Дочь прокурора
Шрифт:
Эта мысль тормошила моих окрыленных бабочек. Я раньше и не подозревала о том, что они жили в моём животе и только и ждали момента, чтобы проснуться. Проснулись… И теперь сводят меня с ума своими игрищами, то и дело щекоча низ живота всякий раз, стоит мне подумать об Амире.
Я снова объяснила котёнку для чего нужна была эта коробка в ванной комнате, надеясь, что он хотя бы немного меня понимает, а потом вместе с ним отправилась на террасу.
Здесь было великолепно! Погода сегодня стояла солнечная, теплый ветер играл с моими волосами и хотелось просто насладиться этим моментом. Было бы еще лучше, если бы Амир
Наверное, кто-то скажет, что это глупо. Я не знаю этого человека, как можно влюбиться в мужчину, которого видела всего несколько раз в жизни? Можно! Можно влюбиться и с первого раза, если это ТВОЙ мужчина. Если всё в нём заставляет внутренности дрожать, а сердце не в состоянии успокоиться, когда он рядом.
Усевшись на удобное кресло, я уложила кота к себе на колени и достала телефон. Наверное, по-детски, но мне захотелось, чтобы Амир знал, что я здесь. Направив на нас с моим «детёнышем» камеру, я сделала селфи и отправила ему.
«Мы с Лаки жалеем, что тебя нет рядом» - напечатала вдогонку.
Амир прочитал сообщение спустя несколько секунд и пока печатал ответ, я не могла оторваться от экрана. Ожидание ускорило бег крови по венам. Я прикусила губу, представляя как он там, где бы он не был, думает сейчас обо мне…
«Мне нравится, что ты у меня дома» - пришло первое сообщение, и я улыбнулась.
«Лаки?» - прилетело второе.
«Лаки. Он приносит удачу. Если бы не он, мы бы с тобой не встретились в тот день, и неизвестно сколько мне бы пришлось ждать твоего звонка»
«Недолго. Но мне нравится. Ему идёт»
Я заулыбалась еще шире.
«Ты далеко?»
«В Турции»
Оу. Ничего себе. Перед глазами красноречиво встала картинка солнечного пляжа, моря и множества красивых девушек в бикини… В апреле, конечно, это вряд ли, но просто красивых девушек никто не отменял. Пусть даже они будут и одеты в большее количество одежды, чем купальники.
Грудь неприятно сдавило и захотелось оказаться там вместе с Амиром. Быть рядом, чтобы все видели, что этот мужчина занят. Я слишком хорошо представляю себе, как он действует на женщин, поэтому сейчас сама того не замечая, сдавила телефон с такой силой, что он жалобно затрещал.
«Мы с другом открываем бар в столице, расширяю горизонты»
В столице? Картинку с пляжем и морем тут же смыло, ведь в Анкаре нет моря. А значит нет девушек в бикини…
«Это здорово. Никогда не была в Турции»
«В следующий раз могу взять тебя с собой»
Сердце радостно встрепенулось. Боже, наверное, если бы у меня получилось, я бы с ума сошла от счастья! Но меня никто не отпустит. Мы если и ездим отдыхать, то только семьей. Ни одной поездки с друзьями у меня не было, даже на экскурсии с классом папа меня не отпускал. Я потом чувствовала себя белой вороной, когда ребята приезжали, хвастались фотографиями с поездок, а мне приходилось слушать их истории, то, как они ночью сбегали из гостиницы и отправлялись гулять по городу. Я жутко завидовала им. Хотелось хотя бы раз узнать как это – принадлежать только себе.
Один раз у меня получилось съездить на ночёвку с одногруппниками уже в университете. Папа уехал в другой город, а мама меня отпустила. Было классно, очень весело и тогда я впервые после возвращения
Вздохнув, я перечитала сообщение еще раз, не зная что ответить, чтобы не обидеть его и не выглядеть маленькой девочкой.
«Посмотрим. У меня учёба»
На это сообщение Амир не ответил.
Я пробыла у него почти до самого вечера. Несколько раз вовремя относила Лаки к туалету, а потом поехала домой. В воскресенье снова вернулась сюда. Меня тянуло в квартиру Амира. Всё здесь было его, и мне хотелось проводить здесь больше времени. Чувствовать себя частью его жизни. Словно то, что принадлежало ему, теперь чуточку стало и моим.
Прикинув, что вернется он скорее всего голодным, я приготовила мясо в духовке и стушила овощи. А на десерт испекла простой яблочный пирог. Не знаю ест ли он такое, судя по его подтянутой фигуре к сладкому он не прикасается, но мне хотелось, чтобы когда он приехал, ему не пришлось заказывать еду из ресторана.
Найдя в его кабинете небольшой квадратный листочек для записей, я написала «В холодильнике ужин. Надеюсь, тебе понравится. Приятного аппетита», а в углу нарисовала крошечное сердце, и прикрепила записку магнитом к двери холодильника.
Домой я вернулась около шести часов. Как оказалось, очень вовремя, потому что спустя двадцать минут нагрянул и папа. Бледный, с красными глазами, он вошел в дом и бросил на входе удочку и снасти для рыбалки.
– Боже, Петя, что с тобой?
Мама бросилась к нему, и я тоже не осталась сидеть на диване. Выглядел он, надо признать, паршиво.
– Пап?
– Не знаю. Глеб говорит, что я коньяк паленый купил, а я уверен, что это ротавирус, - недовольно буркнул папа, пошатываясь проходя в гостиную, и падая на диван, - На коньяк по таким ценам, что берёт он, у меня денег нет, но и паленку я не покупаю. Ира, ты же знаешь!
– Ну, конечно, знаю, - засуетилась мама, приложив руку к его лбу, - у тебя температура, Петь. Тошнит?
– Мутит. Пару раз стошнило, пока ехал. Таксист сопляк возмущаться начал, но я быстро его на место поставил. Нашел кому права качать! Да я его засажу, щенка этого! На пять лет минимум! Будет у меня в ногах ползать, прощения просить!
– Так всё, успокойся! Никого засаживать не надо. Уже раз засадил, до сих пор расхлебываем, - буркнула мама, пытаясь поднять его с дивана.
– Это ты сейчас на что намекаешь?
В секунду рассвирепев, папа потянул её на себя.
– Ира, еще одно слово, - ткнул маме в грудь, но она отмахнулась от него, как от назойливой мухи.
– Всё, не важно! Вставай давай, Петя, я тебе не подъемник! Сама не осилю! Сейчас я тебе сорбент дам и давай-ка ты в постель.
– Смотри мне! – смягчился отец, поднимаясь самостоятельно и повисая на плече мамы, - Вы как тут? Не скучали?
– Мы нормально, - ответила я, сочувственно смотря на него. Когда папа пил, он мог начать говорить какую-то ерунду. Вспоминать кого посадил и за какие грехи. Хвалиться, что в его руках власть и он может управлять каждым, кем только захочет. Потом, когда он трезвел, он снова становился нормальным, без этих замашек «Бога». Я уже привыкла, жалела его. Отравиться алкоголем, наверное, очень неприятно. А когда ты пьян и тебя еще и рвёт, это просто комбо. Бедный мой! – Ты давай поправляйся скорее, пап! Хочешь, чаю сделаю?