Добыча хранителя Севера

Бакулина Екатерина

Нужно быть осторожнее.

Знать бы, какой эффект эти булавки должны произвести, и я могла бы подыграть. А так, придется вслепую.

* * *

Утром меня отправили на занятия верховой ездой. Завтра мы едем на охоту, и отказаться нельзя. К тому же, приглашена не только я, но и Хлоя, у остальных, надо полагать, шансов немного. Вдвоем? Хотя лошади приготовлены три. Посмотрим…

Что ж, порадовалась, что Гиллеврей позаботился заранее, я успела немного покататься, и хоть самые основы

понять. Рысью я, может быть, проехать пока не смогу, но хоть научилась залезать в седло. Потому что Хлоя совсем не умела. Она пыталась ухватиться и так и эдак, подпрыгнуть, удержаться, когда лошадь делала шаг от ее толчка. А ведь я так же неуклюже и беспомощно выглядела в первый день.

Отдельно порадовалась, что успела заказать широкие брюки – в них в седле куда удобнее, чем в юбке. Мне выдали сапоги для верховой езды, с небольшим каблуком, чтобы нога надежней держалась в стреме. Отличные сапоги, я даже подумала, что надо завести такие для прогулок, они куда лучше легких туфелек, которые полагаются приличной леди. А если жить не здесь и не по дворцовым дорожкам прогуливаться, так сапоги просто необходимая вещь!

Но о том, чтобы жить не здесь, я думать пока не буду…

Я даже тонкую ниточку связи по утрам старалась трогать совсем легонько. Чтобы Харелт понимал - у меня все хорошо, но я не думаю о нем. Совсем не думаю, пусть не волнуется. Так будет лучше для нас. Потому что мысли передаются тоже… вернее не мысли - общий фон. Иногда мне кажется – я чувствую, как он думает обо мне.

Хватит…

Я влезла в седло, не слишком грациозно, но вполне ловко, и поехала по кругу.

А потом вдруг появилась Мэран.

Тоже одетая для верховое езды, в сопровождении принца. Я не поверила даже. Так вот, для кого третья лошадь. Но главное - не просто вместе, а… как бы сказать… Мэран многозначительно улыбалась ему, все норовя дотронуться – то до руки, то до плеча, давая этим жестом понять всем вокруг, что у нее есть полное право его высочество трогать. Ей можно. Потому что между ними что-то есть.

Такая розовенькая, словно едва проснулась, слегка растрепанная.

И принц так же многозначительно улыбался ей в ответ, словно говоря – «да-да, это именно то, что вы подумали». Они спали вместе. Или, может, не спали, но у них точно что-то было.

Почему бы и нет, наверно…

Но так напоказ! Интересно, это представление для меня? Неужели я заслуживаю такого? В смысле, неужели, чтобы произвести впечатление на меня, Эйдан готов делать подобное? Я пыталась отказать, а он… Впрочем, судя по довольному виду, он не слишком страдал. Не дают в одном месте, так возьмет в другом, и никаких проблем, и если я буду брыкаться, он легко найдет другую невесту. Любая девушка будет счастлива, это я, как дура, не знаю, чего хочу.

Мне стоит начинать беспокоиться?

И все же, слишком напоказ.

И так же напоказ, демонстративно, Эйдан не смотрел в мою сторону, словно меня не было.

Зато у Мэран выдержи меньше, и она время от времени бросала взгляды, полные презрения и превосходства, словно уже утерла мне нос.

Так

может быть, булавки – это Мэран? Месть за мой успех. Она завидовала? Наверняка завидовала, и я ее отлично понимаю, потому что если этот приз достанется не ей, то неизвестно, что с ней потом будет.

А если достанется ей, то неизвестно, что будет со мной.

Эйдан что-то тихо ей сказал, она засмеялась, да так заливисто и громко, словно ее щекочут, и она не может остановиться.

Эйдан слегка поморщился от такого смеха, но приобнял, легко подсадил Мэран под попу, и она взлетела в седло. Он погладил ее ногу, поправляя стремя. И Мэран раскраснелась еще больше. Ох ты же, черт! Наклонилась, что-то шепнула ему, принц улыбнулся.

А я поймала мимолетную усмешку Хлои в мой адрес. Совсем мимолетную, мне кажется, Хлое было все равно, она немного в стороне от этой игры.

Такое странное чувство… я не могу понять – ревную я Эйдана, переживаю, что променял меня на эту вот… Или радуюсь? Черт! Как все сложно.

Мы едем по кругу…

Круг, потом еще…

И я вдруг ловлю себя на том, что начинает кружиться голова. Не сильно, но слабость накатывает, чуть темнеет в глазах. Совсем немного, так медленно и незаметно, что я с трудом могу осознать…

Может быть, остановиться и слезть?

Руки слабеют и ноги тоже, держаться прямо становится все сложнее, и как-то даже тошнота подкатывает… это уж совсем не хорошо. Я не пойму…

И Мэран смотрит на меня так… победно. А Эйдан идет рядом с ней, но он, как раз, совсем не смотрит на меня.

Остановиться?

Я лишь немного отъехала в сторону, когда поняла, что окончательно темнеет в глазах, и я сползаю, все, уже не могу… Последнее, что вдруг пришло в голову – ноги нужно из стремян срочно вытащить, потому что если нога застрянет, а я упаду, то лошадь потащит меня…

А потом темнота.

Очнулась от того, что с меня стаскивали сапоги. Что-то пятку укололо, я дернулась.

Открыла глаза.

– Что случилось?

– Тебе пиявки в сапоги подложили, - буркнул Эйдан, стягивая с меня второй сапог и отбрасывая в сторону. – Жива?

– Пиявки?

Я снова дернулась, теперь уже от отвращения, всякие скользкие червяки нагоняли на меня жуть.

– Не живые, не дергайся, - фыркнул Эйдан. – Под стельку сапога запихнули, я уж не буду доставать, смотреть что там. Небольшой предмет, заряженный магией, обычно колечко, монетка, булавка… Они тянут из тебя жизненные силы, заставляя стареть на глазах.

У меня разом похолодело внутри. Села, подобралась, принялась рассматривать руки, трогать лицо. На ощупь ничего существенного, но кожа на руках действительно слегка натянулась, истончилась… прядь волос упала на лицо, и в ней хорошо заметна седина.

Я чуть не заорала от страха, сдержалась с большим трудом.

Это ведь не насовсем? Так не может быть?

– Не пугайся так, - Эйдан вздохнул, глядя на мою панику. – У таких, как ты, все должно восстановиться само. Твой внутренний порядок справится с этим. Иди, отдыхай.