Дочь рода
Шрифт:
Я бросилась вперёд, отправив зов жизни и определившись с направлением. Тоннель был длинным, он извивался кривыми линиями и уже не манил сигнальными огнями. Свет сначала мигал, а потом погас. Все технические средства перестали работать. Если это не глушилка, то я аватар Всевидящего.
Теперь я была точно уверена, что это ловушка. Но не для меня. Для всех Войтовых.
Ни для кого не было секретом, что в каждом роду есть шпионы. Есть предатели и те, кто сомневается. Но загнать нас как дичь в потенциальное место спонтанного разлома — это уже слишком.
Я бежала так быстро как
Через несколько десятков метров я почувствовала впереди жизнь. Свои? Чужие? Не важно. Ускорившись, я снова отправила зов жизни. Для него не нужна магия, на него не действуют глушилки. Ведь это не совсем дар, а всего лишь одно из проявлений заботы прародителей о своих потомках.
Отклик маяка сообщил о четверых выживших, двое из которых одной крови со мной. Отец и брат. Кто другие — я не думала, не до этого было. Если они попали в засаду и отбивались от тварей, у них не так много времени.
Отец был в порядке, это я чувствовала, а вот брат… Николай был едва жив. Его источник пульсировал в агонии, будто решался прекратить мучения и сдаться. Если погаснет источник, Николай станет обычным смертным. Не сразу, а в течение нескольких месяцев. И тогда род лишится первого наследника, которого с детства готовили стать Главой.
— Папа! — крикнула я, выбежав из очередного поворота. Живые родственники светились ярче, они совсем близко. — Папа, это я!
Тварь позади меня двигалась с той же скоростью. Я иногда слышала, как когти скребут камень, но тварь не нападала.
— Пап!
Я наткнулась на каменную стену, выросшую посреди тоннеля. Наверняка отец поставил щит. От кого он защищался: от тварей или… от людей?
— Яра?! Наконец-то ты здесь!
Папин голос прозвучал глухо. Каменная стена чуть дрогнула и появился проход.
— Быстро сюда!
Я нырнула в образовавшийся проём, и за моей спиной снова выросла каменная преграда. Выходит, магия у него есть. Я зажгла магический светляк и убедилась, что магия здесь работает.
— Мне передали твой приказ. Вертолёт доставил и сразу улетел. Потом глушилка, — быстро отчиталась я. — Вижу, что ты и без моей помощи справился с поисками Николая. Как он, кстати?
— Плохо, — отец посмотрел на Николая и сжал кулаки. — Нас предали, Яра.
— Кто эти двое? — спросила я, наклонившись к лежащим без сознания парням.
— Семён Аристов и Алексей Наумов, друзья Николая.
— Ты знал, что здесь могут быть разломные твари? — спросила я, понимая, что для отца нет разницы между призванными тварями и теми, что выходят из разломов.
— Нет… по моим данным здесь должна была оказаться жила ронанта, — слегка замявшись ответил он.
Я выдохнула сквозь зубы. Ронант — самый дорогой металл. Его используют для создания артефактов и особых мечей. Именно благодаря ронанту появились бронированные машины и доспехи, в которых можно выйти против сотни врагов в одиночку.
Конечно, отец не смог бы пройти мимо такой жилы. Не самый богатый граф из провинциального Тугольска, в котором кроме бесконечных болот и заснеженных гор не было ничего,
Но он солгал мне. Про тварей. Он точно знал, что в недрах горы когда-то открывались разломы, иначе не отправил бы Николая на поиски фульгурита. И он не мог не знать о тварях. Они всегда остаются рядом с разломами, даже если те давно закрыты.
Осмотрев брата и его друзей, я поняла, как мало времени у нас осталось. Если не вытащить их в течение часа, они погибнут. От меня толку мало — я не особо сильна, чтобы помочь донести троих раненых. Да и не целитель я… флакон с энергетиком у меня всегда с собой, но от ран это не поможет.
Отец молчал, а я открыла поясную сумочку и вынула флакон. Порошок из корня бениты ускорит заживление, но тогда мне придётся объяснять отцу, почему я решила добавить в энергетик эту травку, которая в наших краях не растёт. Книги из домашней библиотеки?
Припомнила всё, что касалось лечебных трав и зелий. Нет, там только рассказано о действии собственно лечебного зелья на основе стеблей, и ни слова о корнях. Ладно, сначала помощь, потом уже последствия, если они возникнут.
Я сыпанула во флакон с энергетиком щедрую порцию порошка, чуть подумав, добавила ещё.
— Помоги поднять им головы, — попросила я отца. — По очереди.
Он не стал спорить, видимо, и сам понимал, что мы в ловушке. Помощи ждать неоткуда, а так хотя бы есть шанс потянуть время.
Я разомкнула губы брата и влила в него энергетический коктейль. Потом повторила процедуру с друзьями Николая. Отец молчал. Хмурил брови и сжимал кулаки, но не стал говорить о том, что энергетик не вылечит ребят, а только немного поможет источнику.
— Яра… я хотел…
Отец не договорил, прикрыл глаза на несколько минут и о чём-то задумался.
— Скажи, папа, что для тебя семья? — не выдержав тишины, спросила я. — Только продолжение рода?
— Я женюсь, — выдал он вдруг. — Помолвка с баронессой Людмилой Свиридовой уже одобрена в канцелярии императора.
— Свиридова? Бездетная вдова из побочной ветви? Зачем?
— Ей отошли железные рудники покойного мужа и несколько медных шахт.
Я прикрыла рот, не задав следующий вопрос. Странно, что он вообще решил завести со мной этот разговор. Со мной — дочерью, которая примерно на том же уровне, что породистые лошади в его конюшнях. Красивые, вышколенные и абсолютно бесполезные. Таких лошадей выставляют напоказ, показывают их стать и породу — их ценность только в том, что они стали венцом селективной науки.
— Посмотри на раны, Яра. Ты знаешь, кто оставляет такие следы?
Я знала. Поняла это сразу, как только увидела рваные края порезов на одном из друзей брата. Семён или Алексей? Я до сих пор не знала, кто из них кто. Такие раны оставляют разломные твари, порождения скверны. А ещё их оставляют призванные менталистами увры, которых без должного опыта не отличить от разломных.
Любую рану можно срастить, можно вырастить оторванную руку или ногу, даже шрамы убираются при желании и наличии денег на хорошего целителя. Но следы от когтей тварей останутся на лице этого молодого мужчины навсегда. Их не прикрыть и не извести лечебными притирками.