Дочь Сета
Шрифт:
Из одной арки донеслось шипение. Выползшая из нее черная змейка приветствовала Джамиля легким кивком треугольной головы. Джамиль попятился к противоположной стороне колодца, но за спиной уже шипела другая змея, побольше. С этого момента шипение стало беспрерывным и заглушило невнятные голоса мужчин в красных плащах – наблюдающие медленно раскачивались, издавая звуки, несвойственные человеческому горлу. Змеи выползали из арок сначала по одной, затем парами, тройками и десятками… Первой до застывшего на дне колодца Джамиля добралась маленькая змейка. Доверчиво глядя на человека бусинками черных глаз, она обвилась вокруг его щиколотки и укусила. Колодец закружился. Джамиль смотрел вверх, потому что внизу зрение с успехом заменялось осязанием. Последнее, что увидел он, перед тем как рухнуть
Праздник Шубуа-Мавлуд начался…
2
Что может быть прекраснее вечернего неба над Египтом и воздуха, напоенного тяжелым, почти осязаемым ароматом олеандров и смоковниц? Здесь и только здесь можно на время забыть о проблемах и сосредоточиться на бесхитростных радостях. Оргор так и поступил. Вступив в труппу бродячего цирка, он отдыхал душой и телом. Вечерние выступления не отнимали много времени, но приносили твердый доход. За несколько месяцев, проведенных в Египте, Оргор увидел столько диковинок, сколько не встречал за всю предыдущую жизнь. Страна, подарившая миру одну из самых древних и гениальных цивилизаций, продолжала оставаться загадкой. Она была в буквальном смысле напичкана неразгаданными тайнами.
Об этом думал Оргор, наблюдая за выступлениями своих друзей и коллег.
Под неистовый хохот зрителей варан по кличке Луксор взобрался на голову своего дрессировщика, улыбчивого Калгора, и обвел публику таким задумчивым и глубокомысленным взглядом, что Оргор, видевший эту забавную сцену не один десяток раз, тоже не сдержал смеха. Молодой человек дожидался своей очереди в первом ряду зрителей, обращая на себя внимание могучей статью, белой кожей и собранными в хвост светлыми волосами. Меднокожие жители Эль-Хоша, пришедшие на представление, тоже не были карликами, но тягаться с молодым атлетом в росте и телосложении не могли.
Калгор поклонился и скрылся с ящером за расшитым ирисами и фламинго занавесом, а его место занял глава бродячего цирка Птолемей Лагу по кличке Одной Левой. Он уже закончил свой номер, показав двум здоровякам-зрителям, что такое настоящий армрестлинг – как всегда, заложив правую руку за спину.
– Почтенная публика недаром потратила свои деньги! – объявил Птолемей, зорко следя за одним из членов труппы, который сновал по рядам со шляпой в руках. – Она станет еще щедрее, когда увидит выступление непобедимого Оргора, силача, разрывающего стальные оковы! На ваших глазах этот великан завяжет в узел железный прут, а затем померяется силами с любым из вас!
Последний пункт своей проникновенной речи Птолемей произнес с подчеркнутым вызовом, будучи уверен в том, что никто из зрителей не решится на поединок с молодым Великаном.
С того момента как Оргор примкнул к бродячим циркачам, доказывать свое право зваться непобедимым ему пришлось всего лишь один раз. Это случилось во время гастролей в Эль-Файюме. Тогда на представлении присутствовало гораздо больше зрителей, и среди них нашелся смельчак, которому бугристые мышцы Оргора не внушили должного почтения. Выплюнув недокуренную сигару, на импровизированную арену вразвалочку вышел Детина с бычьей шеей, огромными кулаками и затуманенными гашишем глазами. Поединок оказался предельно коротким. Давно прошли времена, когда Оргор бросался на противника, полагаясь только на отмеренную Создателем силу, юношеское упрямство и страстное желание побеждать. Еще в годы своих странствий по Мексике он начал изучать различные виды единоборств и, выбрав из них наиболее эффективные приемы нападения и защиты, создал свой стиль борьбы.
Бычья Шея пошел в атаку, не зная этих подробностей биографии циркача. В итоге вместо запланированного удара головой в живот наткнулся скулой на кулак Оргора, а затем грохнулся на землю, сваленный ловкой подножкой.
Восторженный вой публики не смог заглушить вопля разочарования, вырвавшегося из горла Бычьей Шеи. Оргор позволил основательно вывалянному в пыли противнику встать лишь затем, чтобы в молниеносном прыжке ударить любителя гашиша пяткой в солнечное сплетение.
Горе-поединщика пришлось выносить с арены на руках. Передвигаться самостоятельно он
Сейчас молодому силачу предстояло повторить этот подвиг. Красный от гордости и вида наполняющейся деньгами шляпы, Птолемей подал Оргору прут. Публика притихла, наблюдая за неторопливыми движениями атлета. Оргор сбросил рубашку, повел плечами – зрители тихонько ахнули, – вышел в центр круга, выставил прут перед собой и, выдержав паузу, резким движением согнул сталь так, словно та была пластилином. Еще несколько секунд – и прут, превратившийся в ровный обруч, упал на песок.
Под гул толпы Птолемей начал готовить Оргора ко второму трюку. Смущенно улыбающийся силач был с ног до груди обвит цепью. Ее толстые звенья тускло поблескивали в свете факелов. Натянув цепь, Птолемей сунул в два крайних звена дужку замка и защелкнул его. Мускулы Оргора вздулись. Цепь врезалась в кожу и как будто не собиралась поддаваться. Казалось, что из этого поединка победителем выйдет бездушный металл. Однако, к восторгу самых зорких из зрителей, одно из звеньев стало удлиняться, делаясь все тоньше. После того как Оргор со свистом втянул в себя воздух и расправил грудь, звено разорвалось. Цепь с мелодичным звоном упала к ногам атлета.
– Никакого обмана! – распинался Птолемей, кланяясь так неистово, словно сам разорвал цепь. – Посмотрите сами: звено не разогнулось, а именно порвалось! Всего за три американских доллара вы можете оставить этот сувенир себе на память.
Через минуту обрывок цепи был продан какой-то экзальтированной дамочке. Птолемей объявил об окончании представления и похлопал Оргора по плечу.
– Эй, так и будешь стоять?
Молодой человек не отвечал. Он высматривал в толпе девушку, которую увидел за несколько секунд до того, как разделался с цепью. Взгляд зеленых глаз незнакомки был не просто заинтересованным – пронзительным. Оргору показалось, что у кого-то он уже встречал подобную манеру смотреть на людей, но, как ни напрягал память, не мог вспомнить, у кого именно. На девушке был плащ странного красного цвета. Его глубокий капюшон почти скрывал лицо, но Оргор не сомневался в том, что незнакомка очень красива. Ему достаточно было увидеть лишь ее глаза, а пылкое воображение дорисовало остальное. Не обращая внимания на окрик Птолемея, молодой человек бросился вон, на ходу набрасывая сорочку. Красный плащ незнакомки мелькнул впереди и исчез за поворотом узкой улочки. Оргор перешел с шага на бег, но, добравшись до поворота, увидел, что улица пуста. Прекрасное видение испарилось, но молодой человек не потерял присутствия духа. Он пробыл в Египте достаточно долго, для того чтобы знать об одной поразительной особенности улиц маленьких городков. Искать в них какую-нибудь систему было так же бессмысленно, как пытаться пересчитать песчинки в пустыне. Полагаться можно только на везение, которое, возможно, укажет нужное направление. Оргор так и поступил. Решение оказалось удачным: красный плащ мелькнул под стрельчатой нишей, ведущей в один из двориков. Оргор нагнал девушку и преградил ей путь.
– Простите, я всего лишь хотел…
Незнакомка шарахнулась в сторону и бросилась бежать, но Оргор в два прыжка настиг ее и схватил за руку.
– Да постойте же!
– Пустите, мне больно!
Девушка вырвала руку, гордо вскинула голову. Капюшон упал ей на плечи.
– Простите, – недоуменно пролепетал Оргор. – Я, кажется, обознался…
– Меня это радует. Не хотела бы иметь среди своих знакомых такого грубияна.
Хорошенькое смуглое личико юной египтянки побледнело от гнева, а огромные черные глаза горели так, будто девушка собиралась прожечь ими Оргора насквозь.
– Еще раз приношу свои извинения. Плащ девушки, которую я собирался нагнать, так похож на ваш. – Молодой человек развел руки. – Может быть, вы встречали… У нее очень красивые зеленые глаза…
– Боюсь, не смогу вам помочь. – Исполненным изящества движением незнакомка вернула капюшон на место. – В Эль-Хоше я совсем недавно.
– Очень жаль. – Оргор внимательно смотрел на золотой браслет, украшавший руку девушки. – Совсем стемнело. Позвольте мне загладить свою вину и проводить вас до дома.