Добрые друзья
Шрифт:
Как знать, что именно — беседа ли с буфетчицей, фотографии в гостиной, неожиданная потеря интереса к соборам, ливерпульским и любым другим, или все это вместе заставило мисс Трант предложить Эффи свои услуги? В жизни она примет еще немало решений, но все они — такой пустяк в сравнении с этим, столь важным и поистине судьбоносным, что остальные недавние события кажутся лишь увертюрой к нему. Решение далось ей без труда; как обычно бывает, ничто не предвещало, что в руки мисс Трант попадет тот самый рычаг, которым переворачивают миры. Эффи вернулась к разговору о мистере Типстеде, чье солнце еще согревало ее последними закатными лучами;
— Если хотите, я могу все отвезти, — совершенно спокойно сказала она. — Мне в любом случае по пути, потому что никакого пути, признаться, у меня нет. Я хотела съездить в Ливерпуль, посмотреть на собор, но отчего бы мне не съездить в Роусли и не встретиться с вашей сестрой?
Эффи, конечно, согласилась. Было решено, что утром мисс Трант заедет к ней домой, возьмет корзину и ту сумму денег, какую Дядяртуру удастся наскрести в столь короткий срок. Найти Элси, подчеркнула Эффи, не составит труда: от жителей крошечных городков вроде Роусли ничто не укрывается. Она принялась описывать сестру и чуть не выложила всю ее биографию, пока мисс Трант, сославшись на тяжелый день, не выразила желание подняться к себе. Эффи тут же умолкла, потащила ее наверх и собственными руками уложила в кровать. Когда мисс Трант наконец осталась одна, ее в самом деле сморила усталость.
День выдался такой длинный, насыщенный событиями и чужими жизнями, всей этой типстериадой, что теперь он будто придавил мисс Трант к постели. Вынести его тяжесть без темноты и тишины было совершенно невозможно, поэтому мисс Трант выпроводила Эффи за порог (ее слезливое настроение сулило продолжительные объятия), с облегчением встретила прохладную пустоту гостиничной спальни, безликой, словно упаковочный ящик, и окончательно простилась с уходящим днем. Коротко говоря, мисс Трант ничуть не пожалела о переменах в своих планах и спала очень хорошо.
Вот как случилось, что на следующий день она оказалась в нескольких милях от Роусли. Сзади, поверх ее сумок, стояла корзина с театральным реквизитом, собственность Элси Лонгстаф, а в сумочке лежало письмо от Эффи и конверт, в который Дядяртур положил грязную банкноту в один фунт и столь же грязные десять шиллингов — все, что успел наскрести. Она намекнула, что могла бы и сама одолжить Элси немного денег, но Дядяртур отказался. Мисс Трант ни разу не пришло в голову, что ей, незнакомке, доверили столь важную миссию, а Дядяртур с Эффи ни разу о том не обмолвились; все это, согласитесь, делает честь ее новым знакомым.
Дождь, загнавший мистера Окройда под деревья, вынудил мисс Трант поднять крышу автомобильчика. С первыми лучами солнца она остановилась убрать ее, но дальше не поехала: машина не заводилась. Мисс Трант крутила ручку, пока не выбилась из сил, и давила на стартер, пока тот вообще не перестал подавать признаков жизни, а в перерывах с надеждой заливала карбюратор. Бесполезно: двигатель не заводился, не кашлял и даже не чихал. Мисс Трант с тоской поглядела на таинственные трубки, провода и цилиндры. «Глупость какая! — сказала она себе. — Все выглядит абсолютно так же, как всегда, но почему-то не заводится!»
Когда он подошел ближе, мисс Трант заметила у него в руках сумку с инструментами и — подумать только! — старинный плетеный чемоданчик вроде корзины. Потом стало видно, что у этого крепкого работяги средних лет приятное широкое лицо и ярко-синие глаза. Коричневая кепка, нахлобученная на затылок, явно была ему маловата. При виде этой кепки и чемоданчика мисс Трант захотелось расхохотаться, но она просто улыбнулась и спросила, не разбирается ли он, случаем в автомобилях.
Мистер Окройд не снял кепку и даже не приподнял, а еще больше заломил на затылок — таким образом он выразил почтение леди, не умалив при этом собственного достоинства.
— Как сказать… И да и нет, — ответил он на вопрос об автомобилях и улыбнулся в ответ. Его лицо добродушно сморщилось в ярких лучах солнца.
— Надеюсь, ваше «да» относится к этой машине, потому что она не заводится. Вы не взглянете на двигатель? Наверняка вам удастся что-нибудь сделать. — Мисс Трант питала большое уважение ко всем людям, носившим с собой инструменты, и очень бы удивилась, если б узнала, что не все столяры разбираются в двигателях внутреннего сгорания.
— Я чего хотел сказать… — упорно продолжал он свою мысль. — Сам я сроду за руль не садился и по работе с машинами дела не имел. Но там, где я работал, было много грузовиков, и я часто видал, как наши малые их починяют, так что успел кой-чему обучиться. Вы меня поняли, миссис… э-э… мисс?
Его осторожность, северный выговор и диковинные предметы гардероба привели мисс Трант в полный восторг.
— Поняла. Уверена, вы разберетесь, в чем тут дело.
— Мож, разберусь, а мож, и нет. С машинами никогда не знашь, как будет. Но я гляну, ежели просите. Рассказывайте, чего вы делали.
Выслушав ее историю про ручку и стартер с вниманием и серьезностью человека, готового взяться за работу, мистер Окройд изрек:
— Тут или в свечах дело, или в магнето. Коли свечи грязные, машина не поедет. Давайте глянем.
Он весело принялся за дело: сперва достал ящик с инструментами, затем выкрутил одну свечу и вторую.
— Да вродь ничего, свечки-то. Ну лан, почистим их малость, раз уж вытащили.
Пока он малость чистил свечи, небо потемнело вновь. В тучах на западе что-то зарокотало, и в следующую минуту хлынул не просто дождь, а самый настоящий ливень. Мистер Окройд спешно закрыл капот и помог мисс Трант поднять крышу.
— Залезайте сюда! — крикнула она, садясь в машину. Помедлив для приличия, он прыгнул в салон, и они стали вместе смотреть на дождь через лобовое стекло — на редкость странная парочка.
— Э, да я ж корзинку там оставил! — воскликнул мистер Окройд и занес ее в машину. — У меня тута все вещи — коли промокнут, сушить потом долго придется.
Последние слова он от волнения произнес с таким сильным акцентом, что мисс Трант едва их разобрала.
— Вы, верно, из Шеффилда? — спросила она, немного помолчав. — Я там вчера останавливалась.