеевна, все растолкует. Ваше решение, каково бы оно
Наташа потихоньку вышла на кухню и прикрыла за собой дверь. Беседа длилась довольно долго. До Наташи доносились только обрывки слов. Тишину в доме подчеркивал равномерный стук топорика во дворе — Рожнов колол дрова. Дети в огороде лепили снеговика. Лерка больше других успела вываляться в снегу. На бледных обычно щеках даже выступил румянец.
“Какой она, в сущности еще ребенок… — с нежностью подумала Наташа. — И она влюблена в этого солдата, глупышка. Совершенно не умеет скрывать свои чувства”.
Наташа с надеждой взглянула в небо, откуда сыпался редкий снежок. “Господи! Сделай так, чтобы дочь не повторила моих ошибок, ну что тебе стоит? Неужели недостаточно того, что я всю жизнь мучаюсь и не могу быть рядом с тем, кого люблю? Пусть хотя бы Лерка будет целиком и безоговорочно счастлива, пусть человек, которого она выберет, будет достоин ее любви, пусть не предаст, не сделает подлости”.
Наконец мужчины в черном вышли из комнаты. Наташа проводила их на крыльцо и вернулась в дом.
Юля задумчиво перебирала оставленные ей гостями бумаги. На столе стояли две большие подарочные коробки со сладостями и бутылка мартини.
— Ну что, Юль? Тебя можно поздравить? Ты у нас теперь богатая дама?
— Кажется, да. — Юля посмотрела на подругу взглядом без эмоций.
— Ну, рассказывай же! Ты теперь уедешь? Будешь работать в банке? Или откроешь свою фирму?
— Подожди, Наташ. Мне надо подумать. Заслышав шаги в сенях, Юля собрала бумаги и убежала с ними в спальню.
— Кто это был? — Лерка влетела в комнату с блестящими от любопытства глазами.
Глава 20
— Значит, все-таки уезжаешь?
Лерка исподлобья наблюдала за сборами Юли.
Та вынимала из шкафа и раскладывала на диване и креслах свои костюмы. Лерка никогда не видела Юлю в этой одежде — белый пиджак, узкая юбка, строгое стильное платье в полоску, серый с отливом костюм. Таких вещей на рынке не бывает.
— Как ты думаешь, в этом не броско для офиса? Юля приложила к себе что-то красное и повернулась к Лерке.
— Как же ты будешь там работать без специального образования?
Ревность, разбухшая в Лерке до неимоверных размеров, готова была взорваться изнутри, смести все преграды на своем пути и уничтожить все вокруг. Юлю — в первую очередь.
— Научусь.
Во взгляде Юли появилось что-то упрямое. Такой Лерка ее не знала. Да и вообще, знала ли она ее когда-нибудь? Возможно, Юля холодная, коварная, бездушная кукла! Она предает Андрея! Меняет его любовь на деньги!
— А как же Сашка? — не унималась Лера, все меньше владея эмоциями. — Ты его бросишь?