Дочь Мидисы

Шефер Кристина

Дворец оказался абсолютно белым зданием с большими куполообразной крышей и огромными светлыми арочными проходами. Он утопал в зелени, на территории было несколько водоемов. Стены были приличной высоты и впечатляющей толщины. Огромный. Это первое слово, что приходило на ум даже на фоне дворца в Мидисе. Повсюду было так много пространства и света. Это было так необычно. У нас старались строить с экономией места так или иначе. Тут же можно было заблудиться в трёх комнатах. Внутри он разделялся на гостевое крыло, рабочее, женское и мужское.

Нас разместили

в гостевом крыле в больших покоях, состоящих из общей гостиной и двух спален. Нашу охрану разместили в двух ближайших гостиных, магов напротив.

Внутри дворца оказался парк, закрытые и открытые купальни.

Нигде в городе мы не видели столько воды и растительности. Дворец считай стоял на воде, должно быть ее подвели с реки системой труб и каналов. Даже из окон можно было увидеть реку.

Далее мы провели во дворце 3 дня восстанавливая силы после путешествия и приводя себя в порядок. Затем начались бесконечные дни обсуждения договора разбавляемые балами и званными ужинами раз пру дней.

Званые вечера отличались от принятых у нас. Это были вечера, где собирались узким или широким кругом местная аристократия. Некоторые приводили своих жен, наложниц, любимых рабынь или могли воспользоваться радушностью хозяина и пообщаться с местными дамами. Курили кальян, пили сладкое слабое вино с орехами и фруктами. Интересно, что Талия поставляла вино по всему миру и славилась именно крепкими сладкими видами, а местные пили очень слабые на градус напитки.

Султан и его визири никак не хотели вносить те или иные условия, или же сами выдвигали что-то, на что я согласиться никак не мог.

Пока что из важного мы смогли согласовать только возвращение военнопленных на родину с обеих сторон, поставки дамидиуса с нашей стороны и золота со стороны талийцев. У них очень богатые месторождения. У нас они находятся в труднодоступных местах и скуднее. И ещё несколько менее важных вопросов.

В итоге все затягивалось дольше. Уже прошло почти полтора месяца, а результата не было. Мы вынуждены были посещать все мероприятия с целью понять местные настроения и способы повлиять на султана, чтобы он принял ряд особенно важных условий. А после этого нужно ещё уточнить ряд деталей о военном договоре направленным против Кадонии.

Помощь Евы была действительна внушительна. Она не могла подавать голоса в присутствии других мужчин по законам Талии, но она давала мне понять знаками, когда была та или иная “опасность”. Например, если стоило указать прописать детали уточняющее тот или иной пункт детальнее — она клала ладонь к себе на колени, если пункт был нам действительно опасен и его нужно убрать — поправляла прядь волос, когда не понимала в чем подвох — трогала свой нос. С большинством пунктов я мог справиться и сам, но о ряде вещей я бы и не догадался.

Основная проблема была в том, что султан был уже весьма не молод и не хотел мыслить гибче, согласовывать ряд поставок и был не согласен с военной стратегией во втором договоре. На этот момент ему было уже около семидесяти и видно, что он привык

действовать с позиции грубой, прямой силы. С Кадонией не подходил такой метод. Тут чаще требовалась хитрость, т. к. кадонийцы всегда были весьма предприимчивы в военном и охранном деле. Любили наводить иллюзии, создавать видимость чего-то. Я бы не сильно удивился даже если бы они перенесли столицу в другую часть страны, а мир бы и не узнал об этом. Пройти большой флотилией в лоб было бы недальновидно и это, мягко выражаясь.

В один из таких дней на званом вечере к нам с Евой подошёл один из сыновей султана Шанран и сел на соседнюю подушку.

Все сыновья были сильно похожи на султана. Все высокие, черноволосые, с большими прямыми носами, некоторые обладали магическими силами, поддерживали себя в хорошей форме. Султан последним пунктом уже похвастаться не мог, но в его возрасте это и понятно. Он большей частью находился во дворце со своими женами и советниками. Большинство сыновей, которых я видел, унаследовали цвет глаз султана. Они были практически черные. Даже зрачка не было видно. Но этот другой. Дочерей я по понятной причине не видел. Гарем закрыт для других мужчин, кроме султана и его сыновей. Ширану сейчас что-то около 35 лет, шестой в очереди на престол, и обладает удивительными почти золотыми глазами. Как я понял, он унаследовал редкую силу от матери-рабыни в прошлом — повелевать песками.

Талийцы, в отличие от нас не могли напрямую соединяться со своей силой. Они использовали специальные металлические, медные, даминисовые или золотые артефакты. Материал зависел от необходимой мощности заклинания. Часто смешивали даминис с необходимым материалом как более лёгкий проводник и накопитель магии. Плюс он изначально магический, так что вещь служила намного дольше.

— Доброй ночи вам, Динорий, и вашей жене.

— Доброй ночи, принц Ширан. — интересно с чем он пришел ко мне?

И вот после получаса болтания ни о чем он, наконец, перешёл к сути своего визита:

— Я так понимаю, у вас сложились некоторые сложности с договорами с моим отцом. — спросил он поместив на стол маленького золотого жучка с крыльями из какого-то голубого камня. Нажал на крыло. Окружающие звуки исчезли. Поставил глушилку значит.

— Да, мы немного застопорились в некоторых вопросах.

— Я могу помочь вам протолкнуть большинство пунктов, с которыми так же согласен сам, но мне нужна от вас услуга.

— Что же вы хотите?

— Правильно ли я понял, что ваша супруга обладает даром предвидения?

— С чего вы взяли?

На это Ширан широко улыбнулся, подымил кальяном и покачал пальцем, как часто делают маленьким детям. Спустя пару минут заговорил — у меня есть свои источники. Я точно знаю, что она обладает даром предвидения или предчувствия. И так?

Да… И их шпионы хорошо работают. Интересно это здесь они выяснили или ещё у нас?

— Она не может предвидеть. Только предчувствовать, на определенный промежуток времени, не больше. Кто ещё в курсе ее силы?