До тьмы
Шрифт:
– Я... все спят.
Даже когда слова срываются с моего языка, я знаю, что это жалкое оправдание. Он мой жених и проделал долгий путь. Приличия требуют, чтобы я пригласила его внутрь. Но все же что-то внутри меня не позволяет мне этого сделать.
На самом деле я удивлена, что мама с папой не спустились к двери. По пути сюда я слышала их голоса. Они всегда спят не крепко.
Он молчит, а затем кивает.
– Ясно.
Опускает взгляд на цветы в своих руках.
– Это тебе.
Он помещает
Уинстон наклоняется, чтобы поцеловать меня в губы. Как обычно, будто нажали на переключатель, в моем животе начинают порхать бабочки. Мое тело всегда откликается на него.
– Спасибо.
Я смотрю ему за спину на длинный лимузин. Почему для Мисти Коув он выбрал лимузин, бога ради? Позади машины, шторы по ту сторону дороги уже колышутся, а за ними горит мягкий желтый свет. Завтра о нас будет судачить весь город. Я чертовски уверена, что в местной газете опубликуют фотографию лимузина на первой полосе. У Гари из отдела журналов выдастся еще один удачный день или неделя.
– У меня складывается ощущение, что ты приехал сюда не только за этим. Проделал такой путь.
Он берет меня за свободную руку.
– Раз уж ты отказываешься впускать меня...
– Я не отказывалась, Уинстон... Я же сказала тебе...
– Я знаю, что ты мне сказала. Раз уж так, давай поговорим в лимузине.
Если бы он не подарил мне цветы, я бы подумала, что он приехал, чтобы порвать со мной, потому что его глаза источают холод. Я видела такое напряжение на его лице всего один раз, когда он наехал на своего брата в ресторане.
– Да, хорошо.
Я следую за ним к машине и позволяю водителю открыть дверь. Я залезаю внутрь, Уинстон садится следом. Запах роз смешивается с запахом кожи и слабым ароматом шампанского. В серебряном ведерке со льдом покоится полупустая бутылка.
Как только мы садимся, Уинстон закрывает темную перегородку между нами и водителем и поворачивается ко мне.
– Я приехал, потому что скучал по тебе. Звонил тебе весь день, а ты не отвечала и не перезванивала.
Я опускаю ресницы, чтобы скрыть ложь, которую собираюсь произнести.
– Я была занята. Забыла телефон и ушла.
Все это ложь. Мне нужно было увидеться лишь с семьей и парочкой друзей. Когда я пошла выпить милкшейков с Хизер, то специально оставила телефон дома. Я видела, что он звонит. Несколько раз наблюдала, как звенит телефон, пока он не умолкал, и решала не перезванивать.
– Ты сказала, что собираешься вернуться в Нью-Йорк еще вчера. Я звонил, чтобы спросить, стоит ли мне отправить за тобой самолет.
– Не нужно. Я сама могу вернуться.
Он прижимает к моей щеке теплую ладонь.
– Знаю, что можешь,
– Почему это? Почему нельзя ездить на автобусе или поезде?
Он запускает руку в волосы.
– Ты не понимаешь, что это значит стать частью моей жизни, да? Теперь ты у всех на виду. За тобой наблюдают. Скоро по всему городу за тобой будут гоняться журналисты. Ты не можешь заниматься тем же, чем занималась до нашей помолвки.
– Он потирает щеку.
– По правде говоря, я очень сильно по тебе скучал.
К моему ужасу, он протягивает руку и запускает ее под мою ночнушку, берет меня за грудь.
– Помнишь, как мы занимались любовью на заднем сидении лимузина, когда мы встретились?
Как я могу забыть? Это была самая волнительная ночь в моей жизни. Он пригласил меня на ужин, но мы так и не поужинали. Как только я села в лимузин, он снял с меня одежду и взял то, чего хотел.
Я задерживаю дыхание, не желая вновь оказаться завороженной его прикосновениями. Я кладу руку поверх его и отодвигаю ее.
– Уинстон, прекрати. Нам действительно нужно поговорить.
Он сжимает челюсть, отстраняется и откидывается на сидении.
– Ты права. Давай начнем с того, почему ты мне солгала.
Я поправляю одежду.
– О чем ты? Я тебе не лгала.
– Ты сказала мне, что вернешься в Нью-Йорк в конкретный день, но не приехала.
– Я передумала. Я хотела провести больше времени с семьей.
Поэтому-то я и избегала его звонков. Глубоко внутри я знала, что ему не понравится, если я скажу ему об изменении в планах.
– Я захотела остаться еще на два дня.
Он кладет руку мне на бедро, его хватка несколько сильна.
– Ты ведешь себя так, будто все касается лишь тебя. Теперь ты моя невеста. Твои решения отражаются на мне. У меня на нас планы.
– Извини, что не поставила тебя в известность. И не перезванивала. Я отправила тебе смс.
– Ты же знаешь, что я ненавижу смс. Ты должна была позвонить. Что происходит, Дженна? Ты ведешь себя странно.
– Не только я так себя веду.
– Кладу руку поверх его.
– Что с нами происходит? Как мы обручились, все время ссоримся.
– Необязательно это делать.
Он наклоняется и целует меня в шею, а затем в губы. Он раздвигает мои губы языком, и я позволяю ему войти глубже, мне уже начинает становиться жарко.
Несмотря на то, что это чертовски сложно, хоть даже я сознательно уступаю ему и позволяю себя соблазнить, я больше не могу скрывать тот факт, что у нас проблемы, и, что если мы их не решим, наши отношения окажутся под угрозой. На то, чтобы отстраниться, уходит вся моя сила воли. Я кладу цветы на сидение и беру его за лицо.