До тебя

Манн Марни

– Прошлой ночью вам было слишком больно, - сказал он.
– Я знал, что вы не уловили связи.

Хани согласилась.

– Я не могла открыть глаза, но у меня нет оправдания на сегодня.
– На ее лице отразилось смущение, и ей захотелось зарыться под одеяло.

– У вас была анестезия, и мы держали вас на медикаментах. Поверьте мне, я не буду держать на вас зла, - теперь он ухмылялся, и Хани поймала себя на том, что делает то же самое, как и тогда, когда она встретила его в отделе транспортных средств на прошлой неделе.

Она работала там с момента

окончания средней школы и отвечала за изготовление удостоверений личности. Эндрю пришел за новой лицензией, обменять свою в Вирджинии, чтобы стать жителем штата Мэн. Хани сделала снимок и попросила его улыбнуться, направив объектив на его красивое лицо. Когда эта часть была закончена, большинство людей сидели в зоне ожидания, не подходя больше к стойке, пока Хани не называла их номер. Но не Эндрю. Он стоял недалеко от того места, где она работала, и почти сразу завязал разговор. Именно тогда она узнала, что он только что переехал в Портленд, и он искал какие-нибудь забавные занятия и хорошие места, где можно поесть. Пока его фотография обрабатывалась, она рассказала ему о своих любимых маршрутах и парках в округе, а также о некоторых ресторанах в городе. К тому времени, когда она вручила ему лицензию, у него было достаточно информации, чтобы занять себя на несколько недель. Перед тем, как выйти из автоинспекции, он дважды поблагодарил ее.

– Я ценю это, - сказала она.

– Несколько дней назад я ездил на Бернт-Айленд-Лайт. Взял перерыв в больнице и съел там свой обед. Это было прекрасно.

Это был один из маяков, о которых она рассказывала, и она была рада, что он принял ее предложение.

– Мне там очень нравится.

Монитор издал звук, и доктор посмотрел на него, прежде чем снова взглянуть на нее.

– В тот день, когда вы мне помогли, я приехал прямо из больницы.
– Он вздохнул и потянул себя за волосы.
– У меня было не очень хорошее утро… пока я не увидел вас.

Хани почувствовала, что начинает ерзать в постели, каждое движение напоминало о том, что она только вчера перенесла операцию. От него. Эта мысль заставила ее дыхание участиться.

– Вы старались изо всех сил, Хани… и как человек, впервые приехавший в этот город, это много значило для меня.
– Обе его руки теперь покоились на перилах. Они были близко, но все еще не касались ее.

Хани улыбнулась.

– Я рада, что смогла помочь.

Доктор выдержал ее пристальный взгляд еще несколько секунд, а затем отошел от кровати.

– Позаботьтесь об этих швах, - сказал он, а затем повернулся и вышел.

ОДИНАДЦАТЬ

ДЖАРЕД

Билли шла по проходу к туалету в передней части самолета, но всего несколько секунд назад она стояла передо мной. Я нарочно держал ее рядом, желая увидеть, была ли связь такой же сильной, когда мы были на ногах.

Так и было.

А потом наши глаза встретились, ее губы приоткрылись, и я увидел прямо сквозь ее взгляд - что она чувствовала, чего хотела. Она думала обо мне. Мне льстило, что такая великолепная

и успешная женщина, как Билли Пейдж, могла увлечься мной, когда я, очевидно, был намного старше ее. Но это все, что было - влечение.

Потому что Билли была под запретом.

Перед тем, как она повернулась, чтобы пойти в туалет, мой взгляд устремился к ее заднице. Она была идеальной, круглая внизу, с углублениями по бокам, которые как раз подходили для моих рук.

Я заставил себя отвести взгляд, прекращая дразнить себя же, и посмотрел в окно на другую сторону самолета, а затем позади себя, когда подавали напитки. Я прислушивался к звукам, которые могли бы меня отвлечь: звон стеклянных бутылок с ликером, тихая болтовня, щелчок открываемых верхних контейнеров.

Это не сработало. При каждой возможности я искал ее. И каждый раз задавался вопросом, почему.

Я допил остатки виски и жевал кубик льда, когда она вышла. Одежда, в которой она была, облегала ее тело. Тело, которое спереди имело еще больше изгибов и… Черт возьми, Джаред. Мои мысли были не там, где нужно.

Я сосредоточился на полу, и когда я встал на этот раз, я опустил взгляд и сделал несколько шагов назад, чтобы Билли не оказалась так близко.

– Спасибо, - сказала она, войдя в ряд.

Когда она подошла к своему месту, я почувствовал ее запах в воздухе. Аромат был слаще ванили, больше похож на сливочный крем. Это меня не удивило.

– Джаред… - сказала Билли через несколько секунд, заставив меня поднять взгляд, я посмотрел на ее глаза, затем на рот и обратно.
– Ты… - Страх отразился на ее лице, и она быстро прижала ладони к ушам.

Я сделал то же самое, только это не помогло.

Ничто не могло.

Потому что то, что пронзило мои уши, было самым громким звуком, который я когда-либо слышал в своей жизни.

ДВЕНАДЦАТЬ

ХАНИ

ВЕСНА 1984

Когда Хани вернулась домой из больницы, Валентайн уложила ее в постель и поставила стакан воды на тумбочку рядом с коробкой салфеток и пультом от телевизора. Она даже сходила в аптеку, купила рецепты Хани и на обратном пути принесла ей немного куриного супа.

Поскольку была пятница, у Хани был целый уик-энд, чтобы расслабиться. Валентайн тоже решила заболеть, и девочки провели следующие два дня, смотря фильмы в постели Хани. Они только начали, когда в воскресенье поздно утром зазвонил телефон.

– Ты можешь дотянуться до него?
– спросила Валентайн, так как это было на стороне Хани.

Держась за бок, она осторожно перекатилась, пока ее пальцы не нашли телефон, а затем она сняла его с подставки, длинный вьющийся шнур последовал за ней, когда она поднесла его к уху.

– Алло?

– Хани?
– Покалывание распространилось по ее животу, когда она услышала голос доктора.

– Да.

– Это Эндрю, ваш хирург.

Хани засмеялась, еще крепче сжимая живот. Она никогда не забудет, как он звучит, и хотела сказать ему об этом, но вместо этого сказала: