До тебя

Манн Марни

Это было не совсем то, что я себе представляла.

Это было лучше.

— Ты, наверное, шутишь, — сказала я, проходя дальше и останавливаясь на полпути между кухней и окнами. — Этот вид, — я перевела дыхание, — это… вау. — Это был ошеломляющий, беспрепятственный угол нижнего Манхэттена. — Я не могу поверить, что ты можешь просыпаться с таким видом каждый день.

Я посмотрела на стекло, и в отражении увидела Джареда позади себя на кухне. Затем посмотрела сквозь стекло, и Сохо оказался прямо передо мной.

Хотя

ситуация была другой, она напомнила мне о том, что я сделала в самолете, когда впервые увидела Джареда.

Эта мысль заставила меня вздрогнуть.

— Добрый вечер, Билли.

Я попыталась наполнить свои легкие и обернулась. Джаред был, по меньшей мере, в пятнадцати футах позади меня, стоял у плиты с деревянной ложкой в руке, пристально глядя на меня, пока помешивал.

— Привет.

Он подстриг бороду, так что его шея была чисто выбрита, а щетина вокруг были немного короче.

Я чувствовала голод в его глазах на расстоянии.

Я была уверена, что теперь не смогу дышать.

Вот только… я не хотела.

Каким бы ни было это чувство, я надеялась, что оно никогда не покинет меня.

Джаред улыбнулся. Не полностью. Достаточно, чтобы показать намек на зубы, и его веки сузились.

— Ты прекрасно выглядишь.

Я была в длинном свитере, свисавшем с одного плеча, джинсах и сапогах до колен на плоской подошве. В том, что на мне было, не было ничего прекрасного. Но у меня не было ощущения, что Джаред говорит о моей одежде. У меня было ощущение, что он описывает то, что думает обо мне.

О боже.

Я начала двигаться, становясь к нему все ближе и ближе, и вдруг оказалась на кухне. Когда я подошла, Джаред положил ложку, а я поставила вино и десерт на стойку. Я упала в его объятия. Пока он обнимал меня, мой нос наполнился самым невероятным запахом. Часть исходила от плиты, аромат, от которого у меня не просто пощипывало живот. Другая часть принадлежала Джареду, запах, которого я начинала жаждать, когда не была с ним.

Он отклонился от наших объятий, и его губы накрыли мои, целуя меня со страстью, которую я чувствовала всем своим телом. Его руки начали с середины моей спины, но теперь опускались к моей заднице, сжимая ее, в то время как наши рты сомкнулись.

Я не знала, сколько времени прошло, когда он наконец оторвался от меня. Я просто знала, что, когда это произошло, у меня перехватило дыхание.

— Джаред… — Я почувствовала, что мои щеки пылали, а грудь вздымалась.

Он притронулся к моему подбородку, задержавшись касанием на несколько секунд, прежде чем вернулся к ложке.

— Ты голодна? — Я не успела ответить, как Джаред добавил: — Ужин будет готов через четыре минуты.

Я улыбнулась, глядя в кастрюлю, наблюдая за тем, как ризотто бурлит внутри.

— Итальянское, да?

Он засмеялся, наклонившись, чтобы поцеловать меня в щеку.

— Ты сказала, что это твое любимое блюдо.

Я была уверена,

что каждое нервное окончание кричало внутри меня.

— Мне нравится, как хорошо ты слушаешь. — Мой взгляд переместился на другую сторону прилавка, где я увидела несколько бутылок вина. — Как насчет того, чтобы принести нам выпить?

Я чувствовала на себе его взгляд, пока двигалась по кухне, не торопясь, чтобы по-настоящему изучить комнату. Тот, кто проектировал это помещение, не пожалел средств. У него была самая современная бытовая техника, новейшие функции на каждой из них, и раковина, от которой у любой матери потекли бы слюнки. Единственное, чего не хватало, - это индивидуального подхода. То же самое можно сказать о гостиной и прихожей.

Невозможно было догадаться, что эта квартира принадлежит Джареду, а не кому-то другому.

Он даже защищал себя в своем собственном доме.

Это было его решение, и я уважала его, но мне нужно было больше.

— Джаред, — сказала я, держа в руке одну из бутылок вина и ожидая, пока он посмотрит на меня через плечо. — Какой последний отпуск ты провел и с кем?

Он молча смотрел на меня, будто обдумывая мой вопрос. Даже его рука замедлилась от волнения, секунды тикали, прежде чем он, наконец, ответил:

— Это было за неделю до аварии. Я катался на лыжах со своим лучшим другом в Аспене.

— Ты делал какие-нибудь фотографии?

Я понимала, что его не было в социальных сетях. Моя семья была такой же, ни один человек не был заинтересован в шумихе или в том, чтобы делиться чем-либо с виртуальной аудиторией. Но из-за его отсутствия в сети я чувствовала, что в жизни Джареда нет окна.

Наступила еще одна пауза, а затем он потянулся в карман и достал свой телефон.

— Иди сюда.

Я оставила бутылку на стойке и вернулась к нему, уставившись на фотографию двух мужчин на его экране. Они были совершенно не похожи друг на друга: у его лучшего друга светлые волосы и светлые глаза. На их ногах были лыжи, а в руках - палки.

Я могла представить его после нескольких спусков с горы, пьющего крепкий виски с пылью снега на волосах. Этот образ был невероятно сексуальным.

— Он морской котик в отставке, — сказал Джаред, все еще держа свой телефон перед нами.

— Ты давно его знаешь?

— Всю жизнь.

Чем больше я изучала снимок, тем больше понимала их связь.

— Где он живет?

— Здесь, — Джаред усмехнулся, но это было не похоже на все те выражения, которые он показывал раньше. Это был почти спокойный взгляд, которого я еще не видела. — Он работает на меня.

— Надеюсь, когда-нибудь я с ним познакомлюсь.

— Я тоже, — прошептал он, выключил телефон и сунул его обратно в карман, вернувшись к ризотто.

Я снова подошла к бутылкам, решив, что та, которую я принесла, была лучшим вариантом, исходя из того, что, по моему мнению, он готовил.