До неба и выше
Шрифт:
========== Глава 160-161 ==========
Глава 160.
– То, что нельзя наколдовать себе еду, весьма неудобно, да?
– Алекс второй час с улыбкой наблюдал за стараниями Хи Чжина в приготовлении ужина.
– Меткое замечание, - огрызнулся Сансара, - мог бы помочь для разнообразия, смею заметить, если кто запамятовал, что как раз я, в еде не нуждаюсь!
– О!
– Кларк комично изобразил гипертрофированное изумление, - так это все для меня?
Хи
Инквизитора все это неимоверно умиляло. Разумеется, ему ничего не стоило за пятнадцать минут соорудить изысканное блюдо любой кухни, но наблюдать за неумелыми действиями Хи Чжина дорогого стоило. Кларк до боли хорошо понимал ценность этих минут, таких призрачных и ускользающих, и изо всех сил пытался не думать, что в песочных часах этого тихого счастья осталось всего несколько песчинок.
Сансара осознавал это не менее ясно, иначе никто и под страхом смерти не загнал бы его на кухню. Парень не показывал вида, но сердце радовалось, видя, наконец-то, возникшую на губах Алекса, улыбку. И это было бесценным, и ради этого устроена была вся клоунада, ведь кому как не Кларку хорошо было известно, что и при жизни Хи Чжин не мог похвастаться выдающимися кулинарными способностями.
Когда инквизитору надоело смотреть на мучения ни в чем неповинных продуктов, он подошел к сансаре со спины и, положив ладони на его руки, стал направлять действия. В результате, стало только хуже, зато Хи Чжин поймал себя на том, что его смех стал искренним. В нем нет больше фальшивой натянутости или иронии.
Сердце кольнуло, но Кларк продолжал дурачиться. Как давно он не слышал этого смеха, каким невозможным счастьем до недавнего времени казалось услышать его вновь. Забавно, но он не почувствовал никакого дискомфорта или неприятия оттого, что его любимая на всех уровнях, девушка, оказалась в итоге парнем. Их отношения никогда не преступали грань платонических, поэтому ощущения близости остались не потревоженными. Кларку хватало даже этого неловкого объятия, этих по-детски невинных прикосновений, именно они возвращали его в то далекое время абсолютного счастья. А большего и не нужно, даже если бы это и было возможно.
Через полчаса бесславно провалившегося обучения, они поменялись местами. Теперь Хи Чжин с плохо скрываемым восхищением и слабо прикрытым ртом, наблюдал за работой мэтра кулинарии. В этот момент он впервые искренне пожалел, что не нуждается в человеческой пище.
Глава 161.
Шел третий час ночи. Вэйланд с задумчивой сосредоточенностью водил кончиком пальца по ободку кофейной чашки. Напиток давно остыл, так и не удостоившись внимания колдуна. Белоснежная рубашка, небрежно застегнутая только на пару последних пуговиц, приоткрывала пентаграмму в районе сердца. Рисунок был четким лишь наполовину, вторая часть татуировки проявлялась очень слабо
Оставалось уповать на сдержанность Регина в том, что имя Вэйланда не сорвется невзначай с его губ. Необходимо перекрыть все пути, способные донести до Джуна правду. Аарон Рид. И только Аарон Рид. Вэйланд должен оставаться для мальчика мертвее всех мертвых. Просто счастливая случайность в том, что Адриан, в силу своего нежного возраста, не запомнил его имени. Пока все складывается как нельзя более удачно.
Аарон отвлекся от своих мыслей и застегнул рубашку. Нежелательно, чтобы пентаграмму заметили. Через пару минут в зале появился Адриан. В майке с модной символикой и спортивных штанах, он выглядел очень по-домашнему. Вэйланд невольно улыбнулся. В таком вот растрепанном виде мальчишка напомнил ему молодого Регина. Отличие лишь в том, что Адриан обладал более мягкой, почти ангельской красотой. Несравненная ирония!
– Не спится на новом месте?
– с легкой улыбкой поинтересовался Рид, жестом приглашая парня присесть напротив.
Брейгман вооружился стаканом и, плеснув себе воды из графина, сел.
– Можно и так сказать. Неспокойно как-то, нечто вроде тревожного предчувствия, - пожал плечами он, не торопясь пить. Казалось, стакан ему был нужен только для того, чтобы занять руки.
– Беспокойство связано с конкретным именем?
– он не привык задавать вопросов, зная очень многое наперед, но порой хотелось обыкновенной человеческой беседы.
– Ну… - Адриан все-таки сделал глоток, - мой лучший друг… один из… друзей, жить не может без того, чтобы не ввязаться в какую-нибудь историю. Он не ищет обходных путей, других вариантов, иногда мне кажется, что его при рождении обделили инстинктом самосохранения.
Вэйланд улыбнулся одними глазами.
– Этому твоему другу повезло. Так беспокоишься о нем, всегда начеку…
Дэмиан тихо рассмеялся, чтобы сбить неловкость.
– А вы чем занимаетесь, крестный?
– сменил скользкую тему, парень.
Вэйланд склонил голову, продолжая гипнотизировать взглядом свой кофе.
– Я преподаю в сообществе… колдовское искусство, - медленно произнес он, поднимая взгляд на Адриана, - и если ты спросишь, зачем мне это нужно, а я отвечу, что стремлюсь поделиться опытом, сможешь поверить мне на слово?
Брейгман сощурился. Пристальное, изучающее внимание Рида было сложно выдержать.
– Если честно, то в это слабо верится, - признался парень.
Вэйланд хмыкнул, и уголки губ дрогнули в улыбке.
– Неглупый мальчик.
Мужчина поднялся и выплеснул так и нетронутый кофе в раковину.
– Крестный, а можно личный вопрос?
– когда Рид находился вне поля зрения, говорить с ним становилось куда как проще. Казалось, мужчина это понимал, поэтому не вернулся на свое место, присев на край подоконника и скрестив на груди руки.
– Ваша внешность… это магия или ген?
– Адриану вдруг стало неловко за свой вопрос, он спиной чувствовал улыбку мужчины.
– Нужно обладать до смешного раздутым тщеславием, чтобы использовать колдовство в таких целях…