Дочь Гробовщика
Шрифт:
Джиневра была на голову ниже меня, с большой грудью, широкими бедрами и тонкой талией, одним словом — красотка.
— Ты всегда такой молчаливый? — хлопая пушистыми ресницами, спросила ведьмочка, выпятив грудь вперед.
Я молча пожала плечами.
— Не пойму, что в тебе нашли другие девчонки? У тебя такое постное лицо, будто весь окружающий мир серый и скучный.
Мое молчание стало ответом на ее слова. «Надо же, мной интересуются девушки. Чем же таким в облике заучки Диаваля я их заинтересовала?».
— Ладно, не хочешь — не говори,
— Итак, напоминаю, что на первом курсе мы проходили нежить. Тогда вас пожалели, и ни о какой практике речи не шло. В конце второго курса — отправили на кладбище. Там вы встретились с приведениями, восставшими из могил трупами и прочими приятными созданиями. Но тогда вас оберегали защитные амулеты, и вы только знакомились с темными жителями нашего прекрасного мира. С теорией вы знакомы, поэтому приступаем к практике. Я выпущу нежить наружу, и вы должны справиться с ней, как можно быстрее. Защищайте друг друга и действуйте сообща, — напутствовал нас тренер.
Рядом с поляной открылась черная воронка, из нее хлынул поток разных существ: зомби, мелкие бесы, воющие призраки и духи. И все это нападало, рвало и метало.
Некоторые студенты кричали, прячась за спинами более сильных и собранных напарников, и те в одиночку справлялись с нежитью.
Сзади на Джиневру набросился черный бес с копытцами, запустив когти в ее пышную косу, он стал тянуть ее в разные стороны, рвать волосы — девушка закричала от боли и паники, пытаясь стащить с себя этот ужас.
Мне досталась парочка духов, попытавшихся проникнуть в мое тело, завладев разумом, но кое-что не позволило им этого сделать. Кожу на груди обожгло жаром, по венам пробежали электрические разряды.
Отведя ногу назад и выставив левую руку вперед, я приняла боевую позицию некромага, которой отец научил меня. Указательным пальцем я нарисовала в воздухе, вспыхнувшую серебром, руну подчинения — духов оплели синие нити, заковав в две прозрачные сферы, как джинов в бутылки.
Джиневра так и не избавилась от беса, хотя нежить и была пакостливой, но являлась самой простой.
Я сняла ремень с серебряной пряжкой и, схватив беса за длинный, с кисточкой, хвост, как следует отходила его ремнем по заду. Бес скакал на месте, пытался брыкаться, чтобы задеть меня копытцами, голосил дурным голосом, прежде чем я связала его серебряной цепью, упавшей с пояса Пендрагон.
— Фух… бес проклятый! — взвизгнула ведьмочка.
Вокруг себя и горе-напарницы, я воздвигла защитный купол. Остальные одногруппники худо-бедно справлялись со своими напастями.
Джиневра сидела на земле, размазывая слезы по грязным щекам, бес был на привязи, как собака на поводке.
— Так! Закончили! — недовольно гаркнул оборотень, призывая студентов к порядку и собственноручно избавляясь от тех существ, с которыми другие не справились.
Вокруг нас просвистел порыв ветра, и оставшуюся на свободе нечисть смело обратно в воронку, и та закрылась, как
На поляне остались два заключенных в сферы духа, бес на привязи, несколько лужиц из серой эктоплазмы, растекшейся под ногами девушки и двух парней.
В руках Матиаса был шар изо льда, с полыхающим внутри пламенем — это оказался дух огня, Жиж. Собираясь в кучу, эти мелкие огоньки сжигали леса, поля и деревни.
Юро и его напарница вампирша заточили в анти-магическую клетку существо, меняющее одну внешность на другую — суккуба. У оборотня на щеках сверкали следы от губной помады, морща лицо, он поспешно их вытирал.
Рианнон с искусанными руками опиралась на плечо Корвина, под глазом вампира расплылся фингал. На серебряной цепи, как комнатную собачку, он держал чупакабру. Странное животное, похожее на большую ящерицу с острыми шипами по всему хребту и пупырчатой, как у жабы, кожей. Из клыкастой пасти торчал кусок ткани, оторванный от вампирского плаща.
— Начнем с разбора ошибок. Вот вы двое, — Вариус ткнул на парня и девушку с лужами. — Вы должны были не разбегаться кто куда, а мгновенно занять защитную стойку — спина к спине. Тогда у обоих напарников открывается обзор вражеской местности, один готовится к атаке, не отвлекаясь на постороннее, а второй надежно прикрывает тыл. Вы должны действовать сообща, защищая ментальную связь от воздействия. Это же касается и тебя, Диаваль. Вместо того, чтобы все делать сообща, ты перетянул на себя одеяло, — отчитал меня Вариус. — Но, хвалю, что не поддался панике, как некоторые глупцы и дурехи! Использование рун — удобное оружие. Ты же, Джиневра, вместо крика и паники, должна была просто взяться за ремень с серебряной бляшкой или цепь. Что за детский сад?! Все оружие при вас! — тренер еще сорок минут всех отчитывал, а потом избавил от нежити и отослал раненых в лекарское крыло.
***
В комнату я вернулась раздраженной. Бросив сумку с книгами на пол, толкнула ногой кресло и оно с грохотом повалилось.
— Какого дьявола мне нужно с кем-то стоять в паре и подставлять себя под удар?! Работа инквизитора — это не дружеские посиделки! — бушевала я. — Это боевикам нужны напарники, а я и одна справлюсь.
При работе с братьями и отцом все происходило иначе, Маллеус и Малефикарум всегда действовали синхронно, предугадывая мысли друг друга, они были как одно целое. Таких напарников среди инквизиторов очень мало.
Лисенок неторопливо выбрался из-под кровати и зафыркал, требуя еды, о чем я и попросила. Самой же кусок в горло не лез.
— Окажись мы один на один с опасностью, монстры не будут ждать, чтобы кто-то успокоился от истерики, они нападут и разорвут в клочья! Мне что ли каждый раз нужно ждать напарника?! — стук в дверь прервал мое негодование, и я с раздражением ее распахнула. Передо мной топталась Джиневра. Растрепанные волосы, грязь на щеках, глаза на мокром месте.