До мурашек...
Шрифт:
Теперь, сидя у затянутого пленкой окна, за которым все не унимался ливень, Богдан довольно ухмылялся, вспоминая ее слова. Сообразительная, но недостаточно умная. Люба привыкла дурить голову простакам и правильным мальчикам, вот только он ни к тем, ни к другим не относился. Хорошие деньги, аппетитная подружка и двое суток, что дал ему шеф — этого хватит с лихвой, чтобы как следует развлечься. А затем он вернется с указанной суммой и попытавшейся улизнуть должницей — и пусть уже начальство решает, что с ней делать. А если Стас попробует возникать — его нытье все равно
Не смотря на ранний вечер, на улице уже клубились густые сумерки, но Богдан не включал свет, чтобы не привлекать лишнего внимания. Поселок затих: кто-то вернулся в город, остальные закрылись в коттеджах, согреваясь горячим чаем. Девчонка в подвале сидела, как мышь, без единого звука — после того, как она снова смогла дышать, Богдан связал ее крепко-накрепко. Кроме того, он пообещал, что за плохое поведение сделает с ней что-то нехорошее, оставив девушке придумывать самой, чего она больше всего боится. На деле же она его не волновала — он ждал звонка от Любы, чтобы выйти к дороге.
В дверь постучали.
Богдан не поверил своим ушам — кто мог сунуться сюда в такую погоду? Разве что какой-то бездомный решил переночевать в недострое, решив, что сейчас он пуст?
Проверив пистолет, который он в последнее время постоянно носил с собой, Богдан засунул его за пояс джинсов сзади — мало ли, вдруг это участковые Алену ищут — и открыл дверь.
На пороге стоял незнакомый мужчина в промокшем насквозь костюме. Опрятный, если не считать грязной обуви и брюк, словно он брел по лесу, трезвый, но какой-то странный. От его пристального, пронзительного взгляда становилось не по себе. Богдан едва сдержался, чтобы не захлопнуть дверь как можно скорее, не говоря ни слова.
— Что тебе надо? — как можно увереннее и недружелюбнее спросил он. И невольно потянулся за спину, когда незнакомец шагнул вперед. — Стой, где стоишь!
Артем его не послушал.
Резко вытянув руки вперед, схватил Богдана за рубашку и дернул к себе под дождь. Возле левого уха тускло блеснул пистолет, но всего один выверенный удар — и он отлетел назад, к порогу. Богдан, вместо того, чтобы драться, бросился за своим оружием, но не смог вырваться из отчаянной хватки. Артем не собирался его отпускать. В нем кипела ярость, которую даже пробиравший до костей ливень не смог остудить. Они посмели выкрасть Алену! Непричастную, ни в чем не повинную девушку! Его девушку!
Грязь скользила под ногами, мешая устоять обоим. Руки срывались с мокрой одежды, а пиджак сковывал движения. Богдан оказался юрким мерзавцем, постоянно подныривал, уходил от удара, растворяясь в сгущавшемся вечернем мраке. Бил отрывисто и низко, по корпусу, пытаясь попасть в болевые точки. Но и костяшки Артема не раз вспыхнули радостной болью, встретившись с костями Богдана. Адреналин разгонял кровь, заставлял двигаться быстрее и резче. Непрерывный шелест дождя рассек мерзкий хруст, и Богдан отшатнулся, кривясь и сплевывая на траву. В воздухе, напитанном сыростью, запахло металлом. Он согнулся, то ли от боли, то ли поднимая что-то с земли. А в следующее
Где-то резко и траурно взвыла собака, словно ножом провели по костям.
Артем затряс головой, приводя себя в чувство, с трудом различил впереди смутный силуэт, метнувшийся к двери. Не разбирая дороги кинулся за ним — и в тот момент, когда Богдан наклонился к порогу, неожиданный сильный пинок отбросил его дальше, вглубь дома, не позволив поднять пистолет.
— Да сдохни ты уже, — процедил похититель, разворачиваясь и оттирая кровь с подбородка.
Люба оказалась права: парень их заложницы — а это мог быть только он — действительно оказался каким-то бешеным.
— Не дождешься, — пробормотал Артем, пошатывающейся походкой заваливаясь в дом.
Ни умирать, ни убивать Богдана он не намеревался. Только обезвредить его до приезда полиции, убрать с дороги, чтобы спасти Алену.
— Где она? — выдохнул Артем, собираясь с силами. Ему сложно было сфокусироваться на противнике, перед глазами все плыло.
— Замуровали! — хрипло хохотнул Богдан.
Без труда уклонился от кулака Артема, но запнулся о сложенные на полу материалы, замешкался на секунду — и отлетел к стене от следующего, мощного и точного удара. Приложился затылком о небеленый камень, медленно сполз на пол и затих.
Пытаясь отдышаться, Артем шагнул к нему, опустился на колено и проверил пульс. Богдану повезло — он даже голову не разбил, просто отключился. Да им обоим повезло, не хотелось Артему становиться убийцей. Теперь только Алену найти…
— А я смотрю, ты всю грязную работу за меня сделал.
Послышался щелчок взводимого курка, и Артем медленно повернулся в сторону дверного проема, в котором стоял довольно улыбавшийся Вилентьев. Судя по практически сухой одежде, он приехал сюда на машине и просто дожидался, чем кончится драка.
– Ты не… — начал Артем, и прозвучал выстрел.
Его толкнуло в грудь, выбивая воздух из легких, отбросило на пол и придавило расползающейся по телу раскаленной сетью боли. Захрипев, Артем прижал руку к сердцу, тяжело повернулся на бок, будто все еще силился встать — и замер окончательно.
— Не я, он, — хмыкнул Вилентьев, указав дулом пистолета на валявшегося без сознания Богдана. — Нечего было кидаться на похитителя с оружием.
Он оглянулся по сторонам, внимательно изучая почти пустое помещение. Спрятать Алену тут было негде.
— Сестричка, ты где? — почти ласково крикнул Виленьев, будто они были детьми, игравшими в прятки на стройке. — Выходи, я волнуюсь!
Не дождавшись ответа, он нахмурился и принялся мерить шагами комнату. Подошел к расстеленному на полу плотному зеленому брезенту, поддел его носком и, наклонившись, отбросил в сторону, обнаружив деревянный люк в подполье.
— Кто не спрятался… — тихо хмыкнул он под нос.
Отыскал рядом на стене выключатель, откинул крышку и стал медленно спускаться по лестнице, держа пистолет наготове.