Доброе утро, Вегас
Шрифт:
С рычанием (да-да, я знаю) я углубил наш поцелуй, делая его еще интенсивнее. Еще чуть ближе, и я бы точно оказался внутри нее. Я не знаю, когда это произошло, но ее вздохи, изгибы и ее вкус стали нужны мне больше, чем воздух.
Она застонала, и я мгновенно влюбился в этот звук.
Рукой она водила вдоль моей спины. Я так увлекся, что не заметил этого, пока ее ногти не вонзились в мою кожу. Эта короткая резкая боль сработала как вылитый в костер бензин, и со стоном я прижался к ней, вжимаясь самой грандиозной
Должно быть, я сделал все верно, потому что она снова застонала и ответила на мое движение.
Желания окружало нас, как туман, и я наконец смог прервать поцелуй, чтобы проследить губами линию ее подбородка и уделить особое внимание местечку за ушком. Она прошептала что-то неразборчивое, и ее тихий стон прозвучал музыкой для моей души.
Я был счастлив оттого, что не только у меня не хватало слов.
Уверен, ее ногти оставили царапины, но мне было все равно, я хотел быть помеченным.
Я уже был отмечен, изнутри.
Чувствуя потребность прикоснуться к каждому миллиметру ее кожи, я проложил дорожку поцелуев вниз по ее шее, шепча ее имя как молитву. Вибрация ее стонов проходила сквозь мои губы прямо в член. Он пульсировал и становился все тверже, хотя не знаю, насколько это было вообще возможно.
Инстинкты требовали сорвать всю одежду до последнего клочка и погрузиться в нее, но я оттолкнул их прочь и запер за дверью. Мне не хотелось никуда торопиться. Каждый крошечный звук из ее губ был сокровищем, и я захотел собрать их все.
— Боже, Так, — выдохнула она, когда я достиг изгиба между ее шеей и плечом и чуть царапнул зубами нежную кожу. Пальцами она вцепилась мне в волосы, и я расценил это как подсказку, повторив движение. Она вздрагивала в моих объятиях, и опять голос в моей голове кричал, что она уже должна быть обнаженной, с задранными до ушей коленями.
Я знал, что если не остановлюсь сейчас, то не остановлюсь совсем, пока не позволю этому голосу победить. Но я был не готов. Пока не готов.
Мы уже были на грани, но все еще могли отступить. Если мой член окажется внутри нее (и Господь знает, что я хотел этого каждой клеточкой своего существа), пути назад больше не будет. Все изменится.
Так что вместо того, чтобы двигаться ниже, чего, вероятно, ждала от меня Джен, я вернулся назад, дразня ее губы легкими укусами и прикосновениями, пока ее руки, все еще сжимающие мои волосы, практически не припечатали мое лицо к ее.
Похоже, что мы двигались по улице с двусторонним движением.
Ее язык вторгся в мой рот, и в этот раз она проглотила мой стон. Каждый раз, когда я пытался отступить, она напирала, угрожая утянуть нас туда, где властвовало желание.
Так продолжаться не могло. Я наконец-то усмирил свою похоть, практически заковав эту сучку в кандалы.
Проявив максимум силы воли, я смог оторваться от пьянящих изгибов
Она раскраснелась, и ее губы были темно-красными от всей тонны внимания, которое получили. Ее веки дрогнули, она приоткрыла глаза и удивленно посмотрела на меня сквозь пелену желания.
— Так?
Я пытался сдержать учащенное дыхание, но решил просто забить на него. Она знала, что я хочу ее, зачем пытаться это скрыть?
— Мы должны остановиться, милая. Прежде чем мы сделаем что-то, что не сможем изменить.
Со вздохом она отстранилась, но кивнула мне, чуть дрожа.
— Слишком много пива, — пошутила она. Слова прозвучали глухо, и я знал, что она, как и я, пытается сбросить напряжение.
Я согласился, хотя мы оба знали, что это была полнейшая ложь. Она была пьяна, но не от пива.
И мне предстояло прожить еще четыре дня с ней под одной крышей. Бог действительно ненавидел меня.
Глава 12
*Удар грома*
Мы сели на противоположных концах дивана, оба опасаясь, что малейший контакт сработает как спусковой крючок.
Black Bone Child в колонках играли что-то медленное, и хотя я намеренно уставился в стену позади телевизора, краем глаза я видел, как Джен отстукивает ритм ногой.
— Хорошая песня, — попытался я разрушить неловкое молчание.
— Ты нарочно выбрал эту радиостанцию? — ее голос был резким и грубым, и в очередной раз я не понимал, что она имеет в виду.
— Не уверен, что ты под этим подразумеваешь, но я выбрал ее, потому что это одна из моих любимых.
— Совсем не потому, что кто-то сказал тебе, что на втором месте после AC/DC у меня блюз-рок, — это было утверждение, а не вопрос.
— Почему кто-то должен был мне об этом говорить? Если на то пошло, то скажи, с кем мне пообщаться, чтобы разузнать хоть что-то о тебе ? — Я бросил изучать текстуру обоев на стене в гостиной и повернулся, чтобы посмотреть на Джен в первый раз с тех пор, как мое тело прижимало ее к дивану. — Что именно ты хочешь сказать, Джен?
Она посмотрела вниз на свои дрожащие пальцы.
— Я не знаю. Это просто показалось слишком… — она посмотрела мне в глаза, — идеальным совпадением.
Я вздохнул и сделал все возможное, чтобы подавить вспышку гнева, которую Джен, в общем-то, не заслужила.
— Я немного на взводе, и мои яйца сейчас синее, чем когда-либо в жизни, и может, это слишком прямолинейно, но позволь я расшифрую для тебя. Ты думаешь, я все подстроил и только поэтому смог остановиться?
Она пожала плечами и сказала: