Дочь Мидисы
Шрифт:
Внешне он смог понять только то, что одета она была богато, волосы светлые. Она была сильно ранена, истекала кровью. У нее был вспорот бок и задето лёгкое. Она хрипела. Там уже ничего особо было не сделать, да и он не лекарь. Женщина билась в лихорадке и рожала. Вор, точнее в тот момент контрабандист, даже не сразу это понял. Ну мечется еле живая женщина в горячке. Хотел стянуть с нее золотишко, да она открыла глаза и как в него вцепилась. В итоге он помог ей родить. Первый ребенок, девочка, оказалась достаточно крепкой и плакала не прекращая, а вот второй ребенок, мальчик уже был мертв.
После
Он сидел и ждал первые несколько часов, но потом испугался, что могут подумать, что он сам добил женщину, чтобы забрать детей или ещё что. Рабство — крайне доходный бизнес. Да и все украшения он с нее уже снял. В итоге наш контрабандист вернул на нее часть украшений, что потоньше, да подешевле и скрылся, забрав с собой ребенка.
Девочку он планировал вырастить пока ей не исполнится достаточно, чтобы видно было породу. Отдать на воспитание за небольшие деньги, налепить ошейник, чтобы не сперли. Уж простите. Лет в одиннадцать бы продал за хорошие деньги. Так думал. Тогда и срубить можно побольше. Но спустя год его прижали свои же и ему пришлось быстро спешно бежать в Кадонию. Ребенка он продал в ближайшем городе и оттуда же и рванул в новую жизнь.
Такая вот история.
Мы сперва ему не сильно поверили, но все были в курсе вашей трагедии. По вашему возвращению было много шума об этом. Так что запросили по своим каналам изображение вашей жены, добавили к ним еще 5 наших соотечественниц. Но он четко указал на вашу супругу. Сказал, что никогда бы не смог забыть ее лицо. Настолько она была решительна в последние минуты жизни.
— Вы хотите сказать, что у меня есть дочь? — еле выдавил из себя лорд Дин, не веря сам себе.
— Да. Если, конечно, она выжила в Талии. Вы же знаете местные порядки.
Дин хотел выпить, поднял бокал, но рука так дрожала, что все виски оказалось на столе. Он встал, прошел по комнате, уперся головой в книжный шкаф и не смог сдержать себя и расплакался. Он не верил, что такое возможно. Его маленькая дочка, доченька и одна. Там совсем одна.
Дину потребовалось время, чтобы собрать себя и как-то привести мысли в относительный порядок.
— Простите. Я сейчас. — он вышел в соседнюю комнату через панель в стене и умыл лицо.
Дин вернулся через несколько минут уже несколько собрав себя и приняв более-менее подобающий вид.
— Спасибо, что проявили бдительность и все выяснили. Это дорого стоит. Поверьте. Мало того, лично приехали сообщить мне новость. Я этого никогда не забуду. Я у вас в долгу.
— Не стоит. Это моя работа. Мы очень надеемся, что вы ее найдете. И с ней все хорошо. — парень немного помялся и встал, отдал честь — Я пойду. — пробормотал, поклонился и вышел.
Дин не мог поверить в свое счастье, что частичка Евы все ещё может быть жива. Их с Евой дочка, его маленькая девочка.
Ему срочно надо писать во дворец. Просить его величество помочь. Сам он не сможет её найти. Алекс уехал и будет в поездке ещё с пол года, а может и год. Да и не сказать, что он лучший кандидат. А тут нужен именно, что специалист. Он не может рисковать.
Колин Шеррин. Талия. Рошир
Спустя 5 месяцев.
Базар. Кого тут только нет. От зажиточных жителей до бедноты и, конечно, карманников. Повсюду шум, снующие туда-сюда люди. Кто-то несется куда-то, зазывалы ходят и предлагают свои товары. По бокам стоят палатки с разнообразным товаром. Все пёстро, ярко. В глазах рябит. Сверху натянуты полотна разноцветных палантинов, создающие тень. Тут есть все: от еды, специй и одежды до стройматериалов, оружия, музыкальных инструментов, зверей, магических животных и, конечно, рабов. Что и было их целью. Не то, чтобы Колин сильно рассчитывал найти искомую рабыню в подобном месте, но все может быть. Никогда не знаешь наверняка, так что все варианты стоит проверить. И так каждый раз. Частных зажиточных рабовладельцев он уже обошел в этом городе.
Рядом с ним шел его верный помощник — Ким. Оба были одеты как местные аристократы средней руки: шаровары, лёгкие ботинки, рубахи, широкий пояс с болтающимся концом наружу, сверху верхние халаты, арафатки и, конечно, оружие. Пара его любимых восточных сабель, и ряд метательных ножей, спрятанных под халатом. Северные кинжалы и мечи он тоже любил, но в маскарад они не вписывались.
Кожу Колину покрасили, чтобы выглядеть ближе к местным. Он пусть и прилично загорел, но от местных все же отличался и сильно. Волосы пришлось покрасить, ибо с париком в такой жаре он бы точно сварился. Чуть увеличили нос в ширину за счёт накладок, его слишком тонок, да и форму лица подправили. В этом всем гриме было жарковато, но что делать. Могло быть и хуже. Помнится, пару лет назад ему вообще в горах пришлось на морозе стоять в дозоре, изображая пустые доспехи. Чуть последнее не отморозил. Вот это да.
Ким и так обладатель темно каштановой шевелюры. Да и степняки здесь едва ли не треть обслуги и рабов. Так что его брату по оружию повезло больше.
— Колин, рабы с той стороны. — указал Ким, махнув куда-то вправо.
Это был уже третий крупный город, в котором они вели поиски в этом направлении. Начали со столицы, с домов богатых вельмож, потом победнее, затем разводчиков, потом рынки официальные, затем черные… Потом пошли по городам, начиная с наиболее крупных, потом что шли по направлению к западу. Теперь двигаются от столицы на восток. Как он не любил неопределенность и тупые поиски без единой зацепки. Пытка. Жара. Ничего, сейчас пройдутся и в гостиницу, в прохладу.
На удивление, мужчины смогли просмотреть даже рабынь, что должны были быть выставлены для султана и его сыновей на следующих торгах. Но ничего. Девушек много. Светловолосых мало, но достаточно, чтобы дело лёгким не было. Лорд Динорий и Евангелика Райвиты — оба обладатели светлых волос, да и среди ближайшей родни никого темноволосого не было. Так что девушка должна быть блондинкой и, что немаловажно, со светлыми глазами. Это точно. Темноглазой ей быть просто не в кого.
Каких они только не видели. От женщин во всех видах уже в глазах рябит. Колину они уже снятся и не в том самом смысле, что было бы приятно. Вообще ни разу. Но пока ничего.