Дочь викария
Шрифт:
На какое-то мгновение Мегги ощутила черную зависть. Это несправедливо, что успех придет к Дженни так рано, ведь Мегги столько трудилась, все свободное время посвящала тренировкам!
— Беги, Мисс Криттенден! — кричала она во все горло, — Затопчи Джубили, оторви ей ухо! Беги!
Толпа, до этого момента не знавшая, что делать, стала подбадривать кошек. Каждый зритель выкликал кличку своего любимца.
Шум стоял невероятный. Это было и хорошо, и плохо. С одной стороны, шум побуждал Джубили и Мисс Криттенден бежать быстрее, поскольку Мегги объяснила Дженни необходимость
Две кошки, трехлетние пестрые сестрички, проворные и быстрые, неожиданно остановились как вкопанные, сели на задние лапы, уставились на разгоряченных людей, подпрыгивавших и издававших идиотские крики, и принялись лизать друг друга, несмотря на то что уши стояли торчком, выдавая некоторое волнение.
Мегги поняла, что таким способом они справляются с неизвестно откуда возникшей и пугающей их суматохой.
Буч, худой, вечно голодный черно-белый мышелов из питомника Уичерли, неожиданно взвился в воздух: шерсть дыбом, лапы в разные стороны, да и прыгнул он достаточно высоко, если учесть, что длинношерстные коты обычно не слишком ловки.
Но кончилось это плохо. Буч мешком свалился на землю, очевидно, одурев от волнения.
Неожиданно буквально ниоткуда появился Брут, собака Томаса, ворвался на трек и ринулся вслед за Мисс Криттенден и Джубилй. Дженни и Мегги, стоявшие на финишной черте, застыли от ужаса, когда Брут догнал Мисс Криттенден, сцапал за хвост и отшвырнул с дорожки на добрых шесть футов.
Никто и не подумал упомянуть о недопустимости появления собак вблизи от бегового трека.
Томас закричал на пса, но тот не желал отказываться от новой забавы. Томас покачал головой, взглянул на возмущенную жену, вздохнул и помчался за Брутом.
Джубилй, кошка серьезная и целеустремленная, заметила собачью тень, поняла, что дело худо, подобралась и скакнула вбок, со страху приземлившись на макушку малыша Лайама Макбейла. Мать Лайама поспешно преградила путь Бруту и стукнула его по голове. Джубилй отцепилась от Лайама, спрыгнула и побежала к треку, но остановилась, не зная, что делать. К счастью, до нее донесся голос Дженни:
— Ко мне, Джубили, ко мне, детка, ты можешь сделать это, беги, малышка!
Что же до Мисс Криттенден, она уже успела вернуться на трек и, яростно работая хвостом, рвалась к Мегги, которую считала своей единственной спасительницей от этих вопящих чужаков и громко лаявшего пса, и не подумавшего оставить ее в покое. Как ни противно было Мегги это признавать, но, похоже, она только что познакомилась с новой методикой тренировки. Собака, преследующая кошку… в этом что-то есть. По крайней мере добавочный стимул налицо: Мисс Криттенден никогда в жизни не бегала так быстро.
Брут громко пыхтел, вывалив язык и мотая головой: очевидно, так и не оправился от удара, предательски нанесенного матерью Лайама. Томас никак не мог его поймать.
Мисс Криттенден пролетела последние четыре фута, взмыла в воздух и приземлилась прямо на руки Мегги, едва
Брут лизал лицо Мегги, прерываясь только на то, чтобы полаять еще немного, поскольку никак не мог добраться до Мисс Криттенден.
Мэдлин снова сложила руки рупором и во весь голос объявила:
— Победительница-Мисс Криттенден!
Томасу наконец удалось оттащить крайне возбужденного Брута от Мегги, отодрать Мисс Криттенден от юбки, в которую та вцепилась, и помочь подняться смеющейся жене, чье лицо блестело от собачьих «поцелуев».
Мегги оглядела громко радовавшихся друзей и соседей. Многие кричали и хлопали в ладоши, некоторые хохотали до слез.
Она обняла мужа и прижала к себе, улыбаясь так широко, что, казалось, лицо вот-вот треснет.
— Наши первые кошачьи бега. И на этот раз определился победитель. Ну не чудесно ли, Томас? Наша Мисс Криттенден пришла первой, на самом деле пришла первой. Побила Джубили, и позволь сказать, что меня крайне тревожила эта кошка.
И тут Томас, не выдержав, подкинул жену, схватил за талию и закружил. Мегги от неожиданности взвыла громче любой кошки. Мисс Криттенден снова принялась карабкаться вверх по ее юбке.
— Никакое препятствие не может быть достаточно великим, — заметил Томас, опуская на землю жену вместе с Мисс Криттенден, — для настоящего бегового кота.
— Победитель на дистанции четверть мили награждается призом, которому вскоре предстоит стать легендарным, — выкрикнула Мэдлин. — Великолепный набор ошейников, сделанный собственноручно не кем иным, как второй вдовствующей графиней Ланкастер!
Снова одобрительные вопли, перемежаемые свистом.
Либби поклонилась и величественно поплыла к тому месту, где стояла Мегги. Она уже успела прийти в себя и держала на руках немного успокоившуюся Мисс Криттенден. Рядом переминалась Дженни, сжимавшая крайне расстроенную Джубили, которая то и дело награждала Мисс Криттенден плевками и яростным шипением. Что же, вещь вполне естественная, как заверяла Мегги. Правда, сама она при этом совершенно по-дурацки улыбалась.
Уильям гладил Дженни по голове, пытаясь утешить, и Мегги сразу вспомнила, как он, жмурясь от удовольствия, поглаживал набухающий живот жены.
— Легко тебе говорить, раз ты победила, — обиженно бурчала Дженни. — Эта чертова собака напугала Джубили так, что она чуть из шкуры не выскочила!
Брут снова уселся, размеренно стуча хвостом о землю и взбивая столбики пыли.
Томас на всякий случай продолжал его держать, одновременно разглядывая кошачий ошейник, который Мегги застегнула на шее Мисс Криттенден. Ошейник был украшен небольшими изумрудами, зелеными, как холмы Ирландии после летнего дождя.
Сегодня на юго-западном побережье Ирландии выпал чудесный день, первый день первых в истории Пендрагона кошачьих бегов. Но не последний.
И к счастью, в этих скачках определился победитель.