Дочь севера. Горячее сердце
Шрифт:
– Господин Гастиль диль ван хейзен Примонд, уберите свои поганые деньги, – травница смотрит на меня. Дрожит, смахивает слёзы, но все равно смотрит прямо, с вызовом, – и больше никогда ко мне не приближайтесь.
– Что даже в конкурсе бегать не будешь? – девчонка уже уходит. Вот только, наверняка, чтобы продумать новый план.
– Я хочу убежать только от вас, – даже не поворачиваясь ответила рыжая.
И действительно побежала. А я просто смотрел. Прямо как в день нашей встречи. Только тогда это разжигало интерес, а сейчас сжигало
Закрыл глаза. Так, ничего не случилось. Во всяком случае ничего нового. Все это ты уже проходил. Разве забыл свой первый жизненный урок? Ты наследник высшего сословия аристократии, людям всегда будет от тебя что-то нужно. Просто в этот раз ты не узнал, что именно с самого начала. Впрочем как и тогда, когда усвоил эту неприятную истину.
Сколько же мне было лет? Шесть? Может семь? Родители никогда не занимались моим воспитанием. Это не соответствует нашему положению. Для детей в нашем круге нанимаются учителя, ищутся няни. Конечно, ведь у матери с отцом есть заботы поважнее. Кто будет плести интриги в имперском дворце, держать лицо нашего рода и заботится о безопасности короля? Не тратить же драгоценное время на отпрыска. Пусть он и просит об этом каждый краткий миг встречи.
Зато у меня была няня. Роллет Горх. Слегка полная, невысокая, совершенно обычная женщина, с самым добрым сердцем в мире. Так мне казалось. Она воспитывала меня с малолетства. Всегда была на моей стороне, старалась прикрыть детские шалости. А если уж я попадался и сидел наказанный, то тихонько приносила мне вкусняшки, книги, деревянных солдатиков, чтобы подбодрить. Она была такой мягкой, надежной. Маленькому ребенку казалось, что сами Боги, послали ему такую няню, чтобы извинится за черствость и безразличие родителей.
С годами я привязывался к няне все сильнее. Не было больше ни одного человека, что поддерживал бы меня и безоговорочно прощал. Я же в ответ любил эту женщину сильнее матери. Так сильно, насколько способно маленькое сердце мальчишки. Которое было убито горем, когда мне сообщили о ее смерти.
Казалось солнце поблекло и краски потухли. Настолько серым стал мир в один миг. Я лишился доброты, тепла и ласки. Потерял единственного человека, который ничего от меня не требовал, которому ничего не было от меня нужно.
Поэтому когда прошло полгода и я прогуливался по главной площади, в очередной раз сбежав с опостылевших уроков, сначала не поверил собственным глазам. Роллет Горх. Она шла с какой то госпожой под руку, чинно прогуливаясь и ведя светскую беседу. Моя няня… моя почившая няня…
Я метнулся за ней. Но то ли Боги решили продлить эту злую шутку, то ли для малолетнего пацана это было слишком сильное потрясение. В любом случае, двигался я на ватных ногах, не в силах окрикнуть любимую няню. Зато прекрасно слыша ее диалог с подругой.
– Не говори! Думала никогда не вырвусь из этой клетки! – причитал голос, что так часто рассказывал мне легенды и успокаивал перед сном.
– А как же мальчик? Ты говорила,
– Не все ли равно! – фыркнула няня – Он мне никто. Очередной мелкий аристократ. Вечно несчастный и недовольный. Видите ли ему одиноко. Знал бы он настоящие проблемы, не стал ныть как девчонка. Платили хорошо, я хорошо работала. А в новой семье предложили больше, вот я и ушла.
– Ты бессердечна, подруга, – рассмеялись ей в ответ.
– Нет, бессердечны они. Демоновы аристократы, а я просто беру от них все что могу, – пожала плечами та, что заменяла мне мать.
– Ну денег ты с них взяла достаточно, – похихикала вторая.
И они продолжили свою прогулку перемывая мне кости. А я замер посередине площади, как будто меня оглушили. В моей маленькой голове просто не укладывалось такое огромное предательство.
Единственный человек. Одна в целом мире. И та оказалась переживала за меня, пока ей хорошо платили. Это погрузило меня в такую печаль, на которую только способно детское сердечко.
Зато закалило и подготовило к дальнейшей жизни. Где всем и правда всегда что-то нужно от наследника высшего сословия аристократического рода. Деньги, связи, возможности. Причины всегда разные. Как и методы достижения. Чего только не было за эти годы. И попыток подружиться, и вымышленная любовь, и наигранная страсть. Все это с каждым разом меньше трогало мое сердце. Потому что оно все больше черствело.
Я стал предвзят, скуп на чувства и пренебрежителен к окружающим. Сложно доверять людям, которые продолжают плевать в твою душу. Самое обидное, что меня это и не волновало. Ведь казалось совершенно нормальным, особенно для круга молодых аристократов, где все были такими же. Надменными, циничными, с потерянной верой в настоящие чувства. А потом меня распределили на демонов Север.
– Гвардеец Примонд, с вами все хорошо?
С трудом открыл глаза и увидел торговку с рынка, с двумя детьми. Мы с ней уже встречались сегодня. Кажется Салли.
– Благодарю, просто задумался, – окинул взглядом площадь, но травницы нигде не было. Ушла, это к лучшему.
– А где Лиа, убежала на конкурс по скорости? – женщина пристально меня изучала. И судя по ее скрещенным рукам, увиденное ей не нравилось.
– Кажется. Простите, завтра мне рано выдвигаться и нужно уже отдыхать. Поэтому мы разошлись, – я встал, собираясь уходить.
– Это вы зря, – причмокнула торговка, – наша Лиа обычно расходиться раз и навсегда.
– Вы это о чем? – раздраженно бросил в ответ.
– Узнаешь, гвардеец. Ещё узнаешь, – помотала женщина головой, а потом добавила, указав на бочонок, используемый в качестве стола, – не забывай вещи, коль собрался уходить отдыхать.
Я бросил взгляд на мешок с деньгами. Хотелось стереть его в порошок.
– Салли, знаете, а передайте, пожалуйста, его Лиа, – голос предательски дрогнул на имени, что ластится как зверёнок, – она забыла.